Шон Макдауэлл - Свидетельства достоверности Библии

Чтобы четко видеть предметы перед собой, нужно убрать все, что этому мешает. К христианству многие подходят заведомо предвзято, а в таком случае не разглядеть, что же это такое на самом деле. Прежде чем взяться за исследование свидетельств в его пользу, мы должны избавиться от ряда заблуждений.

1Б. Заблуждение № 1: «Слепая вера»

Довольно часто христиан обвиняют в том, что они слепо верят в свои догматы. Отсюда напрашивается такой вывод: наши противники полагают, что человек, желающий стать христианином, должен совершить «интеллектуальное самоубийство».

Я убежден, что «сердце не может радоваться тому, что отвергает разум». Мое сердце и разум были сотворены, чтобы жить и верить в гармонии и согласии. Христос повелел нам «возлюбить Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим» (Мф. 22:37, курсив – Д. М.).

Когда Иисус Христос и апостолы призывали людей уверовать, они имели в виду не «слепую веру», но скорее «интеллектуальную», разумную и осознанную веру. Апостол Павел сказал: «Я знаю , в Кого уверовал» (2 Тим. 1:12, курсив – Д. М. ). Иисус говорил: «И познаете [не будете игнорировать – Д. М .] истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8:32).

Вера человека охватывает все сферы его жизнедеятельности: разум , эмоции и волю. Мне нравится, как об этом говорит Ф. Р. Битти: «Святой Дух не рождает в сердце человека слепую или необоснованную веру» (Beattie, А, 25).

«Вера в христианство, – как правильно пишет Пол Литтл, – построена на свидетельствах. Это разумная и осознанная вера. Вера в христианском смысле выходит за границы разума, но отнюдь не противоречит ему» (Little, KWhyYB, 30). Вера – это уверенность сердца в надежности имеющихся свидетельств.

Христиан часто обвиняют в том, что они безрассудно «прыгают в темноту». Эта мысль берет свое начало в работах Кьеркегора.

Для меня христианство – это не прыжок в темноту, но скорее «шаг в свет». Я беру имеющиеся в моем распоряжении свидетельства и взвешиваю их. Весы перевешивают в пользу Иисуса Христа как Сына Божия, Который воскрес из мертвых. Эти свидетельства настолько явно говорили в пользу Иисуса Христа, что, когда я стал христианином, я в буквальном смысле «шагнул в свет», но никак не «прыгнул во тьму».

Если бы моя вера была слепой, я бы отверг Иисуса Христа и не захотел признавать имеющиеся свидетельства.

Пожалуйста, будьте внимательны к моим словам. Я не утверждаю, что без тени сомнения доказал Божественность Иисуса Христа. Я лишь исследовал имеющиеся свидетельства и взвесил все «за» и «против». Полученные результаты показали, что Христос должен быть Тем, за Кого Он Себя выдавал. Поэтому я принял решение в соответствии с полученными выводами. Многие говорят в ответ на это: «Ты нашел то, что хотел найти». Однако это совсем не так. Благодаря своим исследованиям я утвердился в том, что намеревался опровергнуть. Я было взялся доказать отсутствие всякой достоверности применительно к христианству. Я действительно судил предвзято, но не в пользу Христа, а против Него.

Юм говорил, что исторические свидетельства не имеют объективной ценности, потому что «абсолютную истину» установить невозможно. Но я искал не абсолютную истину, но лишь «историческую вероятность».

«Не имея объективных критериев, – пишет Джон У. Монтгомери, – человек не может сделать осмысленный выбор из имеющихся априорных вероятностей. В сфере исторической вероятности воскресение можно счесть основанием для испытания христианской веры. При условии, что это основание зиждется на вероятности, а не на бесспорных фактах, ибо смертные человеческие существа могут сделать свой выбор, лишь исходя из имеющихся возможностей. Только дедуктивная логика и чистая математика способны обеспечить “аподиктическую уверенность”, и так оно и происходит, потому что они исходят из самоочевидных формальных аксиом (например, тавтология, если А, значит А), не учитывая фактологию. Но как только мы входим в сферу реальных фактов, мы неминуемо начинаем зависеть от вероятностей. Все это, может быть, не слишком вдохновляет, но от этого никуда не уйти» (Montgomery, SP, 141).

Подытоживая свои четыре статьи в журнале His и говоря об истории и христианстве, Джон У. Монтгомери пишет: «Историческая вероятность склоняется в пользу обоснованности утверждения Иисуса о том, что Он есть Бог во плоти, Спаситель людей и грядущий Судья мира. Если вероятность истинности этих утверждений действительно велика (а разве возможно отрицать ее, исследовав все имеющиеся свидетельства), тогда мы должны действовать на основании этих свидетельств» (Montgomery, НС, 19).

2Б. Заблуждение № 2: «Достаточно быть просто искренним»

Христианская вера – вера объективная, поэтому у нее должен быть конкретный объект. Христианская концепция «спасающей» веры определяет взаимоотношения человека с Иисусом Христом (Он есть объект веры) и диаметрально противоположна общепринятому в сегодняшних учебных аудиториях «философскому» употреблению термина «вера». Расхожее утверждение «Неважно, во что верить, главное – просто верить» для нас неприемлемо.

Христианская вера – это вера во Христа . Ее ценность или достоинство заключается не в верующем, но в Том, в Кого верят, не в доверяющем человеке, но в Том, Кому доверяют.

Приведу конкретный пример. Однажды у меня вышел спор с деканом философского факультета Университета Среднего Запада. Отвечая на один из его вопросов, я упомянул о значении воскресения Христа. Мой оппонент перебил меня и саркастически заявил: «Перестаньте, мистер Макдауэлл, дело ведь не в том, было воскресение или нет, достаточно того, что вы в него верите». Он имел в виду (и именно это сегодня акцентируется), что главное – просто поверить. Я немедленно возразил ему: «Сэр, очень важно, во что я как христианин верю, ведь ценность христианской веры не в том, кто верит, а в Том, в Кого верят, то есть в объекте веры». Далее я сказал: «Если кому-нибудь удастся убедить меня, что Христос не воскресал из мертвых, моя христианская вера лишится своего основания» (см. 1 Кор. 15:14).

Христианская вера – это вера во Христа. Ее ценность или достоинство заключается не в верующем, но в Том, в Кого верят, не в доверяющем человеке, но в Том, Кому доверяют.

Сразу после того спора ко мне подошел один мусульманин. Между нами завязался интересный разговор, и я услышал от него: «Я знаю немало мусульман, чья вера в Магомета больше, чем вера христиан во Христа». Я ответил: «Может быть, вы и правы, но в любом случае искренне верующий во Христа человек “спасен”. Видите ли, неважно, сколько у вас веры, главное – сам объект вашей веры. С христианской позиции веры важно именно это».