Арнхильд Лаувенг - Бесполезен как роза

Период отпусков всегда был для меня тяжелым временем, когда надолго исчезало все знакомое и привычное и вместе с ним уходило ощущение надежности. Сиделки видели мое беспокойство и старались его смягчить. Они беседовали со мной о том, что им нужно отдохнуть в отпуске, но они меня не бросают, потом они снова вернутся. Они отмечали в календаре дату ухода в отпуск и дату возвращения. Самые заботливые присылали открытки, чтобы показать, что они никуда не пропали, хотя и не ходят сейчас на работу, и что они меня не забыли. Но самые дотошные оставляли четкие правила и планы лечебных мероприятий и вывешивали их на видном месте в моей палате, а второй экземпляр оставляли в моей папке в дежурной комнате, чтобы ни у кого не оставалось сомнений относительно установленных правил и тех ограничений, которые благоприятнее всего влияли на мое функциональное состояние. Так было еще лучше. Потому что это помогало мне сохранить чувство уверенности на время их отсутствия.

Правила существуют для пациентов и должны соблюдаться пациентами. Зная это, легко забыть, что правила должны соблюдаться, причем не в последнюю очередь, также и лечащим персоналом и служащими системы. Когда правила хороши и разумны, это, очевидно, увеличивает вероятность их соблюдения. Можно подумать, что чем больше разных предписаний, тем лучше должен быть контроль, однако это не так. Я побывала в лечебных заведениях, где существовал небольшой перечень общих правил, к которым добавлялись специальные инструкции, рассчитанные именно на ту ситуацию, в которой я находилось именно в то время. Бывала я и в таких учреждениях, где перечень внутренних правил был очень большим, а в добавление к нему существовала еще и целая куча индивидуальный уточнений на разные случаи жизни. Согласно моему опыту, наибольшая предсказуемость и надежность господствовали на отделениях, где было немного правил. Да, там не все регулировалось правилами, зато те правила, какие были, всегда выполнялись. Там я всегда точно знала, что есть вещи совершенно незыблемые, и это делало жизнь более упорядоченной.

В тех учреждениях, где на все существовало свое правило, не было гарантии, что эти правила всегда соблюдаются. Некоторые сиделки выполняли каждый пункт буквально, и действовали по написанному, не слишком задумываясь над логическими выводами, которые подсказывала конкретная ситуация в целом. Другие более или менее успешно прибегали к «хорошему отношению». Не думаю, чтобы работать там было одно удовольствие, а что жилось там не сладко, я знаю по себе. Потому что там я никогда не могла угадать ничего наперед.

Я знаю, как важны правила. Знаю, что от того, какие приняты правила и как они проводятся в жизнь, зависит обстановка — хорошая или ужасная. Я помню, какое огромное значение имели для меня правила и как мне жилось, когда правилами регулировалась вся моя жизнь и распорядок каждого дня. Мне вспоминается бесконечное число историй и эпизодов, в которых проявлялось отсутствие гибкости или бестолковщина, и как из-за этого не ладились никакие дела. В то же время я несколько удивилась, отчего по поводу правил я не могла вспомнить ни одной хорошей истории. Ведь я стараюсь придерживаться сбалансированного подхода, и обычно помню как негативные, так и позитивные моменты. Так почему же у меня не сохранилось хороших воспоминаний о правилах? Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что правила — это как обувь. Неудобная, промокшая, слишком тесная обувь, которая натирает ноги, очень заметно дает о себе знать. Когда же с обувью все в порядке, ты ее вообще не замечаешь. Тогда она только помогает тебе, дарит опору, тепло и защиту, дает тебе возможность идти, куда ты хочешь, облегчает ходьбу, сберегает силы. Я слышала множество историй о праздновании 17-го мая [15] День Конституции Норвегии. , в которых фигурируют новые башмаки и стертые ноги, но ни одной, где в связи с праздником упоминалось бы о таких башмаках, которые пришлись хозяину по ноге. В этом случае мы обращаем внимание на более важные вещи: на то, что мы тогда делали, кто был с нами, что там происходило, какая была погода. Мы не вспоминаем об обуви как о чем-то важном, однако она необходима для того, чтобы день прошел хорошо.

Как и обувь, правила хороши, если они подогнаны по индивидуальной мерке. Мало радости от такой работы, где в ответ на любое предложение или попытку сделать что-то по-новому тебе говорят: «У нас это так не делается». И от пациента трудно ждать положительного развития, если он, попав в отделение или получая иной вид помощи, сталкивается с такой системой, где существует множество обязательных для всех, детально расписанных правил, которые соблюдаются потому, что правило есть правило. Когда обсуждается система правил, речь часто идет о значительном, жизненно важном выборе, о том, где следует провести черту в вопросах, касающихся жизни и смерти. Это, конечно, важно, но принятие решения, в сущности, не представляет особой сложности. В виде исключения встречаются, конечно, отдельные сомнительные случаи, и можно построить интересную и до известной степени релевантную дискуссию о том, как следует поступать, когда вполне дееспособные люди выражают желание покончить с жизнью, или насколько допустимо нанесение себе физического вреда. В отдельных случаях подобные неординарные вопросы могут приобретать жизненно важное значение, поэтому эта тема должна быть нами рассмотрена, однако с такими крайностями мы редко сталкиваемся в обыденной практике. Петрушка кудрявая относится к пищевым продуктам с чрезвычайно богатым содержанием железа. Однако в норвежском рационе она не представляет собой важного источника железа просто потому, что мы редко ее едим. В коричневом сыре железа содержится гораздо меньше, но он для нас важнее, потому что большинство из нас употребляет в пищу коричневый сыр чаще и в большем количестве, чем кудрявую петрушку. То же и с правилами. Решение масштабных вопросов дело, конечно же, важное, но принимать решения по мелким поводам приходится гораздо чаще и обсуждаются они, как правило, гораздо меньше. Я считаю, что это глупо. Ибо от решения мелких вопросов зависит, как сложится человеческая жизнь.

Мне доводилось лежать в лечебных заведениях, где телефонный аппарат держат под замком и где существуют правила на то, как часто им можно пользоваться. Общие правила для всего отделения, не считаясь с тем, что иногда есть все основания для того, чтобы регулировать телефонные разговоры Пера, а Поля, напротив, нужно поощрять к тому, чтобы он поддерживал контакт с окружающим миром. Я побывала в отделениях, где в правилах указано не только, что постельное белье следует менять раз в неделю, но расписано даже по каким дням и часам это надлежит делать. Я встречала правила, регулирующие количество подушек на кровати, число чашек кофе за завтраком, часы, когда пускают посетителей, часы для слушания музыки, пребывания в палате, пребывания в общей гостиной, часы подъема, отбоя, чтения в кровати и много чего другого. Многие правила были разумны и совершенно необходимы — для некоторых людей, в каких-то определенных обстоятельствах. Однако в качестве всеобщих и обязательных они не работают. Для этого люди слишком отличаются друг от друга.