Сергей Ключников - Мастер жизни

В России все, что ни делается на протяжении ее драматической истории, просто пронизано стрессами. Наших предков постоянно заставляли нервничать, переживать и страдать и правители-самодуры, и всесильные чиновники, и враждебно настроенные государства, против которых мы две третьих исторического времени потратили на войны, и суровая, холодная природа с огромными пространствами, которые нужно было обживать. А сегодня ко всему этому добавились политические войны между соискателями власти, агрессивная пресса и СМИ, тревожная экономическая ситуация. Потому для нас стрессовое состояние - это одновременно и предмет ненависти, и объект тайного, почти патологического влечения. Мы как будто нарочно сами нарываемся на стресс, чувствуя, что без него нам будет тоскливо и скучно. И просвета в этом запутанном лабиринте стресса пока не видно.

Бизнес, особенно в России, - всегда зона повышенного риска. Одно из главных обстоятельств, которое держит бизнесмена в напряжении и выматывает больше всего - полная нестабильность во всех делах. В отличие от своего любого западного коллеги российский бизнесмен никогда не знает, что его ждет завтра, и потому всегда работает на пределе. Опасность, а значит и идущий следом за ней стресс поджидает его на каждом шагу - в конторе, куда в любой момент могут прийти рэкетиры, в кабинете чиновника, который может неожиданно потребовать слишком большую взятку, в машине, которую могут взорвать, в квартире, на выходе из которой его могут поджидать киллеры, в командировке, за время которой власть в фирме может перейти к другому. Это неправда, когда говорят, что стресс повышает адреналин в крови и потому полезен для здоровья. Лишь легкая, нечасто встречающаяся разновидность стресса может молодить кровь и действительно принести некоторую пользу.

Весьма показательной историей о роли стресса в жизни бизнесменов (в данном случае речь идет о деловой женщине) является следующий случай с моей клиенткой.

Олесе 39 лет, по образованию она педагог, но в школе работала недолго, занялась бизнесом, и теперь она директор довольно крупного кадрового агентства. На работе дела идут весьма неплохо, правда, несколько не клеится семейная жизнь: она два раза была замужем, сейчас вновь свободна, есть друг. Но не его нежелание взять ее замуж привело ее ко мне - она и сама не стремится к совместной жизни: "Хочу отдохнуть от своего мучителя" (это о бывшем муже). Но вот чего Олеся точно не умеет делать, так это отдыхать. По этому поводу она и обратилась ко мне. По складу мышления, типу поведения, привычкам и мечтам, она типичная бизнесвумен и беспокойный трудоголик в квадрате. Сама того не заметив, она обрушила на меня кучу производственных проблем. Однако когда начинаешь ей говорить, что, похоже, ее ничего не интересует кроме работы, она обижается, говорит, что это не так, и начинает перечислять косметические кабинеты, массажные салоны, презентации, ночные клубы, пансионаты, которые она посетила за последний год. Спохватившись, добавляет несколько театров и выставочных салонов. Но ни одно из перечисленных заведений не помогает ей отдохнуть и восстановить силы. Наоборот, все утомляет.

Я вижу, что в списке наиболее посещаемых мест Олеся не назвала ни спортивные клубы, ни бассейны, ни даже природу. На мой вопрос "почему", она честно призналась, что особой любви к подмосковной природе не питает - не ухожено, можно легко простудиться, дачу не любит с детства, в турпоходы ходить терпеть не может, и вообще, не спортивный она человек. Вот загорать где-нибудь в Испании или на курортах Флориды - это класс. Но и там ей не удается полноценно отдохнуть - разрывает страсть к новым впечатлениям, и потому ей не сидится на месте, она начинает ездить по стране, посещать ночные клубы и тусовки. На мой вопрос-предложение, а может быть, прекратить такую гонку, и уж если приехала на курорт, то лечиться и отдыхать, она прореагировала отрицательно: "А зачем тогда мне ехать, если все интересное, что там есть, так и не увижу?".

Чем дальше, тем яснее становится, что Олеся просто переполнена необузданными желаниями, от которых вовсе не собирается отказываться, даже если они ее до предела утомили. Я провел с ней несколько тестов и выяснил, что главное для нее - это все же престиж: и еще то, насколько она хорошо выглядит перед подругами и знакомыми. Ее ум постоянно сравнивает свой успех с достижениями (прежде всего, материальными, в которые входит доход и уровень отдыха) других людей. Она живет так, как если бы хотела сжечь себя к середине жизни, за короткое время попробовав все красивые блюда бытия. От меня она хочет, чтобы я "каким-нибудь способом снял с нее стресс, ведь моей подруге Тане вы помогли наладить жизнь". Однако я вижу, что в данном случае ничего сделать невозможно, и, как всегда бывает в случаях с проблемными клиентами, начинаю подводить разговор к отказу.

Но Олеся не собирается сдаваться, видимо, руководствуясь логикой, что раз пришла, надо выжать все, что возможно. Она требует проведения сеансов по снятию стресса, говорит, что хочет испытать "глубокие ощущения", опять-таки ссылаясь на рассказы подруги Татьяны. Я объясняю ей, что когда у человека так много желаний и он от них не собирается отказываться, то энергия, полученная во время сеанса, или бесполезна, или даже вредна, потому что желания усиливаются. "Что вы мне буддизм проповедуете, - заводится Олеся, - я женщина, а не монахиня, которая борется с желаниями. Желание - это мой бог, а его удовлетворение - моя религия". Она переходит на полушепот, наполненный просящими кокетливыми интонациями: "Ну, вы все-таки проведите сеанс. Только не требуйте, чтобы я чему-то училась и что-то изменяла в жизни. Я - женщина состоявшаяся и состоятельная, а сейчас просто хочу расслабиться".

Вольному воля, желание клиента, если он не хочет кому-то причинить вред, - закон. Мы проводим с ней сеанс погружения с совершением медитативного путешествия в место силы. В процессе сеанса, когда у меня обостряется видение ауры клиента и тонкое зрение, я вдруг отчетливо вижу перед мысленным взором здание какой-то больницы. После сеанса, когда Олеся заканчивает выражение своих восторгов, рискуя показаться надоедливым и приправляя свои советы комплиментами, я все же советую ей капитально изменить образ жизни и взгляды на мир и себя саму. Она весело улыбается и уходит. Я четко знаю, что заниматься систематически она не будет, так как воспринимает консультацию и сеанс как экзотику, о которой, со знанием дела, можно рассказывать за чашкой кофе и сигаретой подругам. После ее ухода меня некоторое время не покидает ощущение, что Олесю ждет неблагоприятный финал, и мы с ней еще встретимся.

Встреча действительно происходит. Через полтора года ко мне приходит бледная, похудевшая, помятая жизнью женщина, в которой я не сразу узнаю когда-то преуспевающую бизнесвумен. Олеся рассказывает, как через полгода после нашей встречи у нее произошел нервный срыв, и она несколько месяцев пролежала в отделении неврозов, за это время потеряла друга, фирму, резко обострились отношения с дочерью и вообще жизнь не удалась. "Я слишком много хотела, - признается она, - а сейчас я готова учиться по-настоящему".