Анатолий Клёсов - Кому мешает ДНК-генеалогия?

Не так давно один читатель на сайте Переформат оставил показательный комментарий к моей статье о скифах. Но речь в нём шла о другом:

Да, эти пчёловы научились толкаться локтями. Созданы, к сожалению, для распространения кривды десятки «кривых организаций». Десятки «кривых наград». И пытаются дурить народ.

Пчелов – действительный член Международной академии наук педагогического образования (2004), член-корреспондент Академии педагогических и социальных наук (2005), член Историко-Родословного Общества в Москве, Всероссийского Геральдического Общества, Русского Географического Общества, Всероссийской ассоциации медиевистов, Русского Генеалогического Общества, Общества Любителей Российской Словесности и др.

Награды: медаль «В память 850-летия Москвы», юбилейная медаль «300 лет Российскому флоту», ряд общественных наград, в том числе медаль ордена «За служение Отечеству» (святых великого князя Дмитрия Донского и преподобного Сергия игумена Радонежского) 3-й степени за труды по истории Отечества и пропаганду исторических традиций (2004) и медаль княгини Е.Р. Дашковой «За служение свободе и просвещению» (2011), почётный диплом РГГУ за книгу «Рюрик» в номинации «Лучшие научные издания, опубликованные преподавателями РГГУ в 2010 году», диплом лауреата конкурса на лучшую научную книгу 2010 года (за книгу «Рюрик») Фонда развития отечественного образования.

Я ответил – спасибо за информацию, очень кстати – что мы сейчас увидим. Как название «Переформат» обязывает, давайте посмотрим, чего все эти звания и награды стоят на арене международной для кандидата исторических наук Е.В. Пчелова как «ученого». Есть замечательный и полезный международный ресурс, под названием Google Scholar. Он публикует, сколько ссылок на статьи и книги исследователей делается в основных научных изданиях, причем ссылки должны быть в уважаемых изданиях, не в «мурзилках». Есть специальный перечень таких изданий, их многие сотни, если не тысячи.

Суть цитирований в научных работах описана нами выше, в разделе «Удручающие научные профили подписантов «письма 24-х», там же рассказано про индекс Хирша, принятый в науке как показатель цитируемости. Там же взят для примера индекс Хирша для историка-археолога D.W. Anthony, цитирование работ которого для историка вполне заслуженное, индекс цитирования Хирша на него равен 15. Напомню, что это вычисляется по наиболее цитированные статьям, которые у D.W. Anthony имеют число ссылок 462, 445, 127, 125, 102, 84, 62, 48, 41, 36, 26, 22, 19, 16, 15. Как только число ссылок равняется числу цитируемых статей в этом ряду, счет прекращается, имеем индекс Хирша. Индекс, равный 15 – это много. Это равно или превышает негласные (в США) требования к занятию должности профессора многих университетов. А иногда и гласные требования, это зависит от конкретных университетов. В целом на Западе считается, что для занятия должности профессора индекс Хирша должен быть не менее 12–15, плюс остальные требования для профессора. Но профессор, труды которого слабо цитируются в литературе, полноценным профессором уже рассматриваться не может. Равно как и доцентом, и ассистентом, и вообще деятелем науки. Потому что наука – это активное участие в информационных потоках. Но заслужить индекс Хирша даже выше 10 – непростая задача, и с каждым шагом продвижения по индексу трудность возрастает по экспоненте. Для большинства научных сотрудников индекс Хирша не превышает 3–4. Это – средненький состав, но таких в науке подавляющее большинство.

Пчелов – тоже историк, или во всяком случае таковым считается у себя в РГГУ. И вот теперь посмотрим, что там у Е.В. Пчелова. https://scholar.google.com/scholar?q=Pchelov&btnG=&hl=en &as_sdt=0%2C33

И что имеем у нашего героя? Всего три статьи с цитированиями: 2, 2, и 3 раза. На остальные упомянутые ссылок вообще нет. Индекс цитирования равен двум. И это – заведующий кафедрой в университете? Обладатель массы наград, имеющих отношение к науке? Да, увы. От кандидата наук, правда, ожидать в цитировании обычно многого не приходится, но ведь он определенно хочет и доктором наук стать, с такими-то показателями.

Но и доктора есть тоже такие, и немало. К примеру, Л.С. Клейн. Как рассказывалось выше, у него индекс цитирования 11. На профессора не дотягивает, но для доцента подойдет. Почему так мало, несмотря на многие книги? Да потому. Значит, такова важность исследований Л. Клейна с точки зрения мировой науки. Кстати, на его работы по норманнизму удалось найти всего четыре ссылки. Такой, стало быть, интерес. Этим они, получается, только наших людей пичкают, что Русь шведы основали. А «шведских» по происхождению гаплотипов у русских практически нет – ни у предполагаемых Рюриковичей, ни у потомков детей боярских, ни вообще у этнических русских. Вообще никаких. Если есть, то на уровне статистического шума, что в науке не считается. Понимаете, почему клейны и пчеловы нервничают, ерзают на своих кабинетных стульях? А что цитируют у Клейна? Пожалуйста, «Марксизм и археология», «Марксистский взгляд на археологию в Британии»… Не случайно в дискуссии на «Троицком варианте» один из дискутантов бросил -

«Уважаемый ЛСК, то, что Вы публикуетесь в самиздате, не входящем ни в одну базу данных, мы знаем. Ну так эти публикации и не относятся к науке. Это публицистика. Ваши публикации, которые входят в базу данных и цитированы более чем 4 раза (Ваш Хирш равняется четырём) конкретно следующие… Вы меня, конечно, извините, но сами названия (кроме может быть первых двух статей с ненулевым индексом цитирования) говорят о том, что автор наукой не занимается, а занимается политической конъюнктурой и мафиозными (идеологическими) разборками. Остальные 17 публикаций также имеют очевидно политическую окраску и написаны «в корзину»: их никто не читал и никто на них не ссылается. Как назвать подобную полуполитическую околонаучную активность?»

Да, «марксизм и археология» у Клейна… Знаем, что он на это скажет – «Время было такое… ну что было делать… так было надо». Нет, претензий не будет. Но это дополняет общую картину о человеке и его морали.

И вот эти люди типа Клейна категорически против использования индекса цитирований для оценки научного вклада ученых, и российских ученых в особенности. Догадайтесь с одного раза, почему против. Они выдвигают массу возражений, среди которых наиболее впечатляющее – «коленопреклонение перед Западом». Повеяло 1950-ми годами, не так ли? Или – «у меня масса книг, в лучших издательствах мира. Но в индекс цитирования они не входят» (Клейн). Лукавит Клейн, прекрасно знает, что входят. Просто его книги не вводятся в международные научные информационные потоки, наукой они не востребованы. А вот у Anthony и тысяч других – востребованы. В этом суть науки. Но не для пчеловых и клейнов. Для них суть науки отражена в цитате выше, данной читателем. И это они кричат: реформы разрушают российскую науку! На самом деле не реформы – они, пчеловы и клейны, и разрушают.