Петр Хомяков - Катастрофа - 2012

Второй: при возникновении новых проблем вместо мобильного проектного переориентирования персонала на их решение (что легко делается в гибкой системе управления) создается новая структура. После решения проблемы она перестает быть нужной, однако расформирование структуры воспринимается персоналом (руководителями в рамках этой структуры) как наказание. Причем незаслуженное (проблема-то решена).

Поэтому структура остается.

Повторим: в науке описаны десятки подобных механизмов роста аппарата.

Таким образом, он разбухает. И оперативность управления теряется даже в стандартных ситуациях. Ибо скорость прохождения информации по разбухшему аппарату падает.

Таким образом, в результате процесса бюрократизации:

— падает оперативность управления в стандартных ситуациях;

— совершенно неадекватно управление в ситуациях уникального выбора;

— совершенно не используется творческий потенциал работников;

— в связи с ростом аппарата и расходов на него, при одновременном снижении качества управления, катастрофически падает экономическая эффективность управления.

Повторим и подчеркнем: это происходит естественно, а не по некоторой злой воле .

Заметим кстати, что некорректно говорить о любом управленце как о бюрократе. Бюрократ — это участник управленческой структуры, базирующейся на иерархичности, предельной формализации и теоретически обоснованном бездушии (отрицании роли человеческого фактора и творческого подхода). Причем участник такой структуры, помимо всего прочего, заинтересованный в ее сохранении и не желающий признавать паразитарный характер своей деятельности.

Заметим, что бюрократический стиль управления был конкурентоспособным в Древнем Египте и отчасти в Средневековье (да и то не во все периоды). О социальной цене этой конкурентоспособности мы умолчим, ибо это выходит за рамки нашего изложения. Однако если бы мы учли еще и социальную цену конкурентоспособности бюрократии, мы бы вообще пришли к выводу о необходимости ее немедленного уничтожения.

Однако сейчас, когда технологии претерпевают существенную модернизацию каждые 7 лет, когда стремительно и беспрецедентно меняется сама природная среда, бюрократический стиль управления себя изжил. Ибо современный менеджер должен работать по большей части в ситуациях уникального выбора и уметь строить гибкие организационные структуры.

Исчерпание возможностей бюрократического управления проявляется неожиданным образом в следующей ситуации. Всем известна так называемая «итальянская забастовка». Это когда бастующие строго выполняют все инструкции, и при этом оказывается, что работа невозможна. В принципе, итальянская забастовка теоретически возможна в современных условиях везде.

Блокирование всего производства и общественной жизни не происходит только из-за того, что существует негласный общественный договор в интересах дела правила нарушать. Но бюрократия неспособна в принципе сделать нарушение правил нормой.

В этой ситуации само обществоинициирует бюрократию на нарушение правил с помощью коррупции и на признание этого механизма морально оправданным.

Ибо без коррупции бюрократически управляемое общество просто перестало бы функционировать. Все превратилось бы в одну непрекращающуюся итальянскую забастовку.

Поэтому борьба с коррупцией в бюрократическом обществе бессмысленна . На первый взгляд эти рассуждения прямо не касаются объектов рыночной экономики. Но это только на первый взгляд. Ибо бюрократическое общество составляет самую главную составляющую внешней среды для предприятий.

И навязывает бюрократический стиль управления самим предприятиям.

Из сказанного следует, что бюрократические тенденции являются самыми опасными врагами экономики и социума. И их надо преодолевать.

В рамках менеджмента это может быть достигнуто только последовательным вытеснением жестких иерархических организационных структур гибкими . Что и происходит в ряде случаев в развитых странах.

Закончим цитирование учебника и продолжим.

Увы, на практике не все так просто. И даже в развитых странах бюрократия все больше проникает в стиль управления не только государством, но и крупными компаниями.

Об этом пишут сами западные авторы, исследующие эволюцию общественных институтов.

Но почему так происходит в этих странах с развитыми институтами демократии и рыночной экономики? Да потому, что эти страны все больше отказываются от тех тенденций общественного развития, которые обеспечили успех цивилизации в Новое время.

Модели развития, отвоеванные средним классом веком-двумя раньше, ныне вытесняются моделями, выгодными государственникам и олигархам. Поэтому повсеместно в мире наблюдается рост бюрократии (и кстати параллельный рост олигархии), и, как мы показали выше, естественный рост коррупции.

Об этом росте прямо-таки истерично пишет западная пресса и предлагает усиление «демократического контроля» как способ избавления от коррупции.

Но, во-первых, демократический контроль — это контроль от имениоболваненных масс. Этот контроль, таким образом, отнюдь не демократический, ибо сами массы в нем не участвуют, а делегируют свои полномочия. Кому? Опять же бюрократическим структурам. Но бюрократия без коррупции может только застопорить любое дело. В том числе и дело контроля.

Так что же, разрешить «играть не по правилам» самим контролерам? Невозможно. Они же сами борцы за соблюдение правил. Тогда разрешить коррупцию уже в самих контрольных органах? Нонсенс. Они же как раз созданы для борьбы с коррупцией.

Повторим: мы здесь описываем проблемы цивилизованного мира. Проблемы, описанные теоретиками и практиками управления. В византийской же России все это проявляется гораздо более нелепо, а главное, аморально. И не исследуется и не описывается никем. Все сказанное о борьбе с коррупцией в России — пустой треп. Ибо не говорится главного: коррупция — неизбежное естественноеследствие усиления иерархических линейных государственных структур, пресловутой вертикали власти.

Это не пропаганда. Ибо мы ни к чему не призываем. Это строго научный вывод.

И согласно этому выводу, борьба с коррупцией возможна только на путях устранениялинейных схем управления и бюрократии. Не будет их — не будет и коррупции.

При этом управляемость отнюдь не будет нарушена. Просто бюрократизированные линейные структуры будут заменены структурами гибкими. В том числе и в государственном и региональном управлении, а не только в экономике.