Е. Назарова - Рыцари Круглого стола. Мифы и легенды народов Европы

Рябина помогала друидам проникнуть в тайны духов подземелья, выведать у них сокровенное знание. Зажигали друиды костры из веток рябины и произносили заклинания, которые заставляли духов помогать воинам в бою, даровать им победу.

Боярышник считался прародителем божества зимы, холода и ночной тьмы. О, это было суровое божество! Длинные ресницы опускались ему на плечи и были такими тяжелыми, что одну ресницу приходилось поднимать вилами. И только тогда тьма рассеивалась.

Бузина в глазах древних ирландцев была опасным растением. Особенно настораживали плоды ее – черные ягоды. Считалось, что на сломанной бузинной ветке может летать ведьма или какое-нибудь другое злое существо. Если бузина росла прямо под окошком, то могла она насылать плохие сны.

Орех – дерево мудрости. Под твердой скорлупой его плода была заключена весть о самом сокровенном знании. У друидов орех считался деревом вестников, и ирландские вестники носили при себе белые ореховые ветки. Легенда гласила, что вытекал из-под корней орешника источник, который давал жизнь самой главной реке Ирландии – Бойн. Склонял над источником свои ветви орешник и ронял в быстрые воды венчики орехов. И было поверье: тому, кто выловит орех в реке Бойн и съест ядрышко, даруется великая мудрость и полнота знания мира.

Ель, по кельтским поверьям, всегда была символом храбрости, безудержной смелости. Кельты считали, что под елью каждый год 23 декабря рождается божественное дитя, воплощающее дух плодородия и дарящее полям хороший урожай. Ель считалась и символом огня. Она по своей форме и впрямь похожа на стремящийся к небу конус костра. Даже в современном английском языке сохранилось сходство между словом ель – fir и огонь – fire.

Бук – это величественное дерево символизировало в глазах кельтов стойкость, процветание, бодрость духа и полноту жизненных сил. Для храбрых воинов бук – залог чести и победы. Позднее стали считать его и символом письменности. Англосаксы произносили слово «бук», как Bok, а в современном английском языке это пишется как Book. Даже в русских словах «буква» и «букварь» укоренилось, может быть, название этого славного дерева – «бук»!

Ива была воплощением поэзии. Древние певцы и поэты – барды считали, что красавица ива способна даровать поэтическое вдохновение и красноречие. Слабое на первый взгляд дерево ива, по поверьям, отгоняло злых духов, потому нередко на воротах дома вешали ивовые ветки. И эти ярко-красные веточки с серебристыми листьями не только оберегали дом, но и украшали его.

Считалось, что деревья могут и помогать людям, и мстить им за те беды, которые они несут лесу. Нельзя деревья бить, обижать или осквернять. И однажды, в незапамятное время, деревья начали настоящую войну против людей. Об этой великой войне пели вечерами при костре древние сказители:

Друиды были не только предсказателями, колдунами и жрецами. Среди них рождались и поэты, ибо тогда поэзия тоже считалась неким волшебством, дарованным богами. Длиннейшие саги – сказания сочиняли эти поэты. Славился среди них Айд Светлый, называвший себя Мудрым поэтом Ирландии. И дошла до нас такая его история о фантастической стране, которую посетил один из древних ирландских королей по имени Майль-Дуйн. И вот, как это случилось.

Решил Майль-Дуйн отправиться на родину своего отца вместе с двумя братьями. Соорудил он крепкую ладью из дубленых кож, растянутых на деревянных распорках, и вышел в открытое море.

Очень далеко от Ирландской земли отплыли моряки-корабелы. Три дня и три ночи пробыли они в море, не видя ни земли, ни берега. А на четвертый день, когда рассвело, увидели остров.

Только моряки собрались сойти на берег и набрать свежей воды, как внезапно из глубины острова выскочила громадная толпа муравьев. Каждый был величиной с жеребенка. Гигантские муравьи заполнили весь берег и даже пытались добраться до корабля по воде, чтобы съесть странников вместе с кораблем. Но те быстро отчалили и уплыли от этого ужасного острова.

Снова они носились по волнам три дня и три ночи. Наутро увидели они другой остров с пологим песчаным берегом и удобными бухтами. Но едва лишь они направили корабль к острову, как заметили животное, похожее на коня. А был этот чудовищный конь с лапами, как у пса, с клыками, как у вепря, и с острыми когтями вместо копыт. Учуяв путников, он ринулся к самой воде и радостно заржал, предвкушая знатную добычу.

– Бежим скорей подальше от этого острова! – крикнул Майль-Дуйн, и они налегли на весла.

Зверь, поняв, что добыча уплывает, стал рыть острыми когтями-копытами землю и кидать в них камни. Но корабль был уже далеко от острова.

Опять плыли они с утра до вечера, а потом до полуночи, и снова с утра до утра, пока не завидели обширный и в ширину и в глубину остров. Показался им этот остров безлюдным, и они смело сошли на берег. Набрели моряки на большую зеленую поляну и вдруг увидели следы громадных конских копыт. И каждый отпечатанный в земле след был не меньше, чем корабельный парус. Повсюду валялась скорлупа от орехов, таких огромных, что самые малые скорлупки могли стать отличной ладьей. Поспешили моряки убраться с этого острова подобру-поздорову. И вовремя. Едва сели они на корабль, как из чащи выскочили страшные существа, внешность которых описать невозможно. Все они были верхом на гигантских конях и бешеным галопом носились вдоль берега, выкрикивая угрозы на непонятном языке.

Долгое время пришлось им плыть без пищи и воды, страдая от голода и жажды. И вот достигли странники острова, окруженного огромными скалами. Не решились они сойти с корабля, но проплывали так близко от берега, что Майль-Дуйн, протянув руку, отломил одну ветку от громадного дерева. Пока корабль под парусом огибал длинный этот остров, ветвь в руке моряка успела зацвести. А на третий день пути вызрели на ней три огромных яблока. Каждого хватило, чтобы насытить всех и питаться еще три дня.