Себастьян Кнайп - Мое водолѣченіе

Черезъ 3 недѣли этотъ господинъ такъ поправился, что сожалѣлъ о передачѣ своихъ занятій и дѣлъ другому.

Примѣненія воды были слѣдующія:

Первый день: утромъ верхнее обливаніе водой съ уксусомъ, затѣмъ обливаніе колѣнъ; вечеромъ теплая ножная ванна (съ золой и солью) — 14 минутъ.

Второй день: утромъ — верхнее обливаніе изъ лейки, и сейчасъ затѣмъ 5 минутъ ходить по мокрымъ камнямъ; послѣ обѣда — 1 минуту — холодная сидячая ванна.

Третій день: утромъ — 2 минуты ходить по водѣ, послѣ этого держать въ водѣ руки до плечъ; послѣ обѣда верхнее обливаніе, къ вечеру — сидячая ванна.

Четвертый день: утромъ — 3 минуты ходить по колѣна въ водѣ; затѣмъ — 2 минуты держать въ водѣ руки до плечъ; послѣ обѣда — обливаніе спины.

Пятый день: утромъ — обливаніе спины, послѣ обѣда — полуванна (1 минуту). Въ такомъ порядкѣ продолжались примѣненія воды. Головокруженіе исчезло совсѣмъ, стулъ регулировался, худые газы были устранены, общее тепло тѣла возстановлено, словомъ — машина приведена въ порядокъ. Старецъ пріобрѣлъ чисто юношескую свѣжесть и веселость.

Можетъ показаться страннымъ, почему этому глубокому старику мы прописали только одно теплое примѣненіе воды.

Причина проста — онъ былъ еще достаточно силенъ, имѣлъ запасъ теплоты въ тѣлѣ; иначе нужно было бы увеличить это количество тепла обмываніями (ночью съ постели) теплой водой или водой съ уксусомъ.

Разъ количество теплоты въ организмѣ поднято, послѣ теплыхъ обмываній переходятъ къ холоднымъ; старые люди съ удовольствіемъ мѣняютъ теплую воду на холодную, считая ея дѣйствіе лучшимъ и болѣе пріятнымъ.

Одинъ 78-лѣтній священникъ, довольно плотный, испытывалъ такое головокруженіе, что не могъ ни стоять на ногахъ, ни даже смотрѣть вверхъ. Видъ его производилъ впечатлѣніе, будто бѣдный старикъ лишенъ тепла въ организмѣ. Несмотря на преклонныя лѣта, старецъ посвѣжѣлъ, головокруженіе прошло, словомъ онъ уподобился угасающей свѣтильнѣ, въ которую снова влили масла.

Если старикъ прочтетъ эти строки, онъ спроситъ: „какъ же это случилось съ нимъ?“ А вотъ какъ:

Въ первый день: обертываніе всего тѣла, до подмышекъ, въ холстъ, намоченный въ горячій отваръ сѣнной трухи (1½ часа); послѣ обѣда — очень теплое обмываніе всего тѣла водой съ уксусомъ.

Второй день: утромъ ножная паровая ванна (20 мин.), сейчасъ затѣмъ короткое обливаніе свѣжей водой; послѣ обѣда — полное обмываніе, какъ на 1-й день.

Третій день: головные пары (20 мин.) и сейчасъ затѣмъ верхнее обливаніе.

Четвертый день: утромъ холодное обливаніе верхнихъ частей тѣла и колѣнъ; послѣ обѣда — мокрая рубаха (на полтора часа).

Пятый день: утромъ теплая ножная ванна съ золой и солью; послѣ обѣда обливанія — верхнее и колѣнъ.

Съ этого времени преобладали — холодныя примѣненія, поперемѣнно: утромъ обливанія — верхнее и колѣнъ; черезъ 2 часа — держать въ водѣ руки и ходить по водѣ; послѣ обѣда — только верхнее обливаніе. Такъ продолжалось около недѣли, причемъ было сдѣлано ночью 1 или 2 полныхъ обмыванія, прямо съ постели (и опять въ постель). Дома, для продолженія лѣченія, достаточно раза 2 въ недѣлю ходить по водѣ и держать въ водѣ руки до плечъ; разъ въ недѣлю — сидячая ванна (можно и теплую). Внутрь — настой изъ укропу, тысячелистника и шалфея.

