Александр Фломастер - Игра правил

Так как В продолжал дурачиться и высмеивать мимикой Мотины слова, обхватив свои щёки руками и придурковато выпучив на него глаза, я решил обозначить своё видение вопроса:

— Хочу поделиться соображениями относительно вашего обсуждения, — пододвинувшись ближе к столу, оживлённо заговорил я. — Я не согласен с В, что люди — лишь генетический код, образованный родительскими хромосомами. Убеждён, что момент рождения человека определяет совокупность переменных его личности, учитывающую гигантское число параметров. Формирование человека зависит не только от ДНК родителей, но и от «ДНК» прочей материи, «участвующей» в создании нового человека. Человек собирается из колоссального числа элементов. Учитывается и энергетика лунных суток, и расположение зодиакальных созвездий, и энергия звезды, формирующей планетарную систему объекта носителя оболочки, в случае людей Земли — это энергия Солнца. И время, и место зарождения человека, а потом и появления его на свет. И ещё уйма всего остального. Но полный перечень материй, участвующих в сотворении человека, находится за границами моего понимания. Грубо говоря, весь мир участвует в создании своего нового участника. Так же могу допустить, что, исходя из принципов работы Закона усложнения материи и его Механизма распределения ответных реакций, в семье появляется именно тот ребёнок, которого «заслужили» его родители. Ведь появившийся новый человек не имеет возможности нарушить собой существующую до него гармонию окружающего пространства. Новый человек гармоничен и для родителей, и для остальных людей, и для себя самого. Происходит справедливое распределение совокупности материи.

Всё время, пока я говорил, Мотя одобрительно и понимающе кивал. С одной стороны, будто давая понять, что все мои выводы ему понятны и близки. И с другой стороны, будто подталкивая меня рассуждать дальше и следовать намеченному пути. Но я не видел никаких дальнейших путей развития этой темы. Только что озвученное являлось для меня максимально глубоким рассуждением. Меня обуяло странное чувство некоего то ли стыда, то ли смущения, словно он поверил в меня и ждал чего-то большего, а я не справился и не оправдал его ожиданий.

— Ты когда-нибудь видел, как прядут? — обратился ко мне Мотя с неожиданным вопросом.

— Прядут? — ошарашенно переспросил я.

— Да, — кивнул он, — прядут, делают обычную пряжу, из которой потом вяжут вещи.

— Нет, — улыбнулся я, пожав плечами.

— А ты посмотри как-нибудь. Занятное зрелище, скажу я тебе. Как из «кучи» «непонятно чего» методом гармоничного усложнения — методичного скручивания — получается упорядоченная стройная форма. Так вот, чтобы получить пряжу, нужно взять веретено, одну уже готовую нить и ту самую «кучу», а в действительности — волокно, или, как его ещё называют, кудель. Нужно намотать готовую ниточку на веретено определенным образом, и в том месте, где ниточка заканчивается, нужно прислонить к ней волокно и плавными движениями раскручивать веретено, потихоньку вытягивая из кудели волокна. Веретено вращается, кудель вытягивается и закручивается в аккуратную свежесозданную пряжу. Улавливаешь параллели?

— Пока не совсем, — стыдливо потупился я.

— Веретено — это время. Готовая нить, к краю которой подставляется кудель, — это требуемое единство компонентов для начала зарождения объекта с его программным кодом энергетической оболочки. А кудель — это бесконечное полотно всевозможных энергий сети эфира. И созданная таким образом пряжа — это и есть программный код энергетической оболочки любого объекта. Форма программного кода любой энергетической оболочки — это и есть условия для усложнения совокупности энергий. И каждая форма всегда призвана ускорять процесс эволюции энергии эфира. Только объединяясь формами в совокупность, во всевозможные энергетические оболочки, энергия имеет возможность совершенствоваться, формируя алгоритмы усложнения — программные коды. Усложняться бесчисленными тоненькими суперструнами «по отдельности» — невозможно, точно так же, как невозможно усложняться одному волокну кудели без других волокон. Лишь совокупность даёт форму, способную к дальнейшему усложнению. Множество волокон энергии со всех сторон стягиваются в одну прядь. Но только в случае с эволюцией энергии эфира нужно представить бесконечные ниточки-волокна без конца и края во все стороны, собираемые в разных точках пространства в аккуратную нить пряжи. И волокна получившейся нити пряжи не обрываются и не обрезаются по краям готовой нити, как в случае с натуральной пряжей, а уходят во все стороны в глубины бесконечности эфира. Ниточки-волокна сети эфира тянутся со всех сторон: какая-то ниточка от одной звезды, какая-то от другой звезды, какая-то от Луны, какая-то от Земли, какая-то от третьей материи, от четвёртой, и таких ниточек — невероятное множество. Из всех этих крупиц и собирается программный код энергетической оболочки. Не забывай: «Из меньшего создать большее, и большим поддержать меньшее». Как человек помогает усложняться материи окружающего пространства, выделяя в него импульсы положительно заряженных струн, так и окружающая человека материя помогает усложняться самому человеку, наделяя программный код его энергетической оболочки своими положительно заряженными струнами. Разумеется, участие того же Солнца в совершенствовании человека несоизмеримо значительнее, чем участие человека в совершенствовании Солнца. Но и человек вносит свою лепту, работая со струной или струнами, направленными от Солнца и вплетёнными в программный код своей энергетической оболочки. Поэтому да, представь себе, человек участвует даже в усложнении Солнца, как части всего окружающего пространства. Ведь весь мир — это одна безграничная единая сеть, с возникающими повсюду усложняющимися формами, порождёнными, в свою очередь, формами другими. Созданный и усложнённый одной конкретной формой программный код после распада формы становится составной частью более сложного процесса.

Не знаю, имеет ли это отношение к тому, о чём сейчас говорит Мотя, но образ пряжи и в целом нити навёл меня на воспоминания о странном сне. Где мой давно умерший дедушка передал мне кусок запутанных тёмно-синих блестящих ниток. Это был огромный беспорядочный шмоток, который я взял во сне, не зная, что с ним делать. Но через какое-то время, может, через полгода или год, мне приснился другой сон, где мою левую руку овивал красивый толстый закрученный жгут или плотная косичка, аккуратно сплетённая из тех самых тёмно-синих блестящих ниток.

Посидев пару секунд в оцепенении от сложности только что услышанной информации, я вернулся в разговор: