Фарид Закария - Постамериканский мир будущего

И все же, представляет ли терроризм такую же угрозу, которую представляло, например, стремление Германии к мировому господству в первой половине двадцатого столетия? Или советский экспансионизм второй его половины? Или подстрекательства Мао к войне и революции, которые должны были охватить весь третий мир в 1950-е и 1960-е годы? То были вызовы, поддерживаемые мощью и намерениями крупных государств, у которых часто имелись серьезные союзники и у которых существовала идеология, казавшаяся правдоподобной альтернативой либеральной демократии.

А теперь для сравнения рассмотрим угрозу джихада. До 9 сентября, когда группы, подобные «Аль-Каиде», действовали под присмотром, правительства видели в них лишь некий раздражитель, а они тем временем свободно перемещались, набирали силу. Они атаковали символические, часто военные цели, убивая американцев и других иностранцев. Однако урон, который они наносили, был достаточно ограниченным. Но после 2001 года правительства по всему миру начали активно разрушать террористические сети, отслеживать их деньги, ловить их рекрутов - и эти действия часто приносили хорошие и быстрые результаты. В Индонезии, самой большой мусульманской стране мира, правительство захватило главу и военного руководителя «Джемаа исламия», самой опасной джихадистской группы, ответственной за взрывы бомб на Бали в 2002 году. С американской помощью армия Филиппин разбила террористическую группировку «Абу Сайяф», действовавшую в стиле «Аль-Каиды». Филиппинские войска убили лидера группировки, и ее численность, шесть лет назад составлявшая ни много ни мало две тысячи человек, сократилась сегодня до нескольких сотен. В Египте и Саудовской Аравии - изначальных базах и целях террористических атак «Аль-Каиды» - на ячейки террористов были проведены облавы, а те, кому удалось ускользнуть, не смогли организовать за последние три года ни одной акции. Финансовые ведомства - особенно министерство финансов США - еще больше осложнили террористам жизнь. Международные организации не могут существовать без свободного обращения денег, и чем больше отслеживается фондов, снабжающих террористов, тем больше им приходится довольствоваться мелкомасштабными и наспех подготовленными, импровизированными операциями. Борьба между террористами и государствами будет продолжаться и дальше, но последние все-таки одерживают верх.

В Ираке, где террористические атаки пошли на спад, деятельность «Аль-Каиды» также значительно сократилась. В своих изначальных «фетвах» и других заявлениях «Аль-Каида» не упоминала о шиитах, клеймя исключительно «крестоносцев» и «евреев». Но события в Ираке внесли свои изменения. Стремясь получить поддержку суннитов, «Аль-Каида», поскольку она поддерживает пуристские суннитские взгляды, просочилась в антишиитские группировки. Покойный Абу Мусаб аль-Заркави, глава «Аль-Каиды» в Ираке, испытывал к шиитам яростную ненависть, источником которой был его ваххабитский пуританизм. В феврале 2004 года в письме к Усаме бен Ладену он заявлял: «Опасность, которую представляют шииты... больше той, которую представляют американцы... Единственное решение для нас - нанося удар за ударом, уничтожать религиозные, военные и другие кадры шиитов, пока они не склонят голову перед суннитами». Если между ним и бен Ладеном когда-либо и были разногласия, то аль-Заркави вышел из них победителем. В результате движение, которое было рассчитано на объединение всего мусульманского мира в священном джихаде против Запада, было втянуто в грязные внутриисламские разборки.

Раскол между суннитами и шиитами - лишь одно из многих разногласий в исламском мире. Помимо конфликта между шиитами и суннитами имеются конфликты между иранцами и арабами, жителями Юго-Восточной Азии и теми, кто населяет Ближний Восток, и, что очень важно, между умеренными и радикалами. Подобно тому, как разногласия внутри коммунистического мира в результате ослабили его угрозу, множество различных видов ислама подрывают его способность к сплочению в единого, монолитного врага. Некоторые западные лидеры говорят о едином мировом исламистском движении, абсурдно смешивая в одну кучу чеченских сепаратистов в России, поддерживаемых Пакистаном боевиков в Индии, шиитских оружейных баронов в Ливане и суннитских джихадистов в Египте. По-настоящему проницательный стратег подчеркнул бы, что все эти группы очень разные - у них разные цели, враги и друзья. И поэтому они не могут претендовать на то, чтобы представлять ислам. И называть их следовало бы своими именами: это маленькие местные банды неудачников, пытающихся привлечь к себе внимание варварством и нигилизмом.

Да, имеют место столкновения, в которые вовлечены радикальные исламские группировки, но такие конфликты скорее обусловлены местными условиями, чем глобальными устремлениями. Так, хотя Северная Африка и живет в атмосфере непрекращающегося террора, особенно в Алжире, основной здешней группировкой является «Салафитская группа проповеди и джихада» (известная под французской аббревиатурой GSPC), участвующая в имеющих давнюю историю конфликтах между алжирским правительством и исламскими оппозиционными силами, и ее нельзя рассматривать исключительно сквозь призму «Аль-Каиды» и антиамериканского джихада. То же касается и основного региона, где некоторое время назад «Аль-Каида» набирала свою смертоносную силу, а именно региона вокруг афгано-пакистанской границы. Именно здесь находится ядро «Аль-Ка-иды», если такое ядро вообще имеет свое постоянное место. Эта группировка смогла сохраниться, несмотря на все усилия НАТО, поскольку она пустила здесь глубокие корни еще во времена антисоветской кампании. Ее союзник «Талибан» - это местное движение, издавна поддерживаемое пуштунами, влиятельной этнической группой в Афганистане и Пакистане.

Но какова ситуация в настоящее время? За шесть лет, прошедших с 11 сентября 2001 года, ядро «Аль-Каиды» - группа, руководимая Усамой бен Ладеном и Айманом аз-Завахири, - не сумело нанести ни одного по-настоящему крупного террористического удара. Когда-то это была террористическая организация, сейчас же это - информационная компания, производящая скорее видеозаписи, чем реальные террористические нападения*.

* Даже если завтра будет предпринята какая-либо атака, примечателен тот факт, что в течение последних шести лет ядру «Аль-Каиды» не удалось организовать ни одного взрыва. - Здесь и далее прим. авт.

Джихад продолжается, но джихадисты были вынуждены рассеяться, цели их стали более мелкими, и действуют они на местном уровне - обычно группами, которые почти не связаны с ядром «Аль-Каиды». И в этой импровизированной стратегии заключается ее основная слабость: террористы убивают местных жителей, тем самым настраивая против себя обычных мусульман - такие настроения становятся все более общими для столь разных стран, как Индонезия, Ирак и Саудовская Аравия. За последние шесть лет в мусульманском мире поддержка бен Ладена и его целей неуклонно идет на спад.