Роберт - 33 стратегии войны

На пути у него стояли, однако, два препятствия. Первую сложность представляли независимые швейцарские кантоны к востоку от Бургундии. Прежде чем вторгаться в Южную Германию, Карлу бы пришлось силой захватить эти территории. Но швейцарцы были прекрасными воинами, они не хотели никаких вторжений и предпочитали яростно сражаться за свою независимость. Но им все же трудно было бы тягаться со столь многочисленной и мощной армией, какой была армия герцога, — волей-неволей швейцарцам пришлось бы смириться. Вторым препятствием был король Франции Людовик XI, кузен Карла и его непримиримый соперник с самого детства. Франция в те времена еще оставалась раздробленной феодальной страной, состоящей из различных герцогств, таких как Бургундия, правители которых были вассалами короля. Однако на деле герцогства представляли, по существу, независимые формации и могли объединиться, если бы король как-то спровоцировал их на это. Бургундия была наиболее влиятельным из всех герцогств, поэтому Людовик мечтал поглотить ее — об этом знал каждый, — после чего наконец объединить Францию под своим началом, превратив ее в единое государство.

Несмотря на это, Карл был спокоен, он пребывал в твердой уверенности, что превосходит старшего кузена и как дипломат, и как полководец. Всем известно, рассуждал он, что Людовик слаб и даже немного глуповат. Чем же еще можно объяснить его странное благорасположение к швейцарским кантонам? Практически с самого начала царствования Людовик был с ними мягок, обходителен, скажем больше — он всячески угождал швейцарцам, обращаясь с ними почти как с ровней. В Европе хватало могущественных государств, с которыми имело смысл заключать альянсы, чтобы приумножить мощь Франции, но швейцарцы? Что же до Людовика, то он, казалось, был одержим этими кантонами. Возможно, ему импонировал простой и суровый образ жизни, который вели швейцарцы, — у него и самого были странные вкусы, подобающие скорее крестьянину, нежели королю. Людовик питал отвращение к войне, он предпочитал любой ценой покупать мир, а не содержать армию.

Карлу необходимо было не мешкая нанести удар, не дожидаясь, пока Людовик опомнится и поведет себя, как подобает королю. Карл разработал план, который должен был помочь ему реализовать свои амбиции и даже более того. Первым делом он двинется на Эльзас, землю между Францией и Германией, и поглотит все слабые владения в этой области. Затем заключит дружеский союз с королем Англии, великим воином Эдуардом IV. Карл хотел уговорить того высадить многочисленную английскую армию в Кале. Его собственная армия соединится с английской в Реймсе, в Центральной Франции, где Эдуард будет коронован в качестве нового правителя страны. Затем они с Эдуардом без труда разобьют слабенькую армию Людовика. Далее герцог отправится на восток, через швейцарские кантоны, а Эдуард двинет войска на юг. Вместе они станут властвовать во всей Европе.

К 1474 году все было готово. Эдуард согласился с предложенным планом. Герцог начал было продвижение своей армии к верховьям Рейна, но, не успев начать маневр, получил известие, что его Бургундия захвачена многочисленной армией швейцарцев. Армию финансировал сам Людовик XI. Подобные действия Людовика и швейцарцев были недвусмысленным предостережением герцогу: они не будут бездействовать, если он попытается занять кантоны. Однако у Карла хватило войска в Бургундии, чтобы отбить атаку и вытеснить швейцарцев. Он не из тех людей, кого можно запугать таким способом, и швейцарцы, и Людовик еще поплатятся за свою выходку.

Летом 1475 года английская армия — самая большая, какую когда-либо набирали для нападения на Францию, — высадилась в Кале под личным командованием Эдуарда IV. Карл выехал навстречу союзнику, чтобы встретиться с ним, окончательно обсудить все планы и поднять кубок за грядущие победы. Затем он без промедления вернулся к своим войскам, которые продвигались на юг, к Лотарингии, готовясь к великому событию — объединению с английской армией на Рейне.

В это время до Карла дошли дурные вести: его шпионы при французском дворе сообщали, что Людовику стало известно о его тайных переговорах с Эдуардом IV. Разумеется, Людовик сумел убедить английского короля в том, что герцог использовал его в своих интересах, и верить ему нельзя. Зная, что финансовые дела Англии обстояли неважно, Людовик предложил щедрые условия мира, включавшие большие ежегодные выплаты непосредственно королю и его двору. Эдуард поддался на уговоры и отозвал свою армию назад, в Англию.

Не успел герцог оправиться от удара, как к нему явились посланцы от Людовика с предложением длительного перемирия между Францией и Бургундией. Это было типично для короля — все, что он делал, было непоследовательно, противоречиво. О чем он думал? Подписание договора означало бы, что герцог теперь мог беспрепятственно вторгаться в Швейцарию, зная, что Франция не станет вмешиваться в его дела. Может, королем движет непреодолимый страх перед войной? Карл с радостью согласился подписать договор.

Швейцарцы были вне себя: Людовик был им другом, а теперь, в минуту страшной угрозы, он бросает их в беде! Однако швейцарцам было не впервой стоять за себя — просто придется мобилизовать всех мужчин.

Глубокой зимой 1477 года герцог, с нетерпением ожидавший победы, пересек горы и направился на восток. Швейцарцы ожидали его у города Грансон. Карлу впервые приходилось вступать в битву со швейцарцами, поэтому он не ожидал, что ему предстоит, и последующие события застали его врасплох. Вначале тревожно затрубили швейцарские рога, из гор отозвалось многократное эхо, наполняя воздух страшным шумом и гулом. Вслед за этим тысячи швейцарских солдат устремились вниз по склону навстречу бургундцам. Они шли удивительно четким строем, сомкнутыми фалангами, из которых вперед торчали невероятной длины пики, словно иглы гигантского рассерженного ежа. С флангов и тыла их прикрывали солдаты, воинственно размахивающие боевыми топорами. Выглядело это устрашающе. Герцог отдавал приказ за приказом, посылая свою кавалерию в атаку на фланги, — только чтобы увидеть, как его солдат убивали, словно на бойне. Его артиллерии с огромным трудом удавалось маневрировать в непривычной гористой местности. Швейцарцы сражались с беспримерной отвагой, яростно, жестоко, а их фаланги были непроницаемы.

Резервные силы швейцарцев, до сих пор скрывавшиеся в лесу справа от бургундцев, вступили в бой совершенно неожиданно и атаковали. Армия герцога, вынужденная отступать, была не готова к такому повороту событий; сражение окончилось ее полным разгромом. Самому Карлу, впрочем, удалось бежать.

Через несколько месяцев наступила очередь швейцарцев идти в наступление и вторгнуться на территорию Лотарингии. В январе 1487 года герцог контратаковал их (за это время он еще не успел полностью оправиться от поражения, армия его была не та, что прежде). Вновь победа осталась за швейцарцами, но на сей раз герцогу не удалось ускользнуть. Тело его было обнаружено на поле битвы и опознано. Швейцарская алебарда надвое расколола ему голову, а тело было наколото на пики.