Геннадий Водолеев - К социальной адаптации

«Курган разрыт, в глубоком саркофаге

Он спит как страж, железный меч в руке.

Поют над ним узорной вязью саги

Беззвучные на мертвом языке.

Но шлем закрыт, опущено забрало.

Но плащ истлел на ржавленной броне.

Был воин, вождь, но имя смерть украла.

И унеслась на черном скакуне».

Как видим, такое происходит даже с великими воинами. Таков посмертный итог всем «великим». О прочих даже не разговор. К великой власти, деньгам, обретениям приходит еще одна компонента жизненного успеха - слава. Как и власть, и деньги - ее никогда не хватает, хочется еще и еще: прославился в полку, хочется, чтобы слава дошла до армии. Обрел славу победителя в морском сражении - желательно прославиться серией разгромных побед над всеми флотами. Победил в войне с одной страной, в душе уже созрела жажда славы покорителя мира. И так - далее и далее, пока кто-то более удачливый и изворотливый не свергнет триумфатору шею, или шальная пуля не прекратит это безумие тщеславия.

Учитывая, что разнообразных тронов не так уж и много (пору сотен едва ли наберется), деловых и финансовых мировых империй тоже едва ли тоже более нескольких сотен, на этих поприщах обрести всемирную известность и изрядно наследить в истории удается немногим. Относительно, естественно, общему числу желающих и устремленных к вершинам власти над миром. Потому значительно более многочисленной категории тщеславных приходится довольствоваться славой выдающихся военачальников, создателей атомного и иного подобного оружия, генеральных конструктуров баллистических ракет, космических станций, глобальной сети высококлассных отелей, ресторанов быстрого питания, кинозвезд, олимпийских чемпионов, начльников систем мест заключения осужденных, серийных убийц и насильников, прорицателей, телеведущих, популярных колунов, выдающихся сатириков и т.д. и т.п.

Причем, в каждом виде человеческой жизнедеятельности выстраивается своя четкая пирамида «именитостей» - с широким (очень многочисленным) основанием, где обретаются, кто известен в «широком» кругу очень небольшой социальной группы, и невысокой вершиной, около которой всегда бурлит от борющихся за «престонаследие». Справедливости ради стоит сказать, что у подавляющего большинства людей жизненные запросы на славу, известность весьма скромные - очень многим вполне достаточно бывает того, что сами себя считают вполне удавшимся человеком, заслужили уважение семьи, окружающих, сослуживцев. И ко всему этому - еще и небольшой карьерный рост. Это, по сути, самая счастливая, облагодетельствованная судьбой категория людей: при уверенном ощущении собственной полноценности в суете по избытию многочисленных житейских нужд у них остается достаточно времени на многие нормальные человеческие радости: рыбалки, песни в праздники, игры по вкусу, чтение книг, рисование и т.п. Но главное - возня со своими детьми, помощь им в познании и освоении окружающего мира. Чего у гонимых жестокой потребностью во все новых инъекциях власти, богатства, славы нет и в помине: даже на ночной горшок надо ходить с большой опаской - не подкупили ли того или иного секьюрити и не всадит ли он тебе нож или пулю в затылок. Для одержимых неодолимой потребностью в славе, как и для наркомана во время «ломки», годится любой вид этого зелья тщеславия: одни составляют себе славу гимнопевцев великим (за великие платы), другие - очернителей и разоблачителей льстивых летописцев. Одни славны, к примеру, убийством кого-либо из именитых, другие - их непрерывным поношением.

Любопытна изощренная мотивация одержимых тщеславием своей этой одержимости: и креативом общества себя полагают, и творцами цивлизации, прогресса, и отмеченным и Богом, и штурмующими Небо, и покоряющими Судьбу, Природу и т.п. Есть мотивации попроще - по анекдоту, когда палач рассуждает сам с собой: «Почему так плохо относятся к моей профессии? Всегда с людьми, на свежем воздухе».

Понятное дело человеку не возбраняется ни причислять себя к «креативу» общества, ни к творцам цивилизации, ни к кому-то еще из «богоизбранных».

Но даже ни в одном священном писании ни слова не сказано, что при этом ставшие именитыми должны хапать без удержу себе богатства, требовать и принимать всевозможные почести, восхваления, воздвигать себе любимым памятники, развешивать повсюду свои портреты, заказывать создание и исполнение хвалебных гимнов в свою честь и т.п. Более того, превозношение, гордыня, спесивость означены как тяжелейшие прижизненные грехи, за которые грядут посмертно обязательно тяжелейшие и унизительнейшие наказания. Но кому и когда удалось усовестить закоренелого алкоголика, наркомана, убедить его отказаться от пагубного пристрастия какими-то сколь угодно разумными доводами?

Более того, не только не вразумляются одержимые тщеславием, но и массово состязаются друг с другом, со своими историческими аналогами в обретении все большей личной известности, именитости, а еще больше - в «увековечивании», материализации своего «величия» в памятниках, наименованиях улиц, площадей, целых городов, музейных экспозициях. На этом поприще подвизается целая индустрия, обслуживаемая сонмами творческих угодников, о чем уведомил поэт в своем гимне каменным изваяниям:

«…Или гримасничают долгие века,

Когда ваятеля подкупная рука

Доносит нам под маской красоты

Чьи-либо гнусные, проклятые черты».

Так оно и бывает сплошь и рядом: редкие памятники немногим истинно великим совершенно теряются среди разрастающихся полчищ каменных истуканов в честь всевозможных «великих» финансовых мошенников, лживых до мозга костей политиков-мздоимцев, вельможных казнокрадов, чьи награбленные состояния позволяли даже их потомкам размещать дорогие заказы именитейшим скульпторам, портретистам. Дикая конкуренция, война за каждое доходное, властно место, где «конкурс» превосходит любой в самые известные университеты на порядки, ведущиеся во имя обретения собственной значимости в глазах окружающих и даже весьма отделенных поколений людей служит в целом человеческой цивилизации, (кроме воспроизводства вечной «ярмарки тщеславия»), губительным технологическим процессом селекции в разнообразную социальную власть лживых, преимущественно подлых и своекорыстных, нравственно увечных, людей которые насаждают в обществах преобладание только себе подобных. Неизбежная кровавость революций обусловлена на 99/100 не кровожадностью революционеров и их вождей, а исключительно только обилием «элитарных», именитых, намертво впившихся в свою собственность, власть и истово защищающих все это руками полчищ наемников, благо денег - куры не клюют. Ибо их истинный бог - телец, от есть деньги, собственность, именитость социального статуса. Остальным богам они молятся только ритуально: совести нет уже и в помине, а без этого связь с Господом уже невозможна. Даже если строить на свои пожертвования храмы на чужой крови.