Джон Робинсон - Масоны: Рожденные в крови

Если руководители бунтовщиков и восставшие крестьяне руководствовались только стремлением тамплиеров к отмщению, то история могла бы и не признать восстание Тайлера неудачным. Однако трудно предположить, что Великое общество, приведшее в движение силы восставших, исходило только из мстительных побуждений монашеского ордена, ликвидированного за шестьдесят девять лет до этого. Двадцатилетнему рыцарю-тамплиеру в то время было бы уж под девяносто лет. Участие тамплиеров в восстании осуществлялось бы вторым или даже третьим поколением монахов ордена. Связь восстания 1381 г. с тамплиерами свидетельствует не о том, что Великое общество стремилось раздуть это восстание или воспользоваться им, а прежде всего о том, что это общество существовало втайне около семидесяти лет. Из чего это следует?

Совершенно очевидно, что после ликвидации ордена тамплиерам помогали какие-то группы или общества еще во время преследования их английским королем Эдуардом II, иначе не было бы такого множества людей, избежавших ареста и просто бесследно исчезнувших из поля зрения карательных органов. Королевский невод и содействовавшие королю религиозные ордены смогли выловить только двух скрывавшихся тамплиеров в Англии и одного в Шотландии. Кроме того, очень многие тамплиеры благополучно бежали из тюрем, что невозможно было совершить без помощи изнутри и снаружи застенков. Далее, аресты тамплиеров в Англии начались через три месяца после того, как они были объявлены во Франции. Это дало время подготовить надежные укрытия. Несомненно, стихийно создавалась некая система или организация помощи или взаимной выручки, а условия и моральные принципы способствовали тому, что эта система пережила всех непосредственных участников событий и продолжала существовать. Для этого нужна была общая цель, общая опасность и общий враг. Если корни Великого общества каким-то образом связаны с тамплиерами, то общие цели и тайные связи могли сполна проявиться во время событий восстания Уота Тайлера. Чтобы внимательнее присмотреться к развитию связей Ордена тамплиеров, следует обратиться к истории и деятельности этого воинственного монашеского ордена, возникшего в период Первого крестового похода.

После года боев и сражений, отвоевав у неверных Никею и Антиохию, 7 июня 1099 г. участники Первого крестового похода добрели до стен Иерусалима.

При приближении крестоносцев египетский правитель Иерусалима приказал засыпать и отравить все колодцы вокруг города, а всех лишних овец и коз угнать подальше в пустыню. Местных христиан заставили покинуть город. Это не было оказанной им милостью, а дополнительной хитростью: всеми средствами иерусалимские власти усложняли завоевателям получение воды и пищи. Среди изгнанных христиан был Жерар, хозяин приюта для паломников в Амалфи. Он сразу явился к руководителям похода и сообщил им важные сведения относительно оборонительных сооружений Иерусалима. Его осведомленность оказала большую услугу крестоносцам, и его помощь высоко оценили в их лагере.

Однако крестоносцы никак не могли предполагать, с какой жарой они столкнутся в Иерусалиме. Особенно невыносимой она была для человека, который должен носить под латами шерстяную блузу, а солнце целый день безжалостно раскаляет металлическое снаряжение и нет тени, куда можно было бы укрыться от его палящих лучей. Никто не предупредил крестоносцев, пришедших из покрытой лесами Европы, что в Святой земле нет деревьев, из которых можно было бы соорудить осадные орудия и штурмовые башни. Строительный лес пришлось доставлять из Самарии, а перенос каждого бревна требовал участия десятков пленных мусульман. Завоеватели никак не ожидали, что за питьевой водой для людей и животных придется отправляться за двенадцать миль. В довершение всего после шести недель всяческих мучений и отчаянных трудностей, усугубленных нехваткой воды и продовольствия, пришло известие, что на помощь осажденному Иерусалиму из Каира движется огромное египетское войско. Крестоносцев охватили отчаяние и паника.

Как бы в ответ на их молитвы один монах в сонном видении получил указания, как крестоносцы могут добиться победы. Прежде всего, они должны перестать грешить, отбросить пустые амбиции и прекратить ссоры. Далее им предписывалось истово молиться и блюсти трехдневный пост. На третий день они должны босыми смиренно обойти вокруг стены Святого города. При соблюдении всех этих условий Господь на девятый день дарует им победу над неверными. В видении монаха увидели знак, и вожди крестоносцев приказали войску выполнить требования Всевышнего. После двух дней поста все крестоносцы скинули обувь и начали двухмильный обход городской стены. Египетские защитники потешались и улюлюкали, глядя на крестоносцев с высоких крепостных стен, издевательски мочились сверху на кресты, несомые смиренно молящимися рыцарями.

Видение монаха придало новые силы осаждавшим, и они сумели соорудить три осадные башни. С их помощью группы рыцарей поднялись на крепостную стену, а затем, после кровопролитных боев, открыли изнутри ворота крепости, и главные силы крестоносцев хлынули в город. Как и было предсказано, на девятый день сражения Иерусалим был взят.

Разгоряченные сражением, обезумевшие от долгих лишений, опьяненные кровью, крестоносцы наводнили улицы; они врывались в дома, лавки, мечети и убивали кого ни попадя, и старого и малого. В донесении папе римскому сообщалось: «Если Вашему Преосвященству угодно знать, как мы обошлись в Иерусалиме с врагом, то у врат Соломоновых и в Храме столько неубранных трупов сарацинов, что кони наших воинов ходят по колено в крови».

Гремучая смесь фанатичного благочестия, искреннего самопожертвования, дикой кровожадности и невероятной алчности, проявившаяся в эти первые дни, сопутствовала всей двухвековой драматической истории христианского царства на Востоке.

Знаменательные перемены Первый крестовый поход принес маленькой монашеской обители Амалфи, содержавшей приют для паломников. В благодарность за ценные сведения о египетских укреплениях, которые помогли достичь желанной победы, обитель щедро осыпали богатыми дарами и земельными владениями. С помощью новых христианских правителей монастырь был значительно расширен. В 1118 г. новый настоятель обители, французский аристократ, решил, что скромный приют слишком тесен, чтобы служить пристанищем рыцарей-крестоносцев, защитников Святой земли. Обитель стала называться Госпиталь Святого Иоанна Иерусалимского и обратилась к папе с просьбой дать ей устав монашеского ордена. Папа даровал такой устав. Со своим богатством и весом они скоро почувствовали, что переросли местного святого и в качестве нового покровителя избрали Иоанна Крестителя.