Ольгерт Ольгин - Товарищ Чикатило

Единственный след всей этой истории с задержкой Чикатило остался в особом бюллетене, который во время следствия по «Лесополосе» выпускали для служебного пользования. Виктор Васильевич Бураков показал нам книжицу в красном переплете, в которой собраны все сведения о людях, оказавшихся хоть в малой степени под подозрением. Там записано: Чикатило Андрей Романович, 1936 года рождения, прописан там-то, работает там-то, проверен по «Лесополосе».

Проверен и отпущен. Стало быть, ни при чем.

Может быть, единственным человеком, который не понял, отчего Чикатило снова оказался на свободе, был капитан Александр Заносовский. Он несколько раз интересовался у своего милицейского начальства, как там его «крестник» — раскололся или еще нет? Он был очень удивлен, когда узнал, что тот по группе крови никак не может быть тем насильником и убийцей, в поисках которого сбилась с ног вся милиция области.

Интуиция сыщика подсказывала ему: он арестовал того человека. Эксперты в чем-то ошиблись. Там люди знающие, сказали ему, как-нибудь без тебя разберутся. Ты делай свое дело.

Он и делал. Вышагивал по автовокзалу, куда его постоянно направляли, заглядывал в незнакомые лица, обращал внимание на все необычное, мало-мальски подозрительное. Он был внимателен, даже настырен. Он надеялся, что рано или поздно встретит «крестника» и возьмет его с поличным. Объяснения насчет группы крови его по-прежнему не устраивали.

Но вскоре Заносовскому пришлось оставить дежурства на автовокзале. Один из руководителей следственно-оперативной бригады настоял, чтобы его отстранили от «Лесополосы»: слишком настырен, от излишнего рвения порой нарушает требования конспирации, которая просто необходима, дабы тот, кого ищут, не заметил, что его ищут. Может быть, он и не знает, что за ним охотятся. Может быть, он очень наивен.

И невдомек им было, что профессионал Заносовский один раз уже нашел того, кого искали столько профессионалов.

Естественно, Александр Александрович не остался без дела. Он продолжал работать в райотделе, потом в городском уголовном розыске, раскрывал преступления, в том числе и сексуальные. Однажды вдвоем с напарником вышел ночью без оружия на вооруженных квартирных воров. Воров задержали. Напарник погиб. Заносовский получил восемь ножевых ран, но выжил. Был награжден Красной Звездой. Боевой орден, его не дают за выслугу лет.

Сейчас он, немногословный, рано поседевший, с грустью вспоминает восемьдесят четвертый год. Не кабинетный работник, а сыщик, из тех, кого ноги кормят, он верит в науку криминалистику, но по-прежнему убежден, что на первом месте у сыщика — интуиция и здравый смысл. Если бы эти качества возобладали тогда, никто больше не погиб бы от ножей, которые хранились под раковиной в кухне.

Когда бы Чикатило отпустили с миром сразу после пятнадцатисуточной отсидки и определения группы крови, еще можно было бы как-то понять недальновидность оперативников. Ну закрутились, вон сколько было проверок, больше ста пятидесяти тысяч водителей на анализ крови послали. Ну пошли на поводу у обстоятельств — ведь в это самое время оговаривали себя, кололись почем зря в следственном изоляторе дураки. Ну прозевали. Обычное наше разгильдяйство. Но чтобы такого человека по разгильдяйству не уличили в более серьезных преступлениях? За три месяца, пока Чикатило сидел в следственном изоляторе, о его тайных грешках и явных прегрешениях стало известно все. И тем не менее его отпустили.

Позвольте усомниться. Если без экивоков — может быть, кому-то Андрей Романович нужен был не в камере, а на свободе? А если совсем без экивоков — не приложила ли к этому руку государственная безопасность, наша вездесущая Галина Борисовна?

Следователи по особо важным делам Исса Костоев и Амурхан Яндиев пожимают плечами и версию всерьез не рассматривают. Нас это не убеждает…

В своем кабинете на Октябрьской площади в Москве, в здании Министерства внутренних дел России, нас принимает бывший начальник ростовского уголовного розыска, бывший второй человек в Ростовской милиции, а ныне начальник уголовного розыска всей России генерал-майор Владимир Ильич Колесников. О нем строгий к милиции Костоев говорил: порядочный человек, профессионал, сильная личность.

Уже седовласый — всего-то сорок четыре года — здоровенного роста, руку жмет, как тисками сдавливает.

Так что вы думаете, Владимир Ильич, о недреманном оке Галины Борисовны? Не приглядывало ли оно и за делом Чикатило?

Генерал Колесников сосредоточенно молчит, обдумывая вопрос, затем медленно произносит:

— Я профессионал. Вот передо мной лежит пачка «Мальборо». — Достает сигарету, закуривает. — Я точно знаю, что это «Мальборо», а не «Столичные». — Кладет пачку на стол. — Утверждать можно только то, что знаешь точно. — Делает паузу. — Больше по этому вопросу ничего сказать не могу.

Он не хитрит. Он ведет профессиональный разговор.

Но мы профессионалы в другом ремесле. И у нас сомнения остаются.

В школе нас приучили к мысли, что наука всесильна. Что земля круглая и в ядре каждой живой клетки есть хромосомы, что E = mc 2. Из детективных романов и полицейских историй мы знаем так же точно, что криминалистика есть часть науки и стоит преступнику оставить на месте преступления отпечатки пальцев или следы крови, как эксперты быстро дознаются, кому они принадлежат, а дальше дело сыщиков найти именно того индивида, который соответствует научному портрету.

Но если его найдут, и отпечатки пальцев совпадут, и кровь будет соответствовать — тут ему не отвертеться.

Своей крови Чикатило не оставлял. Отпечатки пальцев на клочьях одежды и листьях обнаружить практически невозможно, да и находили трупы большей частью нескоро.

Но все его преступления носили выраженный сексуальный характер, и сперму много раз находили. И отправляли ее на экспертизу. И выявляли групповую принадлежность.

Чикатило оказался вне подозрения, ибо анализ крови, взятый у него и сомнений не вызывающий, недвусмысленно говорил: другая группа.

А сыщики учились в тех же школах, что и мы, и они тоже знают, что наука всесильна. И если на трупе следы одной группы, а у подозреваемого группа другая, значит, его надо отпустить на все четыре стороны.

Вот если бы совпали, то, наверное, никакие черные колпаки ему не помогли бы.

Попробуем все же понять, почему так произошло. Откуда такое фатальное для детективов невезение?

Все, о чем говорится в этой небольшой главе, написано со слов заведующей судебно-биологическим отделением Бюро главной судебно-медицинской экспертизы Минздрава России С. В. Гуртовой, а также по некоторым, вполне авторитетным научным источникам.