Джон Робинсон - Масоны: Рожденные в крови

Папа оценил идею объединения орденов положительно. Участие иоаннитов, укрепивших свою репутацию захватом острова Родос, придавало Крестовому походу шансы на успех, и папа склонялся к тому, что новый объединенный орден должен возглавить Великий Мастер иоаннитов Фульк де Вийяре.

Филипп тоже смотрел на предложение слить два ордена в один положительно, но совсем по другим соображениям. Он предложил папе такой вариант: объединенный орден должен возглавлять король Франции, и он же должен быть распорядителем всех средств и всего достояния обоих орденов. Причем это королевское руководство монашествующим воинством должно стать династическим и передаваться по наследству. Причем Филипп сразу изъявил готовность стать Королем войны. Никто этот план, естественно, не поддержал, поэтому в качестве альтернативного варианта Филипп предложил ликвидировать Орден тамплиеров вообще. Главные ценности и основное состояние ордена находились во Франции, и Филипп предполагал просто все захватить. Несомненным плюсом этого плана для Филиппа было то, что он сразу освобождался от всех долгов этому ордену, что было для него крайне важно ввиду его личного «крестового похода» против Англии, совершенно опустошившего королевскую казну. Эдуард I был серьезным противником, а новый король Эдуард II, слабовольный наследник, — совсем другое дело. Филипп точно знал, что наступило его время, и упустить удобный момент он не желал.

Разумеется, Жак де Моле не знал замыслов Филиппа и потому надеялся, что тот поддержит проект, приготовленный Великим Мастером для рассмотрения папой Климентом V, где обстоятельно и со всей силой убеждения объяснял, почему тамплиеры ни под каким видом не могут объединиться с иоаннитами. Его упрямое нежелание даже обсуждать эту идею имело прямое отношение к событиям, которые развернулись через неделю и сыграли на руку Филиппу.

Конечно же, де Моле и предположить не мог беды, готовой обрушиться на него со стороны Филиппа, который дружески приветствовал и обнимал человека, которого собирался вскоре уничтожить. Этот план был подготовлен все тем же Гийомом де Ногаре, осуществившим похищение папы Бонифация VIII. Надо сказать, что мать и отец этого человека кончили жизнь на костре как альбигойские еретики, и он не упускал ни одной возможности отплатить Римской католической церкви с лихвой. Готовя свою акцию отмщения, он заранее устроил двенадцать верных людей на руководящие посты Ордена тамплиеров.

Не подозревая о готовящемся против него заговоре, де Моле направился в папский дворец и изложил там перед папскими стратегами свой план проведения нового Крестового похода. При этом он говорил, что некоторые моменты завоевания Палестины следует держать в таком секрете, что доверять их бумаге нельзя и он хотел бы изложить их лично папе. Де Моле желал также воспользоваться встречей с папой, чтобы выяснить основательность слухов, дошедших до него здесь, в Париже, о якобы каких-то серьезных беспорядках в Ордене тамплиеров. Он хотел, чтобы официальная панская комиссия разобралась со всем этим, чтобы отмести раз и навсегда от святого братства всякие недостойные сплетни.

Пока Великий Мастер старался представить в лучшем свете свои планы и репутацию своего ордена, работа по его уничтожению уже шла полным ходом. Одному бывшему рыцарю-тамплиеру, поднявшемуся некогда до поста приора рецептории тамплиеров во Франции, а потом изгнанному из ордена, предстояло сыграть дьявольскую роль. Его посадили в тулузскую тюрьму вместе с человеком, осужденным на смертную казнь. В соответствии с правилами Католической церкви, два верующих мирянина в отсутствие духовного лица, находясь в изоляции, могут исповедаться друг перед другом. Бывший тамплиер признался в богохульстве и всяких мерзких деяниях, якобы совершавшихся в ордене у него на глазах. Ужасное признание было зафиксировано, и бывшего тамплиера вызвали «на допрос» в инквизицию. Он показал, что тамплиеры-новобранцы должны были плевать на святой крест и топтать его ногами. Как показал провокатор, от тамплиеров требовалось, чтобы свой орден и его благосостояние они ставили выше всяких иных целей, духовных или мирских. Тамплиеры насмехались над святынями Церкви и отпускали друг другу грехи. Они занимались мужеложством и потеряли Святую землю исключительно из-за своей жадности и стяжательства. Они поклонялись идолам, обычно изображавшим кошачью голову. Второй заключенный, тоже прямой участник сговора, подтвердил эти сведения.

Все это король, как полагается, сообщил папе и предложил ему заняться расследованием. Оба заключенных получили вознаграждение, и каждый отправился своей дорогой.

У Гийома де Ногаре появилось много дел. Сама по себе заготовка кандалов для пятнадцати тысяч человек и их заключение под стражу была работенкой не из легких, к тому же провести ее нужно было в полной тайне. Соблюдение тайны было особенно важно, потому что тамплиеров во Франции предстояло арестовать и бросить за решетку всех разом.

Проведение тайной операции по аресту большого числа людей для де Ногаре не было в новинку. 22 июля 1306 г., то есть годом раньше, он уже провел подобную операцию, арестовав и заключив в тюрьму всех до единого евреев, живших во Франции. Через неделю их всех выслали из страны, но уже без имущества и собственности. Все их наличные деньги перекочевали в королевскую казну, и соответствующие мероприятия были проведены относительно всякой другой их собственности. Далее было объявлено, что французская корона принимает в собственность все долговые обязательства, хранившиеся у евреев, а все причитавшиеся евреям Франции долги и поступления должны теперь сдаваться в государственное казначейство. Соответственно все долги государства еврейской общине аннулировались. Точно так же теперь Филипп намеревался поступить и со своими долгами тамплиерам. Арест тамплиеров должен был проводиться по той же схеме с тем лишь одним усложняющим обстоятельством, что многие из подлежавших аресту были умелыми рубаками. Поэтому решено было всех взять ночью, во сне. Соответствующие опечатанные приказы были разосланы всем сенешалям Франции с приказом вскрыть их 12 октября.

Существует немало свидетельств, указывающих на то, что де Моле и верхушка ордена чувствовали какие-то тайные приготовления. Один рыцарь, собравшийся покинуть орден, разговаривал с казначеем, и тот сказал, что делает он это как нельзя вовремя, потому что ордену грозит страшная беда. Парижский Мастер тамплиеров приказал усилить охрану всех объектов ордена и никому ни под каким видом не разглашать о проводимых в ордене ритуалах и встречах. К несчастью для всего ордена, их лидер пребывал в совершенно невозмутимом состоянии, усыпленный несокрушимой верой в неуязвимость богатого и могущественного ордена. Вернувшись в Париж от папы, Жак де Моле еще больше порадовался чести, какой он был удостоен от самого короля: 12 октября 1307 г. Великий Мастер был среди самых благородных участников пышных похорон принцессы Катерины, только что скончавшейся жены брата Филиппа IV, Карла Валуа. Едва де Моле покончил с этой печальной обязанностью, как сенешали по всей Франции вскрыли запечатанные пакеты с королевским приказом.