Дэниел Ергин - Добыча

Хайнрих Ридеманн, глава «Стандард» в Германии, имел несколько иной взгляд на вещи: частным компаниям нелегко защитить свои права при конфискации и национализации. «Такое участие правительства в промышленности и предпринимательстве, как в России, есть нечто новое и неслыханное в истории бизнеса, — сказал он. — Никому из нас не нравится мысль помогать советским идеям. Однако, если другие собираются войти в Советский Союз, какая польза будет, если мы останемся в стороне?» Действительно, другие западные компании уже стучались в дверь — некоторые тихо, а некоторые с большим шумом. Они добивались концессий по всему Советскому Союзу — в Баку, на острове Сахалин. Собственность в Баку была именно той, на которую претендовали «Джерси», «Шелл» и другие. Еще хуже было то, что Советы продавали нефть с этих предприятий как со своих собственных. Существовал только один способ обыграть Советы: «Джерси» и «Шелл» могли создать совместную организацию, чтобы покупать российскую нефть. Тиглу эта идея совсем не нравилась. «Знаю, что мыслю старомодно, — сказал он, — но попытка установить дружеские отношения с человеком, который грабит ваш дом или крадет вашу собственность, никогда не казалась мне наилучшей линией поведения». Тем не менее, как только другие американские компании начали покупать российскую нефть и с ее помощью напрямую конкурировать с «Джерси», противодействие ведению бизнеса с Россией внутри компании ослабло. В ноябре 1924 года совместная организация по закупкам «Джерси — Шелл» была наконец создана, и две компании начали обсуждать варианты ведения бизнеса с Советами. Тигл был весьма недоволен тем, как это делалось. Классическая проблема бизнеса — не хватает времени, день всегда слишком короток, чтобы подумать «всерьез и надолго». «Оглядываясь на то, что мы делали последние шесть или восемь месяцев, я нахожу, что столь важный вопрос, как ситуация с закупками из России, решался нами без того внимания, которого заслуживало его значение, — писал он Ридеманну. — Достойно сожаления, что нам приходится делать так много вещей, и день наш так плотно расписан, что, кажется, мы совершаем ошибки, которых могло бы не быть, если бы мы продумывали вопрос до его логического итога».

Сотрудничество с «Ройял Датч/Шелл» — это одно, но сотрудничество с Советами — совсем другое. Оно оставалось для Тигла неприемлемым. В письме к Ридеманну он писал: «Признать Советы рынком нефти значит не только стать скупщиком краденого, но и поощрять вора превращением воровства в гарантированно доходное дело». Ридеманн попытался успокоить взволнованного шефа. «Человек — странное создание, — отвечал он перед Рождеством 1925 года, — и, невзирая на разочарования, он по-прежнему начинает каждый год с новыми надеждами. Поэтому давайте поступать так же».

Соглашение «Джерси — Шелл» для организации совместных закупок у Советского Союза вскоре оказалось неминуемым. Было даже согласовано, что 5 процентов закупочной цены пойдет на компенсации бывшим владельцам. И Тигл, и Детердинг продолжали скептически смотреть на всю эту затею. И когда соглашение в начале 1927 года провалилось, Детердинг почти ликовал. «Я так рад, что из этих советских дел ничего не вышло, — писал он Тиглу. — Я чувствую, что каждый когда-нибудь пожалеет, что мы вообще имели дело с этими разбойниками, единственная цель которых — разрушить всю цивилизацию и снова установить господство грубой силы».

Такие эмоции явно противоречили деловым расчетам Детердинга. Было похоже, что после женитьбы на русской эмигрантке Лидии Павловой он стал более убежденным и откровенным антикоммунистом. Детердинг даже телеграфировал Джону Д. Рокфеллеру-младшему, убеждая его не позволить компаниям-наследницам «Стандард» покупать российскую нефть. Голландец сообщал, что он «молил» Рокфеллера «ради человечества». По его мнению, «всем порядочным людям» следовало воздерживаться от того, чтобы «помогать Советам получать большие деньги». Он говорил Рокфеллеру, что это «антихристов» режим. Детердинг заявлял о своей уверенности в том, что Рокфеллер не захочет, чтобы его компании получали «запачканные кровью прибыли… Кровавая советская система скоро прекратит существование, если Ваши компании не будут ее поддерживать».

Невзирая на мольбы Детердинга, две компании-наследницы «Стандард ойл» — «Стандард ойл оф Нью-Йорк» и «Вакуум» — пошли своим путем в делах с Советским Союзом. «Стандард оф Нью-Йорк» построила для русских керосиновый завод в Батуме, который сама же и арендовала. Обе компании заключили контракты на закупку значительных объемов российского керосина — в основном для Индии и рынков Азии. «Сокони» нуждалась в нефти из России. «Шелл» располагала другими источниками нефти для поставок в Индию, «Сокони» — нет.

Детердинг пришел в ярость. Он осудил президента «Сокони» С. Ф. Мейера, назвав его человеком «без чести и ума». В 1927 году, в качестве возмездия «за предательство», он начал суровую ценовую войну в Индии, захлестнувшую вскоре и другие мировые рынки. «Сокони» контратаковала, «подрезая» цены на других рынках. Детердинг организовал целую кампанию против «Стандард оф Нью-Йорк», критикуя ее в прессе за покупку «коммунистической» нефти. Поскольку различия между компаниями-наследницами треста «Стандард ойл» были не слишком ясны, — не только публике, но и Детердингу, который так или иначе был слишком подозрителен, чтобы в них поверить, — «Стандард ойл оф Нью-Джерси» тоже оказалась втянутой в драку. К большому неудовольствию Уолтера Тигла и «Джерси» обвинили в покупке «коммунистической» нефти. «Мы имеем сейчас дело со столь значительными событиями, что компании „Джерси“ придется улаживать все это», — писал с угрозой Детердинг администратору «Джерси». Несомненно, он ожидал, что «Джерси» уверенно укажет «Сокони» ее место. «Джерси в конце концов крупнейшая американская нефтяная компания и в любом случае самая перспективная, — говорил он, — а „младшую“ компанию „Нью-Йорк“ надо заставить понять, что она служанка, а не босс». Как и планировал Детердинг, «Джерси» заставили публично критиковать две другие компании за их закупки в России. Тигл смог найти во всем этом и кое-что полезное. По его словам, «мыслящие люди в Европе впервые поняли, что существует разница между одной компанией „Стандард ойл“ и другой».

Руководители «Джерси» подозревали, что Детердинг вышел из соглашения о закупках нефти у Советского Союза под давлением британского правительства. Но в самый разгар ценовой войны высший британский чиновник заверил американцев, что дело было вовсе не так. «Сэр Генри Детердинг вечно попадает впросак из-за своей нетактичности, — писал чиновник. — Когда русские подняли вопрос о компенсациях в предложенном совместном закупочном проекте „Шелл“ и „Джерси“, сэр Генри совсем потерял голову и сказал, что не позволит никому покупать советскую нефть… Это было абсолютно глупо и в то же время так характерно для него… Очевидно, что прочих покупателей отвадить не удалось бы, а поступок его вызван частично досадой от собственного бессилия, которая и заставила сэра Генри напасть на „Стандард ойл оф Нью-Йорк“».