История Авиации 2003 05

1* для 80 % ракет.

2* для 90 % ракет.

Те положения, которые были озвучены для всего мира в 1959 г., еще за два года до этого стали «головной болью» для главкома ВВС К.А.Вершинина. Главный маршал авиации, само звание которого предполагало расстановку приоритетов в отношении боевых самолетов и ракет, «плавно дрейфовал» в сторону все большего признания роли последних. Правда, постоянно настаивая на том, что «все летающее должно принадлежать ВВС». Например, в ходе «обмена мнениями» в Президиуме ЦК КПСС, имевшего место в ноябре 1957 г., вскоре после запуска первого спутника, он предлагал «иметь в составе ВВС:

— межконтинентальные и дальние баллистические ракеты и крылатые ракеты класса «земля-земля»;

— межконтинентальные и дальние самолеты-снаряды класса «воздух-земля» «воздух-корабль») в комплексе с самолетами-носителями этих снарядов;

— реактивные снаряды «воздух-воздух»

— стратегические и дальние бомбардировщики, в том числе и носители самолетов-снарядов…»

Количество самолетов в Дальней авиации к концу 1962 г. главком ВВС предлагал довести до 1640 единиц, в том числе 500 стратегических бомбардировщиков. Распределение задач по поражению целей противника ему виделось таким: 30 % — баллистические ракеты, 30 % — самолеты-снаряды, а остальное — бомбардировщики. Части и соединения оперативно-тактических баллистических ракет Р-1, Р-2, Р-11 и РИМ, наряду с частями крылатых ракет ФКР-1 системы «Метеор», К.А.Вершинин предлагал включить в состав фронтовой бомбардировочной авиации.

В январе 1958 г. позиция главкома под давлением «мнения, сложившегося в ЦК КПСС», была существенно скорректирована. Скрепя сердце, теперь он был вынужден предложить Политбюро полностью отказаться от стратегических и дальних самолетов, вооруженных свободнопадающими бомбами. Ставка отныне делалась только на носители самолетов-снарядов, а также на баллистические и крылатые ракеты наземного базирования.

Но не только воздействие со стороны высшего руководства страны было тому причиной.

Невысокая надёжность и недостаточная дальность М-4 привели к тому, что эти машины в середине 50-х годов переоборудовали в заправщики.

12 августа 1958 г. министр обороны Р.Я. Малиновский и главком ВВС К.А.Вершинин обратились к Н.С.Хрущеву с письмом, написанным специфическим канцелярском языке того времени: «Положение, сложившееся за последние 3–5 лет в наших Вооруженных Силах с самолетами, вызывает тревогу, поскольку оно не обеспечивает обороноспособность страны от нападения вероятного противника. Это явилось результатом того, что наши авиационные конструкторы после известных успехов, достигнутых по созданию в 1950–1954 гг. самолетов, отвечавших тому периоду, успокоились и за последние годы не обеспечили выполнения заданий правительства в установленные сроки по созданию новых боевых самолетов… Длительная задержка в отработке и поступлении в войска новых типов самолетов, отвечающих современным требованиям, привела к отставанию наших ВВС, которые не могут успешно отразить воздушные удары вероятного противника и нанести ответные удары…»

Применительно к положению в Дальней авиации тревожные нотки в письме были вызваны исключительно низкой эксплуатационной надежностью новых стратегических бомбардировщиков и особенно — самолетов конструкции В.М.Мясищева. В частности, в справке, приложенной к письму Хрущеву, отмечалось, что самолеты М-4 простояли на земле в 1955 г. 194 дня (после катастроф самолетов зав. № 1013 и 1417), а в 1956 г. — 31 день (после катастрофы самолета зав. № 912). С принятием на вооружение усовершенствованного бомбардировщика ЗМ ситуация лучше не стала: например, в 1958 г. полеты на них были разрешены только в период с 10 мая по 9 августа. На протяжении всего остального времени машины дорабатывались по аварийным бюллетеням (22 ноября 1957 г. разбился самолет зав. № 303). Главный инженер Дальней авиации генерал-майор ИТС Гребенников в марте 1958 г. представил докладную, из которой следовало: за четыре года эксплуатации полеты бомбардировщиков М-4 были запрещены на протяжении 444 дней, за два года эксплуатации ЗМ с двигателями АМ-3 — на протяжении 252 дней и за год эксплуатации ЗМ с двигателями ВД-7 — на протяжении 167 дней. В 1958 г. средний годовой налет на экипаж в 201-й ТБАД, вооруженной самолетами М-4 и ЗМ, составил всего 37 ч, в то время как многочисленные экипажи Ту-16 провели в воздухе в среднем более 106 ч.

По причине конструктивных недостатков двигателей ВД-7 полеты самолетов ЗМ с этими двигателями были запрещены в период с сентября 1958 г. по февраль 1959 г. ОКБ Добрынина вынуждено было пойти на временное ограничение максимальной тяги двигателя («ограниченные» движки получили индекс ВД-7Б). Летно-технические данные самолетов ЗМ с такими ТРД несколько ухудшились, особенно дальность полета. Из-за недостаточной дальности полета построенные в 1954–1956 гг. бомбардировщики М-4 было решено переоборудовать в самолеты-заправщики.