Виктор Ефимов - Курс эпохи Водолея

Зерно, как реальный эквивалент, эквивалент де-факто был заменен де-юре увязанным с ним вторичным металлическим эквивалентом с такими важными для этой миссии свойствами, как однородность, делимость, прочность, сохраняемость, портативность. Металлы денежной группы, и прежде всего золото, выступали при этом своеобразными аккумуляторами все той же биогенной энергии, которая в огромных количествах расходовалась на их производство. При практически неизменных на протяжении длительного времени технологиях всегда существовала жесткая однозначная связь металлического инварианта с инвариантом зерновым и деньги имели по факту энергетический стандарт обеспеченности вне зависимости от их формы.

В Х1Х-ХХ веках особую зловещую роль сыграл золотой стандарт — способ организации денежных отношений, при котором роль всеобщего эквивалента играет только золото. Впервые золотой стандарт в библейской цивилизации был введен Англией в 1816 году после победы над Наполеоном, в США — в 1837 году. Россия этот роковой, глубоко ошибочный для себя шаг сделала в 1895-1897 годах, чем очень гордился С. Ю. Витте, приложивший к этому усилия и почитаемый многими нынешними либералами. До этого эмиссия осуществлялась в любых пропорциях, как под серебро, так и под золото. Существо перемен сводилось к тому, что был введен законодательный запрет на эмиссию средств платежа под серебро. При том что серебра в России было более чем достаточно для эмиссии нужной для страны денежной массы.

Этим шагом была разорвана связь между технологическими потребностями в деньгах народно-хозяйственного комплекса, населения и возможностями их эмиссии из-за физической ограниченности имеющегося золота. Страна, вместо того чтобы печатать собственные деньги под товары, производимые в достаточных количествах, вынуждена была приостановить собственную эмиссию и перейти к масштабным процентным заимствованиям из-за рубежа. В результате выбора не того инварианта Россия и оказалась в подготовленной для нее долговой петле, которая и привела в конечном счете к революционным потрясениям.

В XX веке в товарном производстве произошли радикальные перемены, и оно стало основываться большей частью на техногенной энергии. Пропорции изменились на обратные: теперь уже до 95% товаров производится на базе техногенной энергии и только 5% на базе биогенной. В основе производства любого товара теперь лежит техногенная энергия, именно она и выступает в качестве товара инварианта де-факто, независимо от того, хотим мы это признать либо же нет. Попробуйте сопоставить стоимость буханки хлеба, кирпича и алюминиевой чушки — вы поймете, что это, как, впрочем, и в отношении иных товаров, можно сделать в своей основе только через сопоставление энергозатрат, связанных с их производством.

В настоящее время все СМИ переполнены поисками решения вопроса о новой привязке мировой резервной валюты к какому-нибудь товару, который можно «пощупать», по примеру Бреттон-Вудских соглашений. Однако пытаться вернуться к золотому инварианту или придумать и возвести в ранг инварианта некую мировую денежную единицу — дело абсолютно безнадежное. Его невозможно придумать, его следует избрать, исходя из удобства решения разнородных задач прогностики, моделирования, управления развитием макроэкономических систем. Инвариант прейскуранта всегда присутствует в жизни, хотя в его роли в разные эпохи глобального исторического процесса выступали разные товары. Раньше эту функцию выполняли зерно или скот, потом медь, серебро и золото, еще позже — только золото. Но уже давно его запасы не способны покрыть возросшие объемы оборота товаров и услуг, а потребности человечества в управлении мировым хозяйством таковы, что рано или поздно оно придет к избранию в качестве инварианта прейскуранта кВт/ч энергопотребления и учредит энергетический стандарт обеспеченности валют. Энергетический стандарт обеспеченности валюты — это коэффициент пропорциональности между годовым объемом производства электроэнергии и объемом денежной массы, находящейся в обращении. То есть энергетический стандарт обеспеченности и тариф на электроэнергопотребление — это разные вещи.

Если мы действительно хотим выйти из тупика, то необходимо решить вопрос о закреплении кВт/ч в качестве инварианта прейскуранта — списка цен всех товаров. Иные энергоносители (нефть, газ и т. п.), теплотворная способность которых давно уже исчисляется в тоннах условного топлива, могут быть легко пересчитаны в электроэнергетический эквивалент. А евро или единая азиатско-тихоокеанская валюта, если они не основываются на энергоинваринате и стандарте энергообеспеченности, способны лишь на некоторое время отсрочить глобальный кризис, но не предотвратить его. Ведь их эмиссия в этом случае, как и эмиссия доллара, не будет иметь определенной связи с выпускаемой на рынок товарной массой.

Совершенно иная картина возникает, если объем эмиссии средств платежа жестко увязывается с количеством энергии, подаваемой на вход ППС. Дело в том, что этот параметр через коэффициент полезного действия отраслевых технологий ППС прямо пропорционален объему производимой товарной массы каждой отраслью. Коэффициент полезного действия, в свою очередь, определяется господствующими технологиями, принятой в обществе концепцией управления и качеством управления в ее рамках. Если энергия признается инвариантом прейскуранта де-юре, то только в этом случае денежная масса, обеспеченная энергией, будет через расчетный коэффициент жестко и однозначно связана с необходимой для ее покрытия товарной массой. Следовательно, система денежного обращения, при ликвидации в ней ссудного процента, приобретает устойчивость. Выпуск дополнительных объемов средств платежа увязывается при этом с увеличением объема энергии, подаваемой на вход ППС, ростом коэффициентов полезного действия отраслевых технологий. Да и на практике сегодня никакая статистика не даст вам более точную картину по тенденциям производства товаров в регионе, чем интегральные показатели потребления электроэнергии отраслями. То есть энергоинвариант прейскуранта в сочетании с энергетическим стандартом обеспеченности платежной единицы устанавливает абсолютную шкалу измерения стоимости. Цена кВт/ч, а следовательно и устойчивая безынфляционная размерность рубля становятся метрологической основой в разного рода экономических прогнозах, моделях развития, в сопоставлениях и расчетах.

В ныне господствующих стереотипах мифа о свободно-рыночной саморегуляции всего жесткая фиксация цен на энергоносители выглядит неприемлемой. Но лишь управленческая несостоятельность этих стереотипов позволяет считать, что цена на электроэнергию должна регулироваться рынком и не может устанавливаться директивно. Это неверный посыл, поскольку электроэнергия не имеет ни одного признака рыночного товара. Рыночным товаром, по классическому определению, признается лишь тот товар, который: