Чарли Хуперт - Искусство харизмы

В чем же тут дело? Что делает Билла Клинтона таким привлекательным? А Роберта Дауни-младшего – таким классным? Что заставило продюсеров поверить в Уилла Смита и дать ему роль сперва в рекламе, а потом в кино?

Это то же, что делает вас привлекательными в моменты, когда вы в ударе. То же, чего вам не хватает, когда вы чувствуете, что вам трудно удержать чье-то внимание. Именно наличие этого качества выделяет ряд людей, которые нравятся всем, среди прочих.

Харизма.

Это качество, из-за которого нам кто-то нравится. Которое заставляет нас желать также понравиться этому человеку. Оно заставляет нас следовать за ним. Безоговорочно верить ему. Это то самое чувство, когда кто-то входит в комнату и вы не можете отвести от него взгляд. Это фактор икс. И это то, чего у меня никогда не было.

Я интересовался харизмой еще до того, как начал использовать этот термин. В школьном возрасте я называл харизматичных людей просто «крутыми» или «обаятельными». И я был уверен, что сам я совершенно точно не являюсь ни «крутым», ни «обаятельным».

У меня было несколько близких друзей, и я едва ли общался с кем-либо, помимо них. За все школьные годы я ни разу не сходил на свидание с девушкой. Взрослые говорили: «Ничего, в колледже он перестанет стесняться».

Только вот ничего такого не произошло. Я ничуть не изменился, поступив в колледж. Пока мои однокурсники заводили друзей на вечеринках, я сидел в общаге и играл в FIFA с двумя другими парнями. Еще мы любили обсуждать комиксы. Я не жалуюсь – это было здорово. Но я солгу, если скажу, что это было пределом моих мечтаний.

Я хотел быть парнем, которого все знают. Хотел, чтобы меня звали на вечеринки и расстраивались, если бы я не смог прийти. Я хотел быть человеком, озаряющим своим присутствием комнату.

Но больше всего я хотел начать встречаться с девушкой.

Была та единственная, по которой я сох: ее звали Джейн. Нас познакомила одна моя подруга. Не знаю, что она ей такого наговорила, но я понравился Джейн еще до нашего знакомства.

Затем я и Джейн встретились. Пару раз потусовались вместе. И я по уши влюбился в нее. Я все время думал о ней, с нетерпением ждал нашей следующей встречи и мысленно представлял нас вместе.

Наш университет проводил ежегодное танцевальное мероприятие. И разумеется, я хотел пригласить Джейн. Я рассказал подруге, которая нас познакомила, о своих планах. И вот что я услышал в ответ: «Джейн говорит, что больше не хочет с тобой общаться».

Да-да. Пообщавшись со мной лишь пару дней, девушка стала избегать меня. Я чувствовал себя ужасно.

Поэтому, когда на горизонте появилась возможность поучиться за границей, я не колебался. Ничто не держало меня здесь. Я мог начать все с чистого листа.

Желая выйти из зоны своего комфорта, я выбрал Коста-Рику. Я не говорил по-испански, и, насколько мне было известно, из моего вуза только я подал заявку на обучение в Коста-Рике. Это было то, что нужно!

Я решил измениться, вырваться из капкана стеснительности. Я учился быть увереннее и постоянно спрашивал прохожих, как мне куда-либо пройти.

На ломаном испанском. Даже когда знал, куда мне идти. А затем я пытался перевести все в пяти- или десятиминутный разговор.

Во время обеда я нарочно садился за стол с незнакомыми людьми и неловко пытался заводить беседы. А в барах, вместо того чтобы весело напиваться, я стоял в сторонке и нервничал. Но иногда я все же набирался смелости и заговаривал с людьми.

Вскоре благодаря подобной тактике я завел друзей. Я стал известен в университетском кампусе. По пути на учебу я здоровался с каждым встречным. Одна из моих подруг даже заявила, что я самый общительный и уверенный среди всех ее знакомых. Она думала, что я таким родился (ха-ха!).

А затем я вернулся назад в США, в свой университет. К своим немногочисленным знакомым и к воспоминаниям о том, как меня отвергли.

Но разница была в том, что теперь я изменился. В один из первых вечеров после возвращения я пошел в бар. Я встретился со знакомыми, рассказывал истории про Коста-Рику. Постепенно вокруг меня образовалась кучка людей. Все смеялись. Ребята, с которыми я до этого не осмеливался заговорить, задавали мне вопросы. «Обязательно приходи на следующей неделе», – сказали мне.

Я чувствовал себя королем мира.

Вдруг кто-то похлопал меня по плечу. Это была подруга, познакомившая меня с Джейн.

«Привет! Возможно, я не вовремя, но я подумала, что тебе будет интересно. Сейчас ко мне подошла Джейн и спросила: “Это Чарли? Он отлично выглядит!”».

С момента моего отъезда я не набрал и не потерял ни фунта веса. Если что и поменялось – возможно, я немного размяк после трех месяцев на рисе и бобах три раза в сутки.

Но Джейн считала, что я выгляжу великолепно. И это говорило лишь об одном.

Сработало!

Даже не пообщавшись с ней, мне удалось изменить ее мнение обо мне. Джейн увидела, как я веду себя, общаясь с другими, и изменила свое отношение. Впервые в жизни я почувствовал, каково это – излучать харизму.

Я больше не пытался поговорить с Джейн. Признаюсь, меня по-прежнему задевал ее предыдущий отказ. И я боялся, что и в этот раз произойдет то же самое.

Но я стал просто одержим идеей развития своей харизмы и с головой погрузился в процесс.

Я заручился поддержкой своего лучшего друга Бена. В конце каждого дня мы созванивались и обсуждали наши успехи. Мы говорили о том, чему мы научились за прошедший день и как можно улучшить результаты. По кусочкам мы стали составлять общую картину искусства человеческого общения, которому нас никто не учил.

Бен не был таким скромным, как я, но и у него были свои проблемы, связанные с харизмой.

За шесть месяцев до этого Бен проходил стажировку в банке. Подразумевалось, что после стажировки его возьмут на работу. К сожалению, Бен не смог наладить нормальных отношений и ему отказали в трудоустройстве. До этого он думал, что весь старший курс колледжа пройдет беззаботно, но вместо этого ему пришлось в срочном порядке подыскивать себе новую работу.

Именно тогда мы решили начать работать над нашей харизмой. В итоге Бену предложили место все четыре компании, в которых он собеседовался. Он выбрал престижный банк. Коллеги и руководители его полюбили, и, когда он уходил спустя два года на новое рабочее место, ему сообщили, что он был «культурно-аккретивным» сотрудником. На языке банковских служащих это что-то вроде «ты нам нравишься».

Я устроился на работу в консультационную фирму. И несмотря на ошибки, свойственные новичкам, дешевые шмотки и нежелание сбрить свой мини-ирокез, я понравился руководству. Во время корпоративов президент компании частенько соревновался со мной в питье пива на скорость.