История Авиации 2004 01

МЕТАМОРФОЗЫ

Хотя с момента разгрома Третьего Рейха прошло уже 60 лет, вопросы, как велись боевые действия, а также какой ценой были оплачены победы и поражения противоборствующих сторон, продолжают волновать не только многих историков, но и любителей военной истории и истории авиации в частности. Надо заметить, что, не будучи в состоянии оспаривать исход Второй Мировой войны немецкие историки, да и значительная часть их английских и американских коллег, утверждают, что Люфтваффе действовали гораздо эффективнее, нежели их противники. При этом едва ли не основными аргументами в системе доказательств этого тезиса являются личные счета «экспертов» из числа истребителей и пикировщиков, а также соотношения по числу понесённых потерь в воздушных боях между противоборствующими сторонами. О том, насколько обоснованными являются подобные взгляды, мы и поговорим в этой статье.

Александр БУЛАХ при участии Дениса БЕЛОВА

Дискуссия о том, насколько эффективно применялись советские ВВС в годы Второй Мировой войны в открытой печати началась с публикации в газете «Аргументы и факты» № 16/1990 списка асов Люфтваффе с потрясавшими воображение трёхзначными счетами побед. На фоне Эриха Хартмана с его 352 «абшуссбалкенами» и прочих геринговских орлов, даже образы Трижды Герои Советского Союза Ивана Кожедуба и Александра Покрышкина, претендовавших соответственно 62 и 59 победы, смотрелись, на взгляд неискушённого в тонкостях боевого применения авиации советского обывателя, прямо скажем, слабовато. Вскоре в открытой печати появились более или менее достоверные сведения о тактико-технических характеристиках немецких самолётов, в том числе принимавших участие в боях на заключительном этапе войны. Характеристики Bf109К, FW190D и Та152Н, не говоря уже о выпускавшихся в конце войны реактивных Ме262, заставили потускнеть победный ореол, сиявший в течение примерно 45 лет вокруг «Яков», «Лавочкиных» и «Аэрокобр». Очередным гвоздём, в казалось бы, навсегда опускающуюся крышку гроба «непобедимой и легендарной» стала серия телепередач о Второй Мировой войне, которые готовила телекомпания «ВИД». Ведущий цикла Дмитрий Захаров поведал миллионам зрителей о Гансе-Ульрихе Руделе с его более чем 2 тыс. боевых вылетов, в ходе которых он заявил об уничтожении 519 танков, более чем 70 потопленных мелких плавсредств, а также крейсера «Киров» и линкора «Марат». Если последний был действительно как корабль списан со счёта (но не как орудийная платформа), то «Киров» уцелел и после войны ещё долго служил будучи полноценным крейсером КБФ. В принципе, уже одно это наталкивало на мысль, что в немецких подсчётах отнюдь не всё точно. Но в то время нас уже понесло…

Вся эта пропагандистская шумиха на телеэкране и в газетах, сопровождалась демонстрацией книг западных авторов, в которых якобы во всех деталях и расписываются подвиги солдат фюрера. При этом борзописцы, взявшие на себя труд рекламных агентов Вермахта, Кригсмарине и Люфтваффе, как бы между прочим, сообщали, что к русскому народу немецкие солдаты и офицеры в массе своей не испытывали ненависти. Объяснений причин чудовищных жертв мирного населения, остававшегося на оккупированной территории при этом не давалось, а совсем недавно филолог Соколов практически всех погибших граждан нашей страны записал в военные потери, объявив, что в СССР потерял порядка 36 млн. солдат и офицеров. Одновременно всячески начал принижаться боевой опыт, накопленный советскими вооружёнными силами, а все неудачи, просчёты и поражения немцев нивелировались, объясняемые неожиданно начавшейся распутицей, страшными морозами, глубоким снегом, чудовищным превосходством русских с их нескончаемыми танковыми колоннами и толпами солдат, которых безжалостно гнали на немецкие пулемёты бесчеловечные комиссары. В восхвалениях асов Люфтваффе наиболее преуспел профессор МГУ Белоконь, прямо заявивший в СМИ, что Хартман — истинный ариец и сверхчеловек!

Однако правда — как вода, которую сколько не засыпай землёй, всё равно выйдет наружу. Хотя огромное количество людей было легко оболванено этой пропагандой, ничего не имевшей общего со свободой слова, нашлось всё же немало исследователей, которые решили разобраться в причинах этого и других феноменов. Поскольку этот процесс начался ещё в советское время, когда получить допуск для работы с архивными документами Великой Отечественной войны было хотя и возможно, но не просто, исследователи, в массе своей не имевшие никаких учёных званий и степеней, но которым зато было «за державу обидно», приступили к первоначальному сбору информации, начавшемуся именно с углублённого анализа западных публикаций, посвящённых деятельности Лю-фтваффе во Второй Мировой войне.

Вопреки результатам сражений, немецкие и японские историки уверены, что их асы действовали с более высокой эффективностью, чем воевавшие в составе ВВС стран антигитлеровской коалиции, а итоговое поражение в войне списывается на подавляющее превосходство авиации и системы ПВО противника.

Налаженная система технического обеспечения и ремонта позволяла Люфтваффе эффективно действовать сравнительно небольшими силами, однако неожиданно затянувшаяся кампания в России вскоре показала, что германским ВВС требуется и соответствующая поддержка со стороны авиапромышленности, которая выпускала недостаточное количество самолётов.

И тут многих из них, кто обладал аналитическими способностями или был просто внимателен, ждало немало «открытий». Оказывается, серьёзных аналитических работ на эту тему на Западе опубликовано чрезвычайно мало. Во всяком случае, до сих пор не удалось получить информацию даже по такому казалось бы простому вопросу, как реальное количество выпущенной промышленностью Германии авиатехники. Особенно плохо обстоят дела с данными по выпуску истребителей. Практически во всех изданиях публикуются отличающиеся данные, которые к тому же со временем имеют явную тенденцию к увеличению! По такому же куда более важному аспекту как количество боевых вылетов германских авиационных соединений и объединений в разные периоды войны и на различных участках фронта, на основе которого и делаются выводы о степени эффективности боевых действий и понесённых потерях, существует вообще отрывочная информация. Как правило чаще всего всё сводится к рассказам типа «все пилоты эскадры совершили в течение дня по пять — шесть результативных боевых вылетов», после чего авторы, как правило, переходят к описанию обстоятельств при которых ведущие асы частей или соединений одерживали свои победы.