Мумон - Мумонкан, или Бездверная дверь

При этих словах Дзёсю прозрел.

Комментарий Мумона. Нансэн смог растопить лёд сомнений Дзёсю, едва лишь тот задал свои вопросы. Но я сомневаюсь, что Дзёсю достиг уровня Нансэна, ему следовало бы ещё лет тридцать проучиться.

Сёгэн спросил: «Отчего просветлённый человек не встанет и не объяснится?» И ещё он сказал: «Ему необязательно говорить».

Комментарий Мумона. Сёгэн сказал достаточно ясно, но сколько тех, кто это поймёт? Пусть тот, кто понял, подойдёт ко мне и отведает моей толстой палки. Поймите же, чтоб истинную ценность испытать, вам нужно рассмотреть её сквозь пламя.

Монах спросил Уммона: «Что есть Будда?»

«Сухой навоз», — ответил Уммон.

Комментарий Мумона. Похоже, что Уммон настолько неразборчив, что одну еду от другой на вкус не различает. Или же он так занят, что почерк его нельзя разобрать. Ведь он пытался с помощью сухого навоза руководить своей школой. И учение его было столь же бесполезно.

Ананда сказал Кашьяпе:

— Будда передал тебе златотканую одежду, как своему преемнику. Что ещё он передал тебе?

— Ананда, — сказал Кашьяпа.

— Да, брат, — ответил тот.

— Ты можешь сейчас же снять [этот] мой знак наставника и надеть его себе, — сказал Кашьяпа.

Комментарий Мумона. Тот, кто это поймёт, увидит, что старое братство всё ещё крепнет. Но кто не понял — то даже, если он изучал истину за века до Будды, — не достигнет просветления.

Став просветлённым, шестой патриарх [8] Хуэйнэн (яп. Йено), бывший шестым патриархом дзэн (пятым после Бодхидхармы), и по традиции северного буддизма считавшийся сороковым буддийским патриархом получил от пятого чашку и одежду, передаваемые от Будды его преемниками из поколения в поколение.

Монах по имени Э Мё из зависти устремился за патриархом, чтобы отобрать у него это великое сокровище. Шестой патриарх положил чашку и одежду на придорожный камень и сказал Э Мё: «Эти предметы — лишь символы веры. Нет смысла драться из-за них. Если ты так хочешь — возьми их».

Когда Э Мё стал было брать чашку и одежду, они оказались тяжёлыми, словно скалы — ему не удалось их даже пошевелить. Дрожа от стыда, он сказал: «Я пришёл за ученьем, а не за материальными сокровищами. Учите меня, пожалуйста».

Патриарх сказал: «Когда ты не думаешь хорошего и не думаешь нехорошего — что является твоей истинной природой?» При этих словах Э Мё прозрел. Пот прошиб всё его тело. Вскрикнув, он поклонился и сказал: «Вы дали мне сокровенные слова и их тайный смысл. Есть ли ещё более глубокая часть учения?»

Шестой патриарх ответил: «Сказанное мною вовсе не тайна. Когда осознаешь свою истинную природу, тайна становится твоей».

— Я пробыл много лет в учении у пятого патриарха, — сказал Э Мё, — но до сего дня не мог осознать своей истинной природы. Ваше учение указало мне источник. Кто пьёт воду, знает сам, тёплая она или холодная. Могу я называть вас своим учителем?

— Мы вместе учились у пятого патриарха, — сказал шестой патриарх, — зови своим учителем его, но только бережно храни достигнутое.

Комментарий Мумона. В этом особом случае шестой патриарх был, конечно, очень любезен. Он как будто сам очистил плод, вынул семечки, открыл ученику рот и дал ему этот плод съесть.

Монах спросил Фукэцу: «Вы можете выразить истину без слов и без молчанья?» Фукэцу ответил:

— Я всегда помню весну на юге Китая. Среди несметных видов благоухающих цветов поют птицы.

Комментарий Мумона. Дзэн Фукэцу — молния. Он сверкал им при каждой возможности. Однако на этот раз он так сделать не смог и лишь процитировал строку древней китайской поэмы. Не обращайте внимания на дзэн Фукэцу: хотите выразить истину — выскажите свои слова, выскажите своё молчание, объясните мне свой дзэн.

Во сне Кёдзан оказался в Чистой Земле Майтрейи. [9] Майтрейя — грядущий Будда, приход которого был предсказан Гаутамой Буддой Он обнаружил, что сидит в обители Майтрейи на третьем месте. Кто-то объявил: «Сегодня проповедует сидящий на третьем месте».

Встав и ударив молотком, Кёдзан произнёс:

— Истина Учения Махаяны [10] Махаяна (санскр.) — «Великая колесница (освобождения)» — одна из двух главных ветвей буддизма, выросшего из Учения Будды. От другой ветви, Хинаяны («Малой колесницы»), отличается, во-первых, признанием наличия природы Будды в скрытой форме у каждого существа, духовная практика лишь способствует её раскрытию, — следовательно, просветление возможно не только у монаха. Во-вторых, согласно тонкой метафизике Махаяны, как страдание, так и радость любого существа на Земле отражается на всех остальных существах из-за тесной взаимосвязи всех явлений в Космосе. Поэтому достигший нирваны (архат) обычно становится Бодхисаттвой — тем, кто отказался от нирваны ради облегчения страданий всех живых существ. Бодхисаттвы бывают двух видов: невидимые, помогающие незримо, и воплотившиеся в человеческом теле. Ответвившийся от Махаяны дзэн-буддизм лишь упростил её метафизику беспредельна, превыше мыслей или слов. Понятно?

Комментарий Мумона. Я хочу спросить у вас, монахи: он проповедовал или нет?