Соломон Шварц - Антисемитизм в Советском Союзе

в) Усиленное внимание необходимо обратить на борьбу с антисемитизмом в школе, усилив интернациональное воспитание учащихся и удаляя из школы преподавателей-антисемитов.

г) Особое внимание необходимо обратить на предприятия, расположенные вне больших городов. Окружным комитетам партии срочно проверить постановку на промышленных предприятиях массовой работы с целью ее усиления, а также укрепить руководящие партийные и профсоюзные организации на этих предприятиях.

д) Фракции ЦСПС Белоруссии усилить профсоюзную культмассовую работу на фабрично-заводских предприятиях».

Эта активная нота в борьбе с антисемитизмом звучала и в вынесенном секретариатом ЦК КПБ в конце 1929 года постановлении об усилении борьбы с антисемитизмом («Трибуна», 1929 г., № 24, стр. 27.):

«…Секретариат констатирует, что некоторыми общественными, профессиональными и партийными организациями проявляется слишком мягкое отношение к проявлениям антисемитизма и не учитывается их контрреволюционный характер. Слабо ведется работа по интернациональному воспитанию школьной молодежи, в борьбе с антисемитизмом мало использовываются методы общественного воспитания и судебно-следственные органы.

Секретариат ЦК КП(б)Б считает необходимым:

1) Предложить Наркомпросу и фракции Центрального Профсовета Белоруссии усилить работу по интернациональному воспитанию и разъяснению национальной политики партии, придав с этой целью работе более систематический характер. Наркомпрос должен в месячный срок разработать и предложить школам ряд конкретных мер и указаний по интернациональному воспитанию.

2) Судебные органы, не ослабляя борьбы с проявлениями антисемитизма, должны ее еще более углубить, привлекая к ответственности не только конкретных носителей национальной вражды, но и их вдохновителей.

3) Партийные организации и профсоюзы должны начать разъяснительную кампанию о вредности примиренческого отношения к мелким проявлениям бытового антисемитизма и бороться с ними не только в судебном порядке, но и посредством воспитательной работы…»

Но вопреки всем постановлениям, борьба с антисемитизмом велась вяло, и многие из намеченных в приведенных выше программах мероприятий оставались на бумаге. В этом было что-то роковое. «Ложный стыд «выпячивать еврейский вопрос» (чтобы этим «не развить антисемитизм еще больше») приводит фактически к смазыванию борьбы с буржуазным контрреволюционным вредительством на этом участке идеологического фронта», писал Ларин ( Ларин, стр. 280.), восставая против этой пассивности. Кое-что всё же, правда, делалось, но по сравнению с намечавшимися в программах борьбы с антисемитизмом планами и с тем, чего действительно требовала обстановка, это было минимально.

Остановимся вкратце на отдельных группах мероприятий по борьбе с антисемитизмом, намечавшихся в приведенных выше программных постановлениях.

Меньше всего эти постановления повлияли на работу школы. Никаких попыток введения элементов анти-антисемитизма в школьные учебники сделано не было, и борьба с антисемитизмом, по-видимому, и вообще продолжала оставаться вне поля зрения школы.

Характерно, что в вышедшей как раз в годы наиболее резкого усиления антисемитизма обширной — в трех больших томах — советской «Педагогической Энциклопедии» (1927–1929 гг.), в которой были широко освещены все стороны жизни и деятельности школы, об антисемитизме и о борьбе с ним просто не упоминалось, ни даже в главах, посвященных деятельности в школе комсомольских и пионерских организаций. Стремление бороться с антисемитизмом не сказалось сколько-нибудь заметно и в кино, в художественной литературе и в театре (О проникновении в художественную литературу и на сцену отголосков антисемитских влияний много материала собрал Лев Радищев, «Яд. Об антисемитизме наших дней», Ленинград, изд. «Прибой», 1930 г. — Большая литература этому почти ничего не противопоставила, просто проходя мимо этого тягостного явления.). Ничего почти не было слышно и о борьбе с антисемитизмом в Красной Армии.

Слабо влияли официальные анти-антисемитские установки и на повседневную работу Комсомола. Правда, «Комсомольская Правда» уделяла борьбе с антисемитизмом больше внимания, чем «Правда», но комсомольские организации на местах оставались пассивны. Вот как положение на фронте борьбы с антисемитизмом в начале 1929 года обрисовал на агитсовещании Комсомола секретарь ЦК Комсомола Рахманов («Трибуна», 1929 г., № 5, стр. 3–4.):

«Как поставлена у нас борьба с антисемитизмом внутри союза? Как мы боремся с этим злом? В лучшем случае наши комсомольские ячейки на том или ином предприятии ограничиваются вынесением декларативного постановления о том, что с антисемитизмом надо бороться, а в худшем случае — ячейка терпимо относится к проявлению антисемитизма, а в еще худшем случае — комсомольцы сами являются носителями антисемитизма и участвуют в избиениях, издевательствах над трудящимися-евреями. Об этом, к сожалению, говорит ряд фактов…

У нас есть не только открытые антисемиты, которые выступают и говорят открыто, у нас — что самое опасное в наших условиях — есть скрытые антисемиты, которые скрывают свой антисемитский душок, пользуются различными и завуалированными выражениями, но на самом деле они являются самыми злостными, самыми похабными антисемитами. Борьба против таких скрытых антисемитов, которых, к сожалению, очень много в рядах комсомола, очень сложная, но необходимая задача союза…

К сожалению, в среде этих скрытых антисемитов имеются активные работники. Они, если им скажут, что ты антисемит, обидятся, будут угрожать контрольной комиссией, будут гордиться своим партстажем и т. д. Но, товарищи, в нашем активе есть антисемиты. Проявление антисемитизма у них выражается в еврейских анекдотах, в передаче разговора других лиц, но на самом деле это их собственные мысли, которые они вкладывают в чужие уста…

И еще одно замечание. Я считаю, что неверен в союзе тот взгляд, что дело борьбы с антисемитизмом является делом якобы самих евреев. Неверно это! Дело борьбы с антисемитизмом является делом всего нашего союза. С антисемитизмом должны бороться не одни еврейские работники, на это дело надо мобилизовать всю массу членов союза…»

По-видимому, положение нередко было еще хуже в пионерских организациях (Очень тягостные факты, свидетельствующие о популярности антисемитизма в среде пионеров, привел И. Бобрышин. «Антисемитизм среди молодежи», «Молодая Гвардия» (журнал ЦК Комсомола), 1928 г., февраль, стр. 159.) и немногим лучше в профсоюзах. Летом 1929 года секретариат ВЦСПС опубликовал резолюцию об антисемитизме и о борьбе с ним, в которой отметил что «целый ряд возмутительных антисемитских выходок, имевших место в последнее время на предприятиях, свидетельствует об очень слабой постановке интернационального воспитания и политической работы вообще и воспитательной работы в области национальной политики советской власти и, в частности, борьбы с антисемитизмом». Резолюция эта, как и приведенные выше постановления компартии, призывала к «решительной борьбе с антисемитизмом, как явлением, имеющим контрреволюционную основу», и требовала организации лекций и докладов, издания брошюр, предания гласности всех случаев антисемитизма и подчеркивала «недопустимость пребывания на профсоюзной и культурно-просветительной работе лиц, замешанных в антисемитизме, а также безразлично и пассивно относящихся к проявлениям антисемитизма» («Трибуна», 1929 г., № 14, стр. 12.).