Антон Тарабриков - ШИЛО_В

То есть получается, что ваш эксперимент стал, если можно так выразиться, полностью легитимным?

Формально, да. Но, если честно, в нашем случае это не сильно влияло на что-либо, так как риски были те же. А вот Видову подобное положение вещей очень не понравилось. «Нормально так получается, то есть я должен отчитываться перед корыстной солдатней?», такой была его реакция. На что Авдей Наумович ему спокойно ответил, что либо так, либо никак, а отчитываться будем мы. А уж в том, как отчитываться, мы имеем полное понимание и представление. В общем, авторитет Видова от этого никак не страдал. Видов согласился, особых вариантов у него не было, но его недовольство подобным положением так и не прошло. И мы продолжили вносить научную фундаментальность в функционирование самого низового звена государственного аппарата.

Не могли бы вы привести пару-тройку конкретных примеров этого?

Собственно, любая текущая задача Шилова в тот период, может являться таким примером. Мне вот, почему-то, сразу вспоминается реорганизация структуры по поиску, отбору и сопровождению профессиональных спортивных сборных. Данная организация привлекла внимание Управления по банальной причине – снижение уровня спортивных результатов, а уж о спортивных достижениях того периода я вообще молчу. Это все при том, что финансирование было на прежнем уровне. Про значение спортивных результатов лишний раз рассказывать не буду, оно очевидно. Главной же проблемой, которую выявил Авдей Наумович, были сильно устаревшие методы и принципы отбора. Оно и понятно, если все итак финансируется, зачем что-то менять? Вот никто ничего и не менял, в отличие от ведущих спортивных держав, у которых систематическое обновление всего и вся, было одним из ключевых направлений деятельности. Если коротко, то суть сводилась к следующему: действующий тогда подход предполагал «военный подход», то есть международные соревнования воспринимались, как боевые действия, что было не актуально уже лет пятьдесят. Современный же спорт уже давно превратился в индустрию сродни потоковому шоу бизнесу. Проще говоря, спорт уже давно перестал быть спортом, а стал образом жизни или его частью для фанатов и болельщиков. И это в современном спорте определяет все: подготовку, стратегии, тактики и так далее. В общем, находить и готовить надо было не спортсменов, а фигур, способных гибко, всесторонне и самостоятельно реагировать на все изменения. Кстати, эту концепцию нам донесли именно антропологи, участвовавшие в эксперименте. И они же были всецело привлечены к реализации задачи по изменению соответствующей структуры. Что было изменено конкретно пересказывать не буду это очень долго, нудно и неинтересно, тем более, что все это описание есть в свободном доступе в главном архиве академсовета. Скажу только, что все эти изменения дали эффект буквально через два года, что, с учетом запущенности этой сферы, было просто феноменально. И ключевым здесь было то, что мы верхние уровни вообще не затронули. Ни то, чтобы Управление совсем бы этому воспротивилось, даже в большинстве случаев было бы как раз наоборот, просто лишний раз пересекать задачи с прямыми интересами и кадрами верхов ну совсем не хотелось. А тут, мы самими себе доказали, что возможно получение результата и без подключения Управления, и это был первый ощутимый позитивный эффект эксперимента.

В таком случае, можно сразу же привести в качестве примера и последовавшую после этого задачу, которая заключалась в нормализации деятельности структуры по взаимодействию с частными фермерскими хозяйствами, коих, несмотря ни на что, на малых территориях появилось достаточно много. К слову, это был прямой эффект от наших действий, когда программой управляли мы. Но не об этом. И да, это была очередная организация подконтрольная «веселой троице». Основной проблемой той организации, которую нам предстояло решить, и причина, по которой на нее обратило внимание Управление, состояла в том, что продукция частных фермерских хозяйств куда-то пропала, то есть ее было очень сложно приобрести. Не то, чтобы верхи в лице Управления сильно заботились о положении частных фермеров, но это был очередной очаг потенциального общественного кризиса, поэтому в верхах было принято решение принять превентивные меры, по-видимому. Вот нас и бросили на эту задачу. Сама по себе задача формулировалась просто – сформировать комплекс «информирование, приобретение, доставка» для частных фермеров. Собственно, этим и должна была заниматься обозначенная организация, но чего она не делала, по понятным корыстным причинам. На деле же задача оказалась не очень радужной, точнее совсем не радужной. Все дело в том, что крупняк беспросветно забил все каналы маркетинговой информации, доставки и поддержания контактов с конечными покупателями. И это не только по продовольствию, а вообще по всем группам товаров, да так, что частники вообще не знали с какой стороны подступиться, так как персональные ИИ просто не пропускали их рекламу. Вот и приходилось им реализовывать все по каналам крупняка. А там ведь как – поставил им по навязанной цене, и можешь забыть про отслеживание. Поэтому продукции частных фермеров и не было видно, что, в свою очередь, приводило к постоянно нарастающему недовольству с их стороны. Это нам и предстояло решить.

При решении этой задачи, надо сказать, хорошо сработали социологи, при правильной и четкой установке от Шилова. Решение же сводилось к простому подходу: не биться с крупняком за место в их сбытовых механизмах, а просто-напросто переориентировать фокус внимания конечных покупателей с потокового потребления на избирательное. Каким образом? Также просто – сделать выбор продуктов частью досуга, которая формирует ощущение подконтрольности потребления. Разумеется, только в части продуктов питания, замахнуться на все нам бы никто не позволил. Что же касается организации, призванной решать эти вопросы, то она была преобразована из агрегатора для крупняка, в единую торговую площадку для частных фермерских хозяйств, с уклоном в маркетинг и медиа. Это позволило и обойти необходимость взаимодействия с крупняком, и сделать частное фермерство существенно более прозрачным и понятным. И именно социологи указали нам на запрос со стороны конечных потребителей о новых формах потребления. Сами бы мы этого не увидели, по банальной причине – никто из нас, особенно Авдей Наумович, потребителями, в общепринятом понимании, не являлись, и все процессы, связанные с этим, для нас были чужеродными.

Глава 27.

В этой связи очень интересна реакция тех, кого вы называете «веселой троицей».

По большому счету никакой реакции и не было. Оно и понято, для них та организация была мелочью, да и заняты они были совершенно другим – самоутверждением в новом статусе и постоянными стычками и выяснениями с теми, кто в этом статусе пребывал уже давно. В общем, на то, что мы перестроили одну из организаций, находившихся в их ведении, они просто не обратили внимание. А то, что потенциально это могло привести к изменению всего потребительского поведения, так кто же об этом думал. Все «стратегическое» мышление у подобных этим троим сводится к вопросу: «что нужно будет делать, если ситуация обернется против меня?» Короче, насущное для них, всегда важнее перспективного.