Г Герасимов - Прикладная философия

Представим ситуацию, когда по соседству с цивилизованным государством живут относительно дикие земледельческие народы, организованные в роды или деревни. Если у них отсутствует власть, то эта ниша легко может быть заполнена группой лихой молодежи, из соседнего государства, отправившейся на поиски места под солнцем (поход Аргонавтов по качественному и количественному составу). Имея лучшую организацию и вооружение они без особого риска и труда в состоянии подчинить себе несколько деревень, создав таким образом новое государство. Через поколение, максимум два, они неплохо ассимилируются в новой среде. Это новое государство естественным образом через культуру, родственные связи, торговлю оказывается тесно связанным с метрополией, т.е. на первом этапе становится ее вассалом. Вполне естественно возглавлять такой отряд завоевателей родственнику правителя, но не прямому наследнику престола. Его убирают в почетную ссылку, как возможного конкурента в борьбе за трон, да и организационная субординация отряда становится естественной, когда возглавляет ее принц или иной родственник царя, и делается все это по повелению правителя. Таким образом характерное время огусадарствления населенных районов порядка полвека. Поэтому в традиционной исторической картине очень странно выглядит соседство цивилизации и пустующих благодатных для земледелия районов Европы, измеряемое тысячелетиями.

Попробуем понять механизм возникновения государственности у земледельческих народов. Исторический опыт всего человечества однозначно показывает, что в земледелии самый эффективный - семейный труд. Если у скотоводов-кочевников был определенный экономический стимул к укрупнению производства, то у земледельцев и его нет. Земледельцы могут проживать сообща, одной деревней, родом или группой родов, во-первых, потому, что не мешают друг другу, а во-вторых, есть дополнительные минимальные удобства от такого проживания: оборона от разбойников, какие-то общественные ирригационные работы и т.д. В более высокой культуре приблизительно на такой же масштаб нужен специалист другой профессии - кузнец, мельник и т.д. Это выглядит очень странно, исходя из истории, которую нам преподавали еще в школе, но получается, что и у земледельческих народов нет серьезных причин для возникновения первых очагов государственности.

По поводу существования рабовладельческих государств есть и еще ряд серьезных возражений, некоторые из них обсудим позже, а сейчас рассмотрим единственный реальный механизм для возникновения первых очагов государственности.

Людям, живущим в одной природно-климатической зоне, и занимающимся одним делом торговать друг с другом нечем, но вот людям, живущим в разных зонах, торговать есть чем. Наиболее удобное место для торговли - граница природных ландшафтов. Каждый подошел к месту встречи из своей зоны, торг на границе. А еще лучше, чтобы в этой точке встречались несколько ландшафтных зон, и торг был между представителями нескольких культур. Так начинают складываться первые традиционные рынки, на которые люди отправляются специально на торговлю, первоначально обмен. Но есть класс людей, которые не привязаны ни к какому определенному природному ландшафту. Это ремесленники: кузнецы, гончары, сапожники и т.д. Для них естественнее всего привязаться к месту удобному для торговли. Они селятся и свои мастерские организуют вблизи рынков. Их концентрация в одном месте диктуется экономическими соображениями. Так возникают первые города, которые из-за своего размера и разнородности состава жителей требуют уже наличия профессиональной власти, т.е. усложнения социальной структуры.

Я думаю, что попытка найти хоть один древний город вдали от реки и морского берега, т.е. от наиболее экономически удобного способа транспортировки товаров, окажется безрезультатной. Заодно мы ответили на вопрос, на который, например, Гумилев ответа не смог дать, хотя и обращал внимание, почему новые этносы возникают на границе ландшафтных зон.

С появлением первых городов появляются профессиональные купцы, которые торгуют чужими товарами, покупая их в одном городе и продавая в другом. На пересечении торговых путей тоже возникают рынки, поселения ремесленников, города. Несложно видеть, что это значительно повышает эффективность торговли. Наиболее крупные и богатые города возникают именно на пересечении оживленных торговых путей. Первые крупнейшие центры мировой цивилизации так и складываются. Так возникает Первый Рим (Александрия Египетская). Здесь встречаются природные ландшафты земледельческие, кочевые, морские, здесь же проходит крупнейшая река Африки, т.е. идеальный торговый маршрут для всех, кто на ней живет. Но самое идеальное с географической точки зрения расположение у Второго Рима (Константинополь). Здесь пересекаются сухопутные и водные пути, связывающие колоссальные территории, находящиеся в различных природно-климатических зонах и соответственно разных ландшафтах, и расположен он так, что его с большим грузом ни обойти, ни объехать, ни оплыть (все дороги ведут в Рим).

В связи с этим возникает совершенно иной взгляд на мировую цивилизацию. Не из первых империй культура постепенно распространяется на дикие соседние районы, а сами эти первые империи возникают на торговых путях, связывающих уже достаточно цивилизованные соседние районы. И этот наш логический результат очень хорошо согласуется с предыдущим выводом о том, что и земледельческая и скотоводческая культура очень быстро распространяется по всем благоприятным природным зонам. Не Византия цивилизовала дикую Европу, а благодаря тому, что в Европе и Северной Африке была достаточно высокая культура, наступил расцвет Византии (Римской империи).

С этой точки зрения можно взглянуть на Грецию или Италию, или то, что в традиционной истории называют Карфагеном. Таких географических условий, которые у Константинополя, ни у одного города этих стран и отдаленно нет. А потому приходится теоретикам традиционной истории выдумывать сомнительные истории о возникновении там мегаполисов. Гумилев, например, сочинил сказку о наличии банды на месте современного Рима, которая грабила округу, а потом и вовсе подчинила всех себе. Не было в древности условий для возникновения столицы мира в Итальянском Риме. История знает немало фактов, когда прежде цветущий город быстро угасал, если исчезала экономическая причина, его породившая. А вроде бы и жители уже были, да и городская власть - это посерьезнее, чем банда разбойников, а не расцветают города без экономики.

Кроме прочего из проведенного анализа напрашивается и еще один вывод. Первые очаги государственности в мире возникли вблизи Средиземноморья, где встречается большое количество разных природных ландшафтов, это нормально. А вот древнейшие государственные цивилизации Китая и Индии с этой точки зрения выглядят более чем сомнительно, земледельческие культуры там были, а вот государства, вряд ли.