Валентина Скляренко - Окружение Гитлера

На основании подобных версий и предположений «Рудольф Гесс считается исторической фигурой, достойной подражания, мучеником, погибшим за верность национал-социалистским идеалам, и примером несправедливой юстиции союзников». Но так ли это на самом деле? И что в действительности скрывается за таинственным британским вояжем ближайшего соратника фюрера? Кому и почему была выгодна его смерть? Чтобы ответить на все эти вопросы, по совету историков, «стоит приглядеться к его жизни и смерти более внимательно ».Что мы и попытаемся сделать. Для начала обратимся к его родословной.

Детские и юношеские годы Рудольфа Гесса освещены его биографами достаточно подробно и всесторонне. Однако и в этих описаниях можно столкнуться если не с загадками, то с различного рода неясностями или мало известными фактами. В их числе упоминания о неких туманностях в его происхождении.

Известно, что предки Гесса происходили из Богемии, Тюрингии и Швейцарии, а один из них – Генрих Чуди из города Гларуса – в 1386 году участвовал в решающей битве при Земпахе, положившей начало независимости Швейцарского союза. О других ратных подвигах представителей этого рода упоминаний нет, а ближайшие предки Рудольфа по отцовской линии занимались сугубо мирными делами – ремеслами и торговлей, в частности были известны в Баварии как хорошие мастера сапожного дела. Его дед основал в 60-х годах XIX века фамильную торговую фирму «Гесс и компания», занимавшуюся экспортно-импортными поставками, а отец, Иоганн Фриц Гесс, продолжил семейное дело, зарекомендовав себя преуспевающим немецким коммерсантом в египетском городе Ибрахимие, предместье Александрии.

Вот собственно и все, что известно о родословной по отцовской линии будущего заместителя фюрера. Еще меньше сведений сохранилось о происхождении его матери, Клары Гесс. Известно лишь, что родилась она в баварском городе Хоф и до замужества носила фамилию Мюнх. Но именно с ней связана первая загадка в биографии Рудольфа Гесса. Некоторые исследователи называют ее «баварской еврейкой» и утверждают, что по материнской линии будущий заместитель фюрера был в дальнем родстве с… Уинстоном Черчиллем. Однако еврейским происхождением одного из «отцов» национал-социализма в Германии сегодня уже вряд ли можно кого-то удивить. Историки давно обнаружили подобные факты в биографиях многих ближайших соратников Гитлера, включая и его самого. А вот упоминание о некоем родстве Гесса с британским премьер-министром весьма любопытно. Особенно если учесть, что некоторые исследователи пытаются использовать этот, кстати, никем документально не подтвержденный факт для объяснения причин его таинственного полета в Британию в разгар ведения военных действий против нее.

Есть среди них и те, кто отчасти видит мотивы этого странного поступка Гесса в том, что он был «пылким англофилом». По их мнению, страсть ко всему британскому развивалась у него с детства и была во многом обусловлена местом его рождения. В частности, английские историки Линн Пикнетт, Стивен Прайор и Клайв Принс в книге «Неизвестный Гесс. Двойные стандарты Третьего рейха» пишут: «Возможно, англофилия Рудольфа Гесса стала результатом каприза судьбы, по которому он появился на свет в британском протекторате, каковым в XIX столетии являлся Египет». Действительно, старший сын немецкого коммерсанта Фрица Гесса родился 26 апреля 1894 года в Александрии, где процветала британская колония. И хотя отец «редко общался с англичанами или позволял делать это членам своей семьи», мальчик «рос в проникнутой викторианским духом атмосфере». И конечно же авторы книги справедливо отмечают, что зародившаяся в душе Рудольфа англофилия «получила бы значительную подпитку, если бы ему пришлось учиться в Оксфорде», как того хотели его родители. Но этим планам не суждено было сбыться из-за начавшейся Первой мировой войны. Тем не менее, Гесс, даже уже живя в Германии, оставался пылким англофилом. Британские историки приводят немало тому свидетельств, среди которых не только серьезное изучение им английского языка и установление дружественных связей с англичанами, но и в какой-то степени следование их образу жизни: «Усердно стараясь воспитать из себя британца „с жесткой верхней губой“, он держал в повиновении эмоции, а желание выглядеть соответствующим образом простиралось до ношения твидовых пиджаков по уик-эндам».

Тем не менее, Рудольф Гесс никогда не забывал о том, что он немец. Даже несмотря на то, что впервые попал в Германию только в четырнадцатилетнем возрасте.

Однако школьные друзья из интерната в Бад-Годесберге на Рейне, куда Рудольф был отправлен родителями, не считали его настоящим немцем, и он всеми силами старался продемонстрировать им свою любовь к Германии, к немецкой истории. Но вряд ли прозвище Египтянин, которое, как пишет британец Питер Пэдфилд, «оказалось столь метким, что оставалось за ним на протяжении всех лет пребывания в нацистской партии», можно считать основным фактором, повлиявшим на политические убеждения молодого Гесса. По словам российского журналиста Андрея Чинаева, он не только не стыдился своей малой родины, но и никогда «не скрывал своей привязанности к стране, в которой вырос и куда неоднократно возвращался – в школьные каникулы и отпуск по ранению». Этой «увлеченностью страной фараонов» он был обязан, прежде всего, матери, Кларе Гесс, которая с двенадцати лет занималась его образованием.

Вообще нужно сказать, что условия в семье для формирования личности молодого Гесса были диаметрально противоположными, что не могло не сказаться на его взглядах и поступках в зрелом возрасте. Наиболее точно это было подмечено Гвидо Кноппом, который охарактеризовал обстановку в семействе Гесс следующим образом: «Отношения с родителями соответствовали стандартам воспитания на грани двух веков. Отец Гесса командовал семьей в таком строгом казарменном тоне, что, как вспоминал позже Рудольф Гесс, „у нас кровь стыла в жилах“… Семейное тепло исходило от матери, Клары Гесс. От нее Рудольф унаследовал любовь к природе и к музыке, веру в целебные травы и большой интерес к астрологии. Письма сыну в интернат почти всегда писала мать. Страх и восхищение авторитетом отца и, с другой стороны, глубокие, нежные отношения с матерью – эти два противоположных полюса определили всю жизнь Гесса. Характерным для него было то, что он не мог найти собственную позицию между ними, и всю жизнь у него было два лица: крепкий смельчак, участник драк „эпохи борьбы“, был одновременно сентиментальным другом животных, который в буквальном смысле слова и мухи не мог обидеть. Апостол партийной морали, резко выступавший против коррупции и злоупотребления служебным положением, он требовал введения в оккупированной Польше телесных наказаний для евреев. Смелый и решительный офицер Первой мировой войны настолько покорно подчинялся Гитлеру, что не оставалось места для собственной инициативы. И наконец: лишенный политического влияния Заместитель, над которым другие смеялись за его индифферентность и оторванность от жизни, в 1941 году вдруг проявил решительность и отвагу и в разгар войны перелетел к врагу».