Какъ змѣя, скрытая въ травѣ, сидитъ и царитъ въ организмѣ чахотка раньше, чѣмъ ее замѣчаешь. Началомъ ея служитъ какое-нибудь гніеніе въ организмѣ, которое потомъ все больше распространяется и захватываетъ органы тѣла. Она можетъ существовать въ груди: въ легкихъ, плеврѣ; въ животѣ: кишкахъ, почкахъ; въ горлѣ: въ дыхательномъ горлѣ, гортани и т. д. Въ каждомъ пораженномъ мѣстѣ возникаютъ нарушенія кровообращенія, состава крови и соковъ. Человѣкъ, больной чахоткой, похожъ на дерево, у котораго преждевременно желтѣютъ и опадаютъ листья. Сосуды перестаютъ питать. Растеніе не можетъ правильно питаться, потому и происходитъ увяданіе и отмираніе; здѣсь не поможетъ ни солнце, ни свѣжій воздухъ. То же самое происходить и при чахоткѣ.

Если чахотка внѣдрилась глубоко и уже разрушила какой-нибудь органъ, то больной погибъ; но если она только началась въ какой-нибудь части тѣла, то въ этомъ случаѣ можетъ быть легко излѣчена, именно водой.

Самое печальное то, что первые признаки появленія ея очень незначительны: небольшое покашливаніе, обыкновенно даже не причиняющее боли; приходится даже мало отхаркивать; если кашель иногда усиливается, больной утѣшаетъ себя, что это незначительный катарръ, который скоро пройдетъ; даже, когда начинается уже упадокъ силъ и изнуреніе, больной думаетъ, что это производитъ затянувшійся катарръ; но въ этой стадіи болѣзни больные потерпѣли уже больше, чѣмъ сами думаютъ: кровообразованіе понижено, соки уменьшились, болѣзнь распространяется все далѣе и далѣе. Когда же больной обращается за помощью, — уже слишкомъ поздно, и, кромѣ того, все, что онъ ни дѣлаетъ, влечетъ за собой лишь сокращеніе жизни. Я замѣчаю, и предостерегаю всѣхъ, чтобы не относились небрежно къ этимъ, такъ называемымъ катаррамъ, столь распространеннымъ вездѣ! Если чахотка сильно уже развилась, я прямо объявляю, что здѣсь ничѣмъ нельзя помочь, что борьба съ болѣзнью уже не мыслима! Это такъ же невозможно, какъ невозможно, чтобы слабый мальчикъ одолѣлъ атлета!

Далеко подвинувшуюся чахотку можно узнать по тому, что больной часто кашляетъ, выдѣляетъ массу мокроты, по затруднительному дыханію, отсутствію аппетита и т. д.

Пока мокрота плаваетъ на водѣ (нужно дѣлать эту пробу) есть еще надежда на излѣченіе; если же она тонетъ въ водѣ — всякая помощь безполезна. Тогда больной долженъ предать себя волѣ Божіей и приготовиться къ смертному часу.

Наоборотъ въ началѣ этой болѣзни, вода — я это утверждаю на основаніи многочисленныхъ опытовъ — представляется первымъ и вѣрнѣйшимъ средствомъ для излѣченія.

Вода оживляетъ и освѣжаетъ увядающее тѣло и, дѣйствуя, какъ масло, излитое на ось вертящагося колеса машины, возобновляетъ оживленное кровообращеніе и даетъ новую жизнь заболѣвшему органу; она же выводить изъ организма гнилые соки.

Необходимо однако замѣтить, что здѣсь никогда не нужно дѣлать примѣненій, слишкомъ сильно растворяющихъ и выводящихъ. Нужно стремиться къ тому, чтобы постепенно укрѣпить разстроенный организмъ, и чтобы онъ самъ уже, выздоровѣвъ и укрѣпившись, поборолъ и изгналъ гнилые соки.

Прежде всего нужно стараться о томъ, чтобы не ослабѣла, не изсякла природная теплота организма. Это было бы на руку чахоткѣ. Здѣсь умѣстны только кратковременныя примѣненія: она должна укрѣплять, возбуждать, оживлять.

Я не осмѣлился бы никогда производить общія примѣненія, простирающіяся на все тѣло, когда появились признаки развивающейся чахотки.