Петр Хомяков - Катастрофа - 2012

И эта «культура», естественно, раздражает европейского обывателя. Причем, это раздражение, опять же, несмотря на политкорректный гнет и законопослушность граждан Запада уже прорывается наружу.

Вот взятый из Интернета пример такого рода, касающийся политической борьбы в Австрии.

«Выступая на новогоднем съезде партии, главный кандидат ( Сюзанна Винтер ) в муниципалитет ( Гарца ) от «Партии свободы» предостерегла от «мусульманского миграционного цунами», а пророка Мухаммеда назвала «растлителем малолетних», который написал Коран во время «эпилептического припадка».«Я не хотела никого обидеть», — заверила кандидат юридических наук, которая сама себя позиционирует как «донельзя самокритичного политика». При этом она не боится прокуратуры, которая начала проверку ее высказываний и возможности уголовного наказания. Между тем, если будет доказано, что ее высказывания являются подстрекательством, ей грозит до двух лет тюремного заключения».

« Сын Сюзанны Винтер Михаэль пошел по стопам матери. Он возглавляет штирийскую молодежную организацию «Партии свободы»,причем его высказывания также отличаются резкостью. «Я выступаю за введение смертной казни для убийц и растлителей малолетних», — заявил двадцатилетний молодой человек в августе.

Подобные заявления идут одно за другим, выстраивая целую цепочку ксенофобских и религиозно нетерпимых выпадов матери и сына Винтер. Еще полгода назад Сюзанна Винтер призывала «изолировать беженцев в пустующих казармах». Позднее Винтер предложила отбирать водительские права у женщин, носящих хиджаб, и неоднократно актив но настаивала на употреблении слова «негр»,а также приводила всех в смятение различными одиозными биогенетическими теориями. «Что-то такое есть в их генах, что они не могут переварить. Поэтому у них слишком мало чувства собственного достоинства и слишком много чувства превосходства», — шокировала она темнокожее население Граца в одном из интервью.

Ее понимание истории? «Без комментариев, это мое личное дело», — постоянно огрызается Винтер. — «Такими вопросами нас просто хотят загнать в правый угол». Образцов для подражания среди политиков у пятидесятиоднолетней Винтер (с безукоризненным макияжем и гривоподобной шевелюрой) нет, «только идеи».

На предвыборных плакатах это ощущается в переделанных резких фразах, направленных против известных с незапамятных времен образов врага: против «мафии попрошаек», «нарушения миграционного законодательства» и за запрещение мечетей в Граце. Этого, согласно опросам, должно быть достаточно, чтобы «Партия свободы» снова вошла в муниципалитет Граца. Винтер называет себя «практикующей христианкой».Ислам же, по мнению Винтер, вообще не является «настоящей религией».

Логично, что ее сын теперь требует «завести в городском парке отару овец как экстренную меру в борьбе с изнасилованиями, совершаемыми мусульманами-турками». «Поскольку, сексуальные отношения с животными, похоже, имеют в исламе древнюю традицию», — поясняет дальше Винтер-младший.

Согласитесь, читатель, наши собственные оценки проблемы цивилизационных маргиналов в контексте мирового цивилизационного кризиса гораздо более корректны по форме.

Но с чисто академичной точки зрения, мы не могли пройти мимо упоминания всех этих примеров и высказываний. Чтобы продемонстрировать, что наши оценки проблемы не являются какими-то эксклюзивными или выпадающими из контекста реально существующей и, несмотря на противодействие политической моды, громко заявляющей о себе тенденции.

Просто в отличие от достаточно эмоциональных и хлестких заявлений выше цитируемых авторов и общественных деятелей, мы видим данную проблему в контексте глобального цивилизационного кризиса.

Мы видим, как она возникла, и как она проявится в том или ином сценарии разрешения глобального кризиса. Но об этом несколько позже. А пока рассмотрим, как эта проблема возникла.

Мы понимаем, что несколько нарушаем логику изложения данной главы, ибо здесь мы приводили в основном чужие оценки либо сравнение былых прогнозов и текущих реалий. Но будем считать нашу реплику этаким резюме чужим разрозненным оценкам.

А главное, здесь мы впервые в этой книге, несколько забегая вперед, дадим хотя бы возможность позитивной перспективы решения рассматриваемого вопроса.

На любую проблему можно посмотреть из мышиной норы, с вершины холма и с высоты птичьего полета.

Л.Н. Гумилев

Для лучшего понимания массы разрозненных фактов лучше будет посмотреть на них, как советовал Л.Н. Гумилев «с высоты». Начнем издалека (как и положено, если смотришь с высоты).

Зададимся вопросом, отчего и когда Запад начал вести себя политкоррректно и толерантно. Уж не во времена написания «Хижины дяди Тома», конечно. А гораздо позже.

Когда же? Ведь расовые проблемы, обусловленные именно государственной политикой расовой дискриминации, имели место в США еще во времена вьетнамской войны, то есть в конце 1960-х годов. А в начале 1960-х советская пресса муссировала «ужастики» о произволе французской полиции над бедными немногочисленными приезжими арабами.

А теперь уже арабы терроризируют предместья французской столицы. А в полицию ФРГ активно набирают тех же арабов и турок. Да еще проводят государственную пропагандистскую кампанию о том, как это хорошо и мило.

Отчего же это Запад так резко сменил курс в вопросах этнополитических? Что, действительно так мил этот наплыв цветных мигрантов в развитые страны? Наплыв, от которого, как мы показали только что, западные граждане уже просто воют.

И осознают бесперспективность продолжения подобной практики, что обусловлено следующими моментами.

Первое: цветные мигранты не социализируются. Они не желают вписываться в западное цивилизованное общество. А наоборот, стремятся навязать свои архаичные стереотипы поведения.

Второе: цветные мигранты все в меньшей степени выполняют функцию дешевой неквалифицированной рабочей силы. Сейчас они в гораздо большей степени социальные иждивенцы и криминалитет, нежели дешевые чернорабочие. То есть, они с чисто утилитарной точки зрения, являются больше обузой, нежели подспорьем западной экономики.

Часто можно слышать мнение, что белые просто разучились работать, и поэтому западная экономика не может обойтись без такой вот «трудовой интервенции» цветных, пусть даже ценою таких издержек. Но это верно лишь отчасти. Сторонники Ле Пэна во Франции, придя к власти в нескольких муниципалитетах, показали, что во Франции есть достаточное количество французских дворников и сантехников.