Рон Пол - Манифест: Революция

Отцы-основатели сильно удивились бы, каким политизированным стало наше общество, что любой вопрос, по которому расходятся мнения, становится федеральным и решается в Вашингтоне. Джефферсон предупреждал: «Когда все правительства, местные и зарубежные, будут по большим и малым поводам обращаться в Вашингтон как в центр силы, это сделает бессмысленным ограничение одними правительствами других, власть неминуемо станет коррумпированной и деспотической – как и любое правительство, на которое мы не можем влиять». Кто еще нас должен предупредить чтобы мы послушали?

Если вкратце, то как мы должны отрицать имперские интересы за рубежом, так мы должны отрицать их и внутри страны. Единообразная социальная политика, диктуемая невыборными федеральными судьями, на которых имеет влияние империалистический капитал - не та система, на которую американцы подписывались, ратифицируя Конституцию.

Некоторые люди утверждают, что доктрина прав штатов - один из центральных принципов Томаса Джефферсона - ответственна за расизм. Но расизм – это порок разума и может возникать в любом государстве независимо от того, централизована оно как гитлеровская Германия или децентрализована, как наша страна. В «Mein Kampf» Гитлер с восторгом говорит о процессе централизации власти, проходящем во всем мире, когда местному самоуправлению остается все меньше власти. Это была тенденция, которую он хотел продолжить в Германии для построения "сильного национального Рейха", в котором центральное правительство могло бы диктовать свою волю. Гитлер писал:

«Национал-социализм, в принципе, должен претендовать на право применять свои принципы на территории всей Германии без учета предыдущих федеративных границ, и продвигать свои идеи и концепции. Как церкви не обращают внимания на границы и не стеснены политическими рубежами, так и национально-социалистическая идея не будет более зажата границами земель нашего отечества. Национал-социалистическая идея – не для какой-то одной федеративной единицы – когда-нибудь она станет править германской нацией».

Ни одна форма политической организации не устойчива к жестоким злоупотреблениям, такими как законы Джима Кроу, посредством которых правительство намеревается регулировать то, как группам людей взаимодействовать друг с другом. Мирное неповиновение таким законам, которое я поддерживаю всеми фибрами души, иногда необходимо на любом уровне правления. Людям приходится использовать это как последнее средство для того, чтобы бороться с несправедливостью, где бы она не происходила.

В долгосрочном аспекте расизм может быть побежден только философией индивидуализма, которую я продвигаю всю мою жизнь. Наши права принадлежат нам не потому что мы принадлежим к какой-то группе, а потому что мы индивиды. И как индивиды мы должны уважать друг друга. Расизм - это особенно одиозная форма коллективизма, в которой индивиды оцениваются не по заслугам, а из-за принадлежности к какой-либо группе. Ничто в моей политической философии, которая строго противоположна расовому тоталитаризму, не допустит такого образа мысли. Напротив, моя философия индивидуализма - это наиболее радикальный интеллектуальный вызов расизму, который можно вообразить.

Правительство углубляет расовое мышление и подрывает индивидуализм, потому что существование расизма заставляет людей организовывать группы по расовому признаку и лоббировать групповые интересы. Это лоббирование, в свою очередь, создает враждебность и подозрительность между группами, каждая из которых верит, что ее интересы ущемлены, и она получает меньшую долю, чем другие.

Мы должны отказаться от мышления в терминах рас – да-да, в 2008 году еще нужно об этом напоминать – и понять, что свободы и процветания достойны все американцы. Как указывает Томас Сауэлл, лоббисты каждой расовой группы тратят все свое время на то, чтобы продвинуть программы, помогающие только этой группе, несмотря на то, что их группа получила бы куда больше выгод от развития экономической свободы в целом. Он приводит пример лицензионных ограничений на такси, ущемляющих права чернокожих. Но поскольку тема расизма у нас не обсуждается как таковая, расовые группы влияния не делают ничего для того, чтобы это исправить. Вот цитата из Сауэлла:

«Политически, между тем, для лидеров чернокожих гораздо больше смысла в том, чтобы бороться всеми силами за введение большего числа рабочих мест по программе CETA (Закон о расширении занятости и обучении) в гетто Филадельфии, чем бороться за отмену лицензионных ограничений в такси, даже несмотря на то, что эта последняя мера создала бы тысячи рабочих мест для чернокожих, с большей оплатой, чем на работах по программе CETA. Такие рабочие места несут в себе будущие выгоды, хотя и хуже оплачиваются. Выгоды для чернокожих – это не знак отличия лидера, даже если чернокожие получают больше выгод, чем другие путем приобретения доступа к тому, что было им ранее недоступно».

Как я буду обсуждать в главе 5, федеральная борьба с наркотиками наносит непропорциональный вред меньшинствам. Передача этого вопроса на уровень штатов была бы вполне уместна, так как штаты справились бы с этой задачей лучше и гибче, чем федеральное правительство. Люди, знакомые с моей политической программой и записью голосований, знают насколько постоянны мои политические взгляды на протяжении времени. Однако читая эту книгу они увидят серьезный сдвиг: в последние годы я отказался от поддержки смертной казни на федеральном уровне. Это слишком большая власть для федерального правительства и применяется дискриминационно: если подсудимый беден или он чернокожий, шансы получить это наказание у него значительно выше.

Мы не должны думать в терминах черных, белых, испанцев и других групп. Этот образ мысли лишь разделяет нас. Только в одном случае я одобряю мышление «мы против них» - в том случае, когда «мы» - это весь народ – а «они» - это правительство, которое лжет нам, угрожает нашим свободам и уничтожает нашу Конституцию. Это проблема не черных и белых, это проблема американцев и это та идея, на основе которой должны объединиться все расы. Это кстати, может быть той причиной, по которой наша политическая программа оказалась самой популярной из республиканских кампаний среди чернокожих граждан.

Если бы наше правительство точно выполняло Конституцию, нам бы не пришлось особенно волноваться, когда лицо, философия которого отличалась от нашей, занимало политические посты. Наша Конституция делегирует федеральному правительству сравнительно мало задач, поэтому было бы практически безразлично, кто избран. Нам не пришлось бы волноваться, что социальная политика, в которой мы разочарованы, применялась бы к нашему округу по прихоти нового президента и его судебных назначенцев или что больше денег было бы украдено из наших карманов для финансирования очередной пустой правительственной программы. И мы были бы избавлены от комедии, которую разыгрывают многочисленные индивиды и корпорации, яростно спонсируя кандидатов на политические посты, чтобы в случае их победы зацепиться за выгодные федеральные предприятия.