Towa Aqzy - Парадокс

Скажу вам большее. 29 февраля, которого многие так боятся, на самом деле не существует. Люди боятся не существенного дня. Глупости? Да.

В один день, в 45 году до нашей эры, Гаю Цезарю пришло в ум каждые оставшиеся 6 часов каждого года совместить в один день последующего четвёртого года, чтобы время было более точным. Почему бы и нет?

Всё, что «значит, так и должно быть», на самом деле не судьба, не предопределение вашей жизни, а просто решения таких же людей, как и вы. Говоря простыми словами, эти люди не только управляли своими жизнями, но и управляют жизнями других людей, даже если их сейчас нет. Прикольно да? Как это остановить? Подумайте. Насколько много вы знаете об этой планете? Насколько источники вашей информации достоверны? Мама и папа фигни не скажут и их нужно возможно уважать, ведь они вырастили такого разумного человека как вы, как минимум вы сейчас живы, и читаете все это. Но ведь узнавать больше и менять свои жизненные перспективы никто не запрещал. Если даже кто-то запрещал, я разрешаю вам не слушать этих людей, точнее этих недостоверных источников. Возможно, они пытаются манипулировать не знающими разумами. Да, быть фанатиком тоже сложно. Точнее, быть обычным стерео аппаратом общества, который поддерживает баланс очень странного мира, который тоже создался людьми, ну или такими же множествами стерео аппаратами.

Гамма

Я? Кто я? Зачем я? Что я делаю? К чему я иду? Мне казалось, что являться фанатиком очень увлекательное занятие. Все рады, и душа, и мозг, и разум, и настроение повышенное. Мне казалось, что суточная норма подпитки фанатизма дает огромную силу и энергию.

Отдавать предпочтение и стремиться к чему-то не так уж и плохо, до определённого уровня. До того уровня, пока вы не находитесь на пике контроля. Всё, что дальше этого, называется фанатизмом. Человек, религия, вещь, объект, субъект, идея, мысль, и тому подобные. Любая вещь, абсолютно любая может сделать из здравомыслящего человека какого-то зомби. В этот период, от любой вашей проблемы будто есть одно только спасение- то, что вы любите. Я сейчас не про любовь вообще. Любовь не стала бы кому-либо вредить, ну или стала бы. Вредит она в том случае, когда человек идет слишком не в том направлении, оно хотя бы умеет предупредить и отрезвить человека, как утренний кофе. Кофе пить утром классно, а выпьешь его ночью, а там уже минус сон, минус гормоны, а потом и завтрашний день сонный, ну, кратко, вы поняли.

Просто задумайтесь, не спешите ли вы куда-либо? При этом, не требует ли это где-то от вас слишком многого. Вы жертвуете здоровьем, сном, интересами, разносторонним развитием, взаимопониманием? Да? Тогда, просто перестаньте фанатеть. Фанатизм до какого-то периода очень хорош. Будто пинок под зад или прилив неожиданной энергии. А если привыкнуть к пинку под зад, можно сломать копчик, а потом не иметь возможности ни сидеть, ни ходить, ни лежать, ни веселиться. А то, что с энергией происходит, как обычный наркотик. Вы станете вампиром, который будет требовать всё больше и больше, а ему будут давать всё больше и больше. А в конце, в конце случится что-то очень плохое, о чем я говорить не буду.

В какой-то момент жизни у вас, возможно, наступит момент, когда всё вроде бы однородно, но всё же отличается. Ну, к примеру, перед вашими глазами миллиарды оттенков оранжевого, вроде все они такие разные и не к чему придраться. Но, вы абсолютно не видите других цветов кроме одного оранжевого. Что вы выберете? Видеть миллиарды оттенков оранжевого или просто несколько любых цветов в цветовой палитре? Глаза болят, а мозг твердит обратное: «Нет, всё хорошо, смотри сколько разных оттенков оранжевого ты видишь, некоторые люди даже не способны увидеть 2 разных оттенка оранжевого.» Мозг фанатика думает именно так. Вроде что-то не так, но что может быть не так, всё ведь так, как и надо, а может даже и лучше? Этими словами вы засыпаете и просыпаетесь. Однотипная модель, каждый день одно и то же. Это безумно заряжает, но безумно отбирает сил. Иногда бывает такое, что вы даже не успеваете сделать людям приятно, дарить самую обычную любовь.

– Куда ты меня тащишь? Мне больно! Не видишь сколько ран у меня? Почему ты меня не слышишь? Я ведь часть тебя! Я ведь так сильно люблю тебя. Я никогда не брошу тебя в обиде. А ты даже не пытаешься меня услышать! Что с тобой произошло? Помнишь в детстве мы сидели и игрались? А помнишь, как мы воображали большой красивый дом? А помнишь мы мечтали вдвоем? Помнишь, как мы радовались любому маленькому подарку? Всегда хотели поиграть в прятки с кем-либо? Это твоя любимая игра. А сейчас ты решил поиграть в прятки со мной? Но я ведь тут! Тут я! Заметь меня! Я вовсе не прячусь. А ты ведь и не слеп. Почему ты меня не видишь? Мне больно, ай, у меня все болит. Прости, если я тебя так сильно обидел, прости.

Эти слова были внутри. Кто-то детским милым плачущим голосом, словно изливая весь свой гнев, перемешанный с тоской, говорил мне всё это. По моему лицу пошла слезинка. Мне хотелось обнять. Но кого? Не других, не себя. Того самого маленького человека внутри. Мне хотелось покормить его, обнять, сказать много хороших слов. Когда мне удалось обратить свое внимание на него, он сразу будто побежал меня обнимать. Я не знаю, я абсолютно не знаю сколько времени он так просидел. Может с того момента, как мне стало больно? Больно от ударов? Или же больно от слов, сказанных мне близкими людьми? А ведь это было так давно? Но почему я плачу сейчас? Кто же мог обидеть его? В детстве я был слишком глуп, чтобы понять это. У меня не хватало разума в детстве чтоб понять себя и его. Почему меня никто не научил? Почему никто не сказал мне оглянуться назад. А ведь казалось, что, если хорошо и мне, хорошо и ему. Вы бы стали накладывать на мокрую землю фундамент и строить дальше дом? Да. Мне удалось это сделать. Только вот смотрю я назад, все дома обрушены. И сколько же таких домов мне удалось построить? 10, 18, а может миллионы? Почему никто не заставил меня оглянуться назад?

Так вот почему у меня всегда было чувство непознанной пустоты. В моем понимании дома были построены, много усилий было потрачено. А на самом деле? На самом деле ничего у меня то нет. В конечном счете, проигравший я. И лишь возле меня тот самый человек, или даже ребенок, то ли подросток. Он остался жив, он смог выжить в этих развалинах и даже не может меня винить в чем-либо. Он был достоин увидеть все красоты. А до этого он видел лишь гамму, самую обычную гамму моих надежд, ожиданий, целей, мечт. Это всё было пустое. В построенных мною домами никто не жил, ведь они изначально было построены лишь для красоты, для пустоты, чтобы была лишь видимость домов. Они были построены ни на чём. Не знаю радоваться ли мне этому или нет. В любом случае, они бы развалились, а люди внутри бы пострадали. И тот самый человек, который верил в меня, жил в этих домах, а потом падал вместе с ними, оказываясь потом под ними.