История Авиации 2003 05

Теперь обрисуем ситуацию с главной ударной силой советских ВВС — Дальней авиацией. Решением Совета Министров СССР от 29 августа 1951 г. Военное министерство приступило к формированию первого в стране 402-го тяжелого бомбардировочного авиаполка (ТБАП), укомплектованного 22 самолетами Ту-4 в варианте носителей ядерного оружия (напомним, что в мае 1951 г. на вооружение 306-го бомбардировочного авиакрыла ВВС США поступил первый серийный бомбардировщик В-47В, обладавший несравнимо лучшими летными данными). Полк формировался из личного состава 45-й ТБАД, его командиром стал полковник В.А.Трехин. Самолет в варианте носителя отличался от «нормального» Ту-4 новой бомбардировочной установкой, обеспечивающей электрическую стыковку бортового самолетного оборудования с изделием через специальный разъем, наличием тросовой системы извлечения чек при сбрасывании бомбы «на взрыв», системой поддержания температурных условий в бомбоотсеке вплоть до практического потолка самолета, доработанным оптическим прицелом с расширенным диапазоном условий сбрасывания, установкой в кабине штурмана-бомбардира соответствующего пульта управления спецвооружением. Любопытно, что в ОКБ А.Н.Туполева к самолетной схеме управления ядерной бомбой не был допущен даже руководитель бригады Л.Л.Кербер, имевший ранг заместителя главного конструктора. Все секреты «спецсамолета» в полном объеме знала лишь одна сотрудница, спроектировавшая соответствующие электрические цепи.

В 1954 г. началось серийное производство советских ядерных бомб РДС-3 и РДС-4. В этом же году на вооружение Дальней авиации поступил первый реактивный бомбардировщик Ту-16, а позднее и его вариант — самолет-носитель Ту-16А. Освоение машины началось с 402-го (Балбасово) и 203-го (Барановичи) ТБАП. В октябре 1954 г. на Семипалатинском полигоне были проведены натурные испытания со сбросом ядерной авиабомбы РДС-3 с самолета Ту-16А. По их результатам в следующем году самолет был принят на вооружение в варианте носителя атомных бомб РДС-3, РДС- 4 и первой отечественной термоядерной бомбы РДС-6. Натурные испытания еще более мощной термоядерной бомбы РДС-37, хотя и оснащенной парашютной системой, потребовали особой доработки самолета-носителя. В частности, на самолете впервые появилось светозащитное покрытие с высокой отражающей способностью и термостойкостью, а опознавательные знаки с нижних поверхностей консолей были смыты. Взрыв мощностью 1,7–1,9 Мт оказал значительное воздействие на самолет (перегрузка достигла 2,5 единиц), хотя бомба была сброшена с высоты 12 км, а взорвалась на 1550 м. Именно термоядерные бомбы мегатонного класса стали основным оружием отечественных дальних и стратегических бомбардировщиков в конце 50-х годов. По состоянию на 1 января 1958 г., в Дальней авиации имелись на вооружении 1120 реактивных бомбардировщиков Ту-16 и 778 поршневых бомбардировщиков Ту-4.

И все же «ядерная дубинка» получилась коротковатой. Дальность полета Ту-16 составляла 5800 км и всего на 400 км превосходила аналогичный показатель морально устаревшего Ту-4. Радиус действия бомбардировщиков Дальней авиации можно было оценить величиной 1800–2300 км, чего было совершенно недостаточно для создания реальной угрозы главному заокеанскому «супостату». Но, как говорится, «за отсутствием гербовой — пишут на простой». Именно поэтому производство бомбардировщиков Ту-16, особенно в 1955–1957 гг. было доведено до одной машины в сутки (табл. 1).

Примечание. В 1963 г. было изготовлено еще восемь, в 1964 г. — три и в 1965 г. — два Ту-95КМ. Общее количество выпущенных Ту-95, Ту-95К, Ту-95М и Ту-95КМ — 119 машин. Самолетов М-4 и ЗМ было выпущено чуть меньше — 116 единиц.

Конечно, дальности Ту-16 сильно не хватало для нанесения ядерных ударов по целям «вероятного противника», находившимся за океаном, однако в случае начала полномасштабной войны в середине 50-х годов бомбардировщики, даже имевшие необходимую дальность, превращались в большинстве своём в одноразовые носители, а потому цель перед экипажами стояла одна — долететь любой ценой.

Реальную угрозу Соединенным Штатам Америки могли создать только тяжелые стратегические бомбардировщики, производство которых в несравнимо меньших количествах было освоено на московском заводе № 23 и куйбышевском заводе № 18 (табл. 2). Нетрудно убедиться, что, «взяв старт» практически одновременно с американской, советская авиапромышленность не смогла долго тягаться с заокеанскими конкурентами. Особенно сильно отставание стало заметным после 1957 г.

В чем дело? Только ли в одной «ракетной эйфории», поразившей Н.С.Хрущева? Может быть, мода на ракеты захватила не только его одного; Или же разработчики новой разновидности средств поражения — баллистических ракет — оказались более динамичными, более способными на новые нестандартные решения по сравнению с теми кто проектировал бомбардировщики? А может быть у создателей авиационной техники, не хватало денег? Или таланта? Вопросов много, и можно попытаться разобраться во всём их многообразии.

Появление советских баллистических ракет Р-5 (слева) и Р-7 (справа) позволило нашему руководству вновь получить весомый аргумент для отстаивания наших интересов на мировой арене.