Сергей Кургинян - Политическое цунами

Вердикт Бжезинского суров: внешнеполитический курс Буша-младшего подорвал геополитическое положение Америки, ввергнув страну в состояние опасности. Европа отчуждается от США. Россия и Китай ведут себя все более уверенно, координируя на ряде направлений свои усилия (что противоречит интересам США). Азия отворачивается от США. Ближний Восток вот-вот взорвется. Мир ислама пронизан антиамериканским национализмом. «Статуя Свободы перестает быть символом Америки в глазах многих людей в мире, и этим символом становится концентрационный лагерь в Гуантанамо» [65] 65 Бжезинский З. Указ. соч. С.184. .

Итак, — подводит итог Бжезинский, — в период, начавшийся после «холодной войны», Америка упустила две великие исторические возможности.

Во-первых, ей не удалось (и в этом вина не только Америки, но и остальных участников процесса) использовать потенциал Атлантического сообщества, не удалось выработать для него единую глобальную повестку дня. Союз Америки и Европы сделал бы их решающей силой в мире. Действуя по отдельности, они зайдут в тупик.

Во-вторых, Америке не удалось добиться решительного продвижения в израильско-палестинском урегулировании, и это имело колоссальные издержки. За возникшим израильско-палестинским тупиком последовали сначала вторжение США в Ирак, а затем американо-европейский раскол и взрыв враждебности арабов к США. Эта нарастающая враждебность создает риск постепенного выдавливания США из ближневосточного региона, чем не преминет воспользоваться Китай: «Ни правящие элиты, ни китайцы не проигнорируют эту перспективу. Уязвимые элиты Ближнего Востока нуждаются в иностранном защитнике, а Китай нуждается в стабильном доступе к источникам нефти, которые эти элиты контролируют» [66] 66 Там же. С.190. .

Из всего сказанного следует, что перед новым американским президентом, который придет на смену Бушу, стоит монументальная задача: восстановить легитимность Америки в качестве глобального лидера, главного гаранта международной безопасности. Но для этого новый американский президент должен извлечь уроки из ошибок своих предшественников. А также глубоко осознать суть исторического момента. А она в том, что произошло глобальное политическое пробуждение. Но пробудившийся мир уже не поддается имперскому доминированию.

Только правильно оценив происходящие в мире изменения и возглавив эти изменения, Америка имеет возможность получить второй — и последний — шанс на глобальное лидерство.

Что же подразумевает Бжезинский под «глобальным политическим пробуждением»?

По его оценке, сегодня впервые в истории все человечество политически сознательно и политически активизировано. В той части мира, которая травмирована воспоминаниями о долгих годах иностранного или имперского владычества, эта глобальная политическая активность выражается в энергичном поиске человеческого достоинства, культурных ценностей и экономических возможностей. Политическое пробуждение глобально по своей географии и охватывает все социальные слои. С политической точки зрения, оно радикализовано.

«Особенно неустойчива молодежь «третьего мира». Демографический взрыв, произошедший в возрастной группе до 25 лет, создал огромную массу людей, заряженных нетерпением. Революционная заостренность этой группы рождается среди миллионов студентов, сосредоточенных в вузах развивающихся стран, часто весьма сомнительного интеллектуального уровня. Полуорганизованные в крупные объединения и общающиеся посредством Интернета, они готовы не только повторить то, что происходило в Мехико несколько лет назад и на площади Тяньаньмэнь, но и пойти намного дальше. Потенциальные революционеры, они представляют собой эквивалент воинствующего пролетариата XIX и XX веков» [67] 67 Там же. С.203. .

Опасность, по оценке Бжезинского, состоит в том, что глобальное политическое пробуждение огромных человеческих масс может обратиться против США. Ведь оно является антизападным, антиимперским и по большому счету антиамериканским. В своем развитии глобальное политическое пробуждение «вызывает смещение центра глобального притяжения. А это, в свою очередь, в глобальном масштабе меняет расположение центров власти и оказывает серьезное влияние на роль Америки в мире» [68] 68 Там же. С.204. .

Чтобы не утратить доминирующего положения, Америке необходимо идентифицировать себя с идеей всеобщего чувства политического достоинства, которое подразумевает отнюдь не только свободу и демократию. Оно включает и социальную справедливость (чтобы стать привлекательной социальной моделью для пробудившегося человечества, американскому обществу придется постепенно преодолеть собственный «персональный гедонизм»). И равенство полов. И уважение к культурной и религиозной мозаике мира (без этого уважения обречены на провал любые усилия по «демократизации извне»).

То есть Америка (против которой, в основном, и направлено глобальное политическое пробуждение) должна стать мировым лидером, чуть ли не революционным локомотивом, с которым пробудившиеся народы связывали бы свои надежды и чаяния.

Бжезинский отмечает, что антизападничество — это больше, чем популистское отношение. Это проявление глобального демографического сдвига (который тянет за собой изменение и политического, и экономического баланса). По оценке, приводимой Бжезинским, совокупное население Европы и США к 2020 году будет составлять всего 15 % населения мира [69] 69 Там же. С.208. . Но миллиарды людей — политически пробудившаяся часть незападного населения — жаждут утвердиться. И это качественно новый фактор, влияющий на перераспределение власти в мире.

Дальше Бжезинский переходит к главному:

«В сегодняшнем значительно усложненном глобальном контексте многое зависит от того, удастся ли Америке восстановить некоторую степень взаимного доверия в ее отношениях с исламским миром. Затянувшаяся неспособность сделать это создаст для Китая возможности повысить свою роль не только в отношении Индонезии и Пакистана, но и в отношении Ирана и государств Персидского залива. Если позиции Америки в регионе будут ухудшаться, китайское политическое присутствие здесь будет горячо приветствоваться. Это значительно повысило бы глобальное влияние Китая и могло бы подвергнуть некоторые европейские страны искушению считать, что укрепление особых отношений с энергично развивающимся сообществом стран Восточной Азии отвечает долговременным интересам Европейского Союза» [70] 70 Там же. С. 210–211. .

Книга завершается призывом осознать, что для Америки нет ничего опаснее, чем «восприятие американской политики в постимперскую эру как самонадеянно имперской, увязшей в колониальном прошлом вопреки наступившему постколониальному времени» [71] 71 Там же. С.215. .