Сергей Кургинян - Суть Времени 2013 № 18 (6 марта 2013)

В последнее время ситуация в Татарстане накаляется. 2013 г. был объявлен сепаратистами «годом Батыя». Звучат требования установить памятник защитникам Казани… Вот только один небольшой нюанс: сепаратистская зараза давно присутствует и в федеральных учебниках.

В изданном в 2001 г. тогдашним главой Института российской истории (ИРИ) РАН А. Сахаровым учебнике для 6 класса («История России с древнейших времен до конца XVI века» издательства «Просвещение») говорилось о взятии Казани: «жители мужественно защищали город», «бились за каждый дом» . И — что в это время политика России « начинает приобретать з ахватнический характер» . Недаром на прошедшем в 2002 г. круглом столе в ИРИ РАН историк из Татарстана Ш. Мухамедьяров нахваливал учебник Сахарова за эти значимые «методологические подвижки» …

А сейчас, параллельно с обсуждением нового единого учебника, министр регионального развития И. Слюняев предложил ввести новый школьный предмет по «истории народов России» (своим «партнером» в этом проекте министр называет все тот же ИРИ РАН). Введение такого предмета с большой вероятностью стало бы «отдушиной» для регионалистских тем.

Что до участия в разработке единого учебника сопредседателей РИО — академиков А. Чубарьяна, А. Деревянко и А. Торкунова — результаты легко себе представить. Для этого достаточно почитать их собственные труды: школьный учебник под редакцией Чубарьяна «История России, XX — начало XXI века» издательства «Просвещение» и учебное пособие для вузов Деревянко «История России» издательства «Велби». Увы, пока что борцы с фальсификацией истории сами вовсю занимаются фальсификациями.

Ложные факты.В учебнике Чубарьяна приведена цифра казненных в 1937–1938 гг. — якобы, их «почти 800 тысяч» . На деле (повторяю), как подсчитал работавший в архивах историк-либерал В. Земсков, данные которого никем не опровергаются, цифра 800 тыс. относится ко всему 30-летнему сталинскому правлению. Так что учебник Чубарьяна осуществляет махинации с чуть менее крупными цифрами, чем учебник Сахарова, — но махинации, согласитесь, не слабые!

Другой пример. В учебнике Чубарьяна утверждается: «От политики раскулачивания пострадало, по некоторым данным, до 15 млн человек» . Ох, уж эти мне «некоторые данные», как обычно в таких случаях взятые из неизвестных источников… На деле, по тому же Земскову, в 1930–1931 гг. в «кулацкую ссылку» было направлено немногим более 1,8 млн крестьян, а в начале 1932 г. их там оставалось 1,3 млн: убыль в 0,5 млн приходилась как на смертность, так и на побеги и освобождение «неправильно высланных». При этом за 1932–1940 гг. в ссылке родилось 230 258 человек, умерло 389 521 (с 1935 г. рождаемость стала выше смертности). Ну, и причем тут «15 миллионов»?..

Миф о наступательной стратегии СССР накануне войны

В учебнике Чубарьяна утверждается: «Советская военная стратегия основывалась на идее наступательной войны. Считалось, что Советский Союз не может отдать врагу ни пяди своей земли и настолько превосходит его в силе, что в случае нападения агрессора сразу перейдет в контрнаступление. Поэтому силы Красной Армии были расположены на границе в наступательных боевых порядках» .

Только почему вот, интересно знать, совершенно иные сведения приведены в книге «1941 год. Страна в огне», изданной под редакцией того же самого Чубарьяна и его коллег — директоров Национальных академий наук Украины и Белоруссии? Чубарьян к тому же — один из авторов книги… В этом труде утверждается: «При разработке документов Наркомат обороны и Генеральный штаб в отличие от германского командования руководствовались тем, что будущая война примет продолжительный характер. … В. Молотов в беседе с писателем В. Чуевым вспоминал: «Мы знали, что война не за горами, что мы слабей Германии, что нам придется отступать. Весь вопрос был в том, докуда нам придется отступать — до Смоленска или до Москвы, это перед войной мы обсуждали» .

Доказательства, как выясняется, известны по архивам: «В результате работы ученых Генерального штаба, прежде всего А. Ю. Горького и г. Ф. Кривошеева, Института военной истории удалось обнаружить и опубликовать документы о стратегических решениях, принятых непосредственно перед нападением Германии на СССР. Их игнорируют те отечественные и зарубежные авторы, которые стремятся очернить советскую предвоенную политику, приписать руководству СССР агрессивные цели, некий «наступательный синдром» . Из этих документов следует, что с большим запозданием, но были определены три рубежа обороны: фронтовой — на советской западной границе, стратегический — по Западной Двине и Днепру… и государственный рубеж обороны — на дальних подступах к Москве». В директивах Генштаба, направленных в приграничные округа в середине мая 1941 г., «предусматривалась вероятность отступления наших войск вглубь территории страны… Указывалось: «На случай вынужденного отхода разработать согласно особым указаниям план эвакуации фабрик, заводов, банков и других хозяйственных предприятий, правительственных учреждений, складов военного и государственного имущества…» .

Да, директивы были даны поздно, но они были даны! Риторический вопрос: где, в учебнике или в научном труде, написанном совместно с директорами ведущих вузов Украины и Белоруссии, Чубарьян извращает правду?.. И — зачем?

Миф о Пакте Молотова — Риббентропа

Учебник Чубарьяна дежурно порицает Пакт: «Протокол явился нарушением правовых и моральных принципов, решая за спиной других стран и народов их судьбу и будущее» . Сталин, если верить опять-таки учебнику, «довольно прохладно относился к идее коллективной безопасности» , а западные страны от СССР «оттолкнули репрессии» . Когда же в Англии и во Франции начали нарастать настроения в пользу переговоров с СССР, Сталин «вдруг» решил договориться с Германией…

На деле хорошо известно, как долго Англия и Франция играли с СССР, вовсе и не намереваясь заключать соглашения… И то, что Мюнхенский сговор был прежде и ничуть не лучше Пакта… И то, как «жертва» — Польша — сама рвала на части Чехословакию… И то, что Германия в любом случае неизбежно поглотила бы Польшу, придвинув границы вплотную к СССР… Приведем лишь мнение Черчилля, высказанное в ходе войны: «Конечно, было бы лучше, если бы русские армии дошли до своих нынешних западных рубежей как друзья и союзники Польши, а не как армия вторжения. Но то, что они туда дошли, необходимо для безопасности России перед нацистской угрозой» . Свое мнение Черчилль подтверждал и после войны: «Тот факт, что такое соглашение оказалось возможным, знаменует всю глубину провала английской и французской политики и дипломатии за несколько лет. В пользу Советов нужно сказать, что Советскому Союзу было жизненно необходимо отодвинуть как можно дальше на запад исходные позиции германских армий» .