Лариса Ренар - Элексир Любви

— Я под каждую положила немного сентипона, поэтому они кажутся выпуклыми, — объяснила Карина, заметив, как я провожу рукой по цветку. — Я и не думала, что это так увлечет меня —шить все эти подушечки, валики и полог над кроватью.

— Неужели ты все это сделала сама? — Я никак не могла прийти в себя от изумления и восхищения.

— Я наняла девушку, которая мне помогает, но все придумала и почти все сделала сама. И мы сделали фотографии и роскошный каталог к выставке: шторы, покрывала, подушки, обивку мебели. Положение жены богатого и влиятельного мужчины имеет свои плюсы. Антон чувствует себя виноватым и потакает всем моим прихотям, помогая мне во всем. Но я так рада, что встретила Фабрицио. Господи, увлекшись, мы совсем забыли о Фабрицио и Спиросе. Мы обнаружили их все еще стоящими застывшими и онемевшими посреди студии. Было видно, что Фабрицио сражен вкусом Карины, ее фантазией и скоростью, с которой она успела все это сделать.

— Карина, — наконец-то очнувшись от оцепенения, Фабрицио устремился ей навстречу, поднес ее руки к губам и, начиная их целовать, продолжил: — Ты не только красива, но и талантлива. С такой женщиной я могу захватить весь мир. Ты все еще уверена, что не хочешь переехать в Италию, ты все еще хочешь остается своим мужем?

О Фабрицио, — уклоняясь от его объятий, засмеялась Карина. — Сначала мы захватим Москву, а потом посмотрим.

— О, я совсем забыл! — опомнился Фабрицио. — Я приготовил для тебя подарок. И он достал рулон из своего тубуса с образцами ткани, развернув небольшой, 50 х 70, холст.

— Какое чудо, — выдохнули мы, переглянувшись с Кариной, вспомнив наше шутливое рассуждение о том, что кувшинка символизирует состояние Девочки. Прозрачные акварельные краски изображали плавающую кувшинку и обнаженную девушку, раскинувшуюся на этой кувшинке. Чистота и тонкость линий и прозрачность молочно-розовых мазков создавали иллюзию, что цветок превращается в девушку или девушка становится частью цветка. И в ее позе было столько невинности и в то же время чувственности, что казалось, каждый штрих наполнен эротизмом. Карина, взяв картину, приложила ее к стене в алькове. И хотя стиль картины совсем не соответствовал французскому стилю, мы вдруг почувствовали, как воздух в комнате завибрировал от проснувшихся желаний. Спирос уже по-другому посмотрел на кровать маркизы де Помпадур и на меня и как бы между делом заметил:

— Хотелось бы мне почувствовать себя Людовиком, делящим ложе с очаровательной возлюбленной.

— О, — рассмеялась Карина, — ложе есть, осталось найти возлюбленную! Хотелось бы надеяться, что я ее уже нашел, — обнимая и притягивая меня к себе, пробормотал Спирос. — Когда два человека соединяются — сливаются две энергии, сливаются два мира, и хочется продлить это сладостное мгновение, насладиться им в полной мере. Так же как, когда вдыхаешь запах цветка и замираешь от восторга, когда от красоты происходящего захватывает пух. И древние считают, что именно в это мгновение происходит квантовый скачок в другое измерение, когда двое становятся одним и растворяются друг в друге, и чувствуют друг друга каждой клеточкой своего тела, — шептал он мне на ухо. Я покраснела, словно уличенная в чем-то постыдном, потому что я, смотря на роскошную кровать, упивалась совсем другими мечтами, представляя себе Богдана и наши сплетающиеся тела. Наверное, мои потемневшие глаза и учащенное дыхание разбудили надежды Спироса, который тут же все отнес на свой счет. «Хватит мечтать о мужчине, — остановила я себя, — который так долго ждал, чтобы написать смс. Я же ничего о нем не знаю. Глупо фантазировать о едва знакомом человеке, когда рядом такой мужчина, как Спирос: умный, успешный и притом сексуальный, разделяющий мою увлеченность различными практиками и готовый многое сделать ради меня». И словно подтверждая мои мысли, Спирос достал небольшую бархатную коробочку:

— У меня тоже есть для тебя подарок! «Только бы не кольцо», — испугалась я, открывая коробочку. В коробочке на белой атласной ткани лежал золотой крестик.

