Роберт Силверберг - Замок Лорда Валентина

Валентин не привык к лидерству. Он задумался, пытаясь выглядеть дальновидным и рассудительным.

– Если мы поедем днем, мы слишком бросимся в глаза. Если же мы потратим весь день, отсиживаясь здесь, мы им дадим время подготовиться к нападению.

– Ночью, – сказал Слит, – в Илиривойне снова фестиваль, и здесь, наверное тоже. Пока они развлекаются, мы можем проскользнуть мимо них, а днем у нас не будет ни одного шанса.

– Я согласна, – сказал Лизамон.

Валентин оглядел всех.

– Карабелла?

– Если мы будем ждать, мы дадим время жителям Илиривойна хватать нас. Я за то чтобы ехать сейчас.

– Делиамбер?

Вруон деликатно сложил вместе кончики щупалец.

– Ехать. Вокруг Авандройна и назад к Вирфу. Там, конечно, есть вторая дорога из Авандройна к Фонтану.

– Да, – сказал Валентин, – я согласен с Карабеллой и Делиамбером. А как ты?

Залзан Кавол нахмурился.

– Я бы сказал, пусть колдун заставит наш фургон лететь и доставит нас к ночи в Ни-мойи. Или же – продолжать путь, не ожидая.

– Да будет так, – заключил Валентин словно это было его единоличным решением. Когда подойдем к Авандройну, пошлем разведчиков найти обходную дорогу.

И они поехали. Дождь на некоторое время прекратился, а когда пошел снова, то был уже не дождем, а тропическим ливнем. Тяжелая канонада капель со злобной силой стучала по крыше фургона. Валентин приветствовал этот дождь: может метаморфы будут сидеть по домам и не заметят их.

Вот уже показались окраины города, разбросанные плетеные хижины. Дорога все более разветвлялась. Каждый раз Делиамберу предлагалось угадывать, куда свернуть, и в конце концов они поняли, что совсем близки к Авандройну… Лизамон и Слит поехали на разведку и через час вернулись с хорошими вестями; одна из двух дорог ведет прямо к центру Авандройна, где полным ходом идут приготовления к фестивалю, а другая через север обходит весь город и идет какое-то подобие фермерского округа на дальние склоны гор.

Они выбрали северную дорогу и без всяких инцидентов миновали район Авандройна.

Ближе к вечеру они спустились по горному проходу на широкую, густо заросшую лесом равнину, темную, пробитую дождем, которая отмечала западный периметр метаморфской территории. Залзан Кавол гнал фургон вперед, останавливаясь лишь по настойчивому требованию Шанамира, утверждавшего, что животным необходим отдых и корм. Хотя они и были искусственного происхождения и практически неутомимы, все же они были живыми существами и время от времени нуждались в отдыхе. Скандар соглашался неохотно: у него, казалось, была навязчивая идея как можно дальше отъехать от Пьюрифайна.

Уже ближе к вечеру, когда они ехали под дождем по грубой, неровной местности, внезапно пришла беда.

Валентин сидел в средней части кабины с Делиамбером и Карабеллой. Хейрод Кавол и Гейбор Херн правили, остальные спали. Впереди послышался грохот и треск, и фургон резко остановился.

– Дерево упало! – крикнул Хейрод. – Дорога перегорожена!

– Залзан Кавол пробормотал проклятие и тычком разбудил Лизамон. Валентин ничего не видел впереди, кроме зелени: крона какого-то лесного гиганта целиком заблокировала дорогу. Нужны были часы, а то и дни, чтобы ее очистить. Скандары с энергометами на плечах вышли в разведку. Валентин пошел за ними. Быстро стемнело. Дул порывистый ветер, и струи дождя неслись почти горизонтально, прямо в лицо.

– Примемся за работу, – проворчал Залзан Кавол, с досадой покачивая головой. – Тилкар, начинай рубить отсюда! Рогон, большие боковые ветви! Ирфон…

– Можно сделать быстрее, – посоветовал Валентин. – Вернемся и поищем другой развилок дороги.

Идея удивила Залзана Кавола, словно скандар в жизни не додумался бы до такого решения. Он помялся.

– Да, – сказал он, – это имеет смысл. Если мы…

Второе дерево, еще больше первого упало на землю в сотне ярдов от них. Фургон оказался в западне.

Валентин первым сообразил, что сейчас случится.

– Все в фургон! Засада! – закричал он и бросился к открытой двери.

Но было уже поздно. Из темноты леса выскочила толпа метаморфов и молча врезалась в них. Залзан Кавол испустил яростный вопль и открыл огонь из энергомета. Два метаморфа упали, страшно обгоревшие. Но в это время Хейрод Кавол приглушенно вскрикнул и упал: боевое копье пронзило его шею. Тилкар, пораженный в грудь, тоже упал.

Задняя часть фургона внезапно вспыхнула. Те, кто был внутри, поспешно выскочили. Впереди была Лизамон с поднятым вибромечом. На Валентина напал метаморф с его же собственным лицом, Валентин пинком отшвырнул его, повернулся и ударил другого своим единственным оружием – ножом. Как это было странно – нанести рану! Он с какой-то жуткой очарованностью смотрел, как полилась жидкость бронзового оттенка.

Метаморф-Валентин напал снова, нацелившись когтями в глаза Валентина. Валентин увернулся, изогнулся, ударил. Лезвие вошло глубоко, и метаморф качнулся назад, хватаясь за грудь. Валентин затрепетал в шоке, но только за ним, тут же повернулся к следующему метаморфу.

Сражаться и убивать было для него новым делом, и он выполнял его, скрепя сердцем. Но быть мягким сейчас означало звать быструю смерть. И он бил и резал, бил и резал. Позади послышался голос Карабеллы:

– Как ты там?

– Держусь, – буркнул он.

Залзан Кавол, увидел свой великолепный фургон в огне, зарычал, схватил одного из метаморфов поперек туловища и швырнул его в пламя. Двое других бросились на него, но другой скандар схватил их и сломал, как прутья, двумя парами рук. В яростной схватке Валентин мельком увидел Карабеллу, борющуюся с метаморфом. Она прижала его к земле сильными, натренированными руками, а Слит, яростный мститель, бил его сапогом с дикой яростью. А фургон горел. Лес был полон метаморфами, ночь быстро надвигалась, грохотал дождь, а фургон горел.

Когда жар усилился, центр битвы переместился с дороги к лесу, и дело стало еще более тягостным, потому что в темноте трудно было отличить друзей от врагов. Метаморфские штучки с изменением формы добавляли сложности, хотя в ярости сражения они не могли долго удерживать трансформацию, и те, что казались Шанамиром, Слитом или Залзаном Каволом, быстро принимали свой природный вид.

Валентин сражался отчаянно. Он был скользким от собственного пота и метаморфской крови, и сердце его билось мощными ударами. Дыша с трудом, пыхтя, не останавливаясь ни на миг, он пробивался сквозь гущу врагов с таким азартом, который удивлял его самого… Удар ножом… еще удар… еще…

Метаморфы имели лишь простейшее оружие, и хотя их было очень много, вскоре их численность стала уменьшаться. Лизамон своим вибромечом производила страшное опустошение. Она держала его обеими руками и рубила, как ветви деревьев, так и руки метаморфов. Уцелевшие скандары посылали вокруг энергоразряды, сожгли с полдюжины деревьев и усыпали землю трупами метаморфов. Слит калечил и убивал, как бы мстя за всю ту боль, которую, как он думал, принесли ему метаморфы. Кон и Виноркис тоже сражались со страстной энергией.