— Это крестик из церкви Святого Спиридона. Меня назвали в честь него. Он будет тебя охранять и напоминать обо мне! — Спирос смотрел на меня, ожидая моей реакции. Я промолчала, погруженная в свои мысли.

1906

Я вошла, погруженная в свои мысли, вспоминая наш прощальный поцелуй с Сергеем. Мы шли пешком до тетушкиного дома после прогулки на пароходе, болтая ни о чем. Но стоило нам войти под арку Сената и Синода и очутиться на малолюдном улочке, буквально в нескольких шагах от тетушкиного дома, Сергей схватил меня в объятия. Было что-то в прикосновении его горячих губ, что заставило меня почти потерять сознание и задрожать в его объятиях. Было чувство, что я вдруг оказалась под палящим солнцем, в лучах которого я плавилась, и плавились все мои мысли. И в какой-то момент я сама стала этим солнцем, превратившись в пульсирующий огненный шар желания. Где-то всплыла мысль, что это безумие — стоять на улице посреди дня и так целоваться. Последним усилием воли оторвавшись друг от друга, мы попрощались. Войдя в дом, я все еще продолжала дрожать, пытаясь справиться с нахлынувшим на меня желанием, и застыла, увидев Арсения, увлеченно о чем-то беседовавшего с тетушкой. Арсений кинулся ко мне, опрокинув чашку с чаем. Смутившись, он остановился.

— Не беспокойтесь, я позову горничную. — Тетушка встала и выскользнула из столовой, оставив нас вдвоем.

— Я все лето думал о вас, но каждый раз, когда я садился писать, все слова казались примитивными и глупыми, и я рвал эти письма. Оказалось, что написать научный труд легче, чем выразить что между нами то, что хочешь сказать той, которая так много значит для меня. С нотами оказалось проще.

— С нотами? — переспросила я.

- Да, я написал музыку для вас. — Арсений протянул мне ноты, ожидая, что я скажу. «Какие творческие мужчины меня окружают», — подумала я, уже придя в себя, один подарил томик стихов, другой — сочинил музыку. Но самое ужасное, что, увидев Арсения, я почувствовала, что на меня нахлынули вспоминания и том, как он пел романс. «Какой ужас, — подумала я, — я же только что целовалась с одним и тут же вспоминаю о поцелуях другого». Но, смотря на Арсения, я вдруг поняла, как сильно я соскучилась по нашим прогулкам, по разговорам, по той недоговоренности, что осталась между нами. Но все, что я смогла произнести, было:

— Может, вы сыграете ее для меня и тетушки? Арсений сел к роялю и заиграл. В этой мелодии слышался шум ветра, обещающего перемены, и плеск волн, несущих радость, потрескивание веток костра, в котором сгорало все плохое, и дыхание земли, которое обещало покой.

2006

Тапер играл на пианино мелодии Леграна. Это был наш прощальный вечер в итальянском ресторане. Четыре дня выставки пронеслись, как одно мгновение. Стенд Карины и Фабрицио вызывал огромный интерес. Девушки кокетничали с Фабрицио, а мужчины пытались привлечь внимание Карины. Со своими карими глазами, длинными черными волосами и пышной грудью она была похожа на итальянку. Не меньшим успехом пользовалась и кровать маркизы де Помпадур. Возвышающаяся на подиуме она стала местом паломничества. Посетители выставки фотографировались рядом с кроватью, беря проспекты студии Карины и оставляя свои данные. К концу выставки Карина получила кипу заказов на изготовление штор и два — на оформление спален. Антон забежал посмотреть на свою жену и ее стенд и был поражен, но не ее успехом, а тем, как Фабрицио смотрел на нее, нечаянно касался, что-то говорил. Вот и сейчас, сидя за столом, он что-то шептал Карине на смеси английского и итальянскою Карина улыбалась, но отрицательно качала головой. Умоляют, посмотрев на меня, она попросила: