Александр Викторович Волков - Загадки Финикии

Порядок страшного ритуала был таков. Ребенка сначала убивали, а затем сжигали на бронзовых руках статуи бога. Он скатывался с них и «падал в некую полную огня бездну», как писал историк Диодор Сицилийский. Финикийцы считали, что души убиенных детей поднимаются прямо к богу и отныне защищают родину и свою семью. Впоследствии в Карфагене знатные люди стали покупать чужих детей, отдавая их богу под видом собственных.

Человеческие жертвоприношения назывались по-финикийски «молк», «молх», «молек» или «молок», а по-еврейски «молех». По предположению испанского историка Э.Г. Вагнера, подобный обряд распространился в Финикии в конце бронзового века, когда на побережье переселилось множество ханаанеев, изгнанных со своей родины арамеями и израильтянами. В стране сложилась напряженная демографическая ситуация. Тогда «лишними» стали дети. Вскоре часть населения отправилась обустраивать колонии по берегам Средиземного моря, но жестокий обычай сохранился.

Чужестранцы, прослышавшие про этот обычай, решили, что финикийцы почитают некоего бога Молоха. Этот кровожадный бог якобы питается людьми. На самом деле, Молоха никогда не существо – вало. Получателем жертвы был верховный бог города или страны.

Останки жертв помещали в специальные урны и хоронили на кладбищах, называвшихся «тофет», или «топет». Они находились на окраине города, рядом с городскими стенами, а иногда и за ними. Над каждой урной ставилась стела, на которой было помечено имя жертвователя.

При раскопках в святилище Тиннит в Карфагене найдены тысячи урн с кремированными останками детей – в основном грудных. Самому старшему ребенку, похороненому здесь, исполнилось двенадцать лет. Встречаются также останки птиц и мелких животных, которыми заменяли детей. Находилось кладбище всего в полусотне метров от порта.

Принесение в жертву детей зафиксировано также в соседних с Финикией странах, например Моаве и Израиле. Недаром в Библии категорично сказано: «Из детей твоих не отдавай на служение Молоху и не бесчести имени Бога твоего» (Лев. 18, 21; также Лев. 20,2 – 5). Иудеи вплоть до Вавилонского пленения совершали подобные жертвы в долине Хинном недалеко от Иерусалима. «И устроили высоты Тофета в долине сыновей Енномовых, чтобы сожигать сыновей своих и дочерей своих в огне» (Иер. 7, 31). Из еврейского «ге Хинном» возникло слово «геена». Христиане стали называть «гееной огненной» ад.

Со временем финикийцы все чаще практиковали, наряду с человеческими жертвами (молходом), принесение в жертву барана (молхомор). В жертву богам старались отдать также выкидыш, чтобы потом не жертвовать рожденного ребенка.

Похожая трансформация верований, очевидно, произошла и в древнееврейской среде. Напоминает о ней знаменитый эпизод из Книги Бытия (22, 1 – 13), где Авраам собирается принести в жертву Богу своего сына: «И простер Авраам руку свою, и взял нож, чтобы заколоть сына своего». Лишь вмешательство Бога остановило его: «Но Ангел Господень воззвал к нему с неба и сказал: Авраам! Авраам!.. не поднимай руки твоей на отрока, и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня».

В отличие от израильтян, финикийцы – прежде всего жители колоний в Центральном Средиземноморье – так окончательно и не отказались от человеческих жертвоприношений вплоть до римского завоевания.

Немногие древние народы могут похвастаться таким количеством изобретений, изменивших судьбу человечества, как финикийцы: корабли и пурпур, прозрачное стекло и алфавит. Пусть не всегда они сами были их авторами, но именно они внедряли эти находки и усовершенствования в жизнь, а также популяризовали их. Последнее из перечисленных изобретений во многом определило судьбу современной цивилизации. Мир был бы совсем иным, если мы не располагали бы самой простой и удобной системой письма из всех, что когда-либо были созданы человечеством. Эту систему придумали финикийцы.

Говорили они на языке, которого давно уже нет. Финикийский язык – это один из семитских языков, и его ближайшие родственники – древнееврейский (иврит) и моавитский, о котором мы знаем лишь по одной сохранившейся надписи. Обычно три этих языка, именуемых также «ханаанейскими», противопоставляют арамейскому. В то же время вместе с арамейским языком они составляют северо-западную ветвь семитской языковой семьи, в которую входят также восточная (аккадская) и южная, или арабо-эфиопс-кая, ветвь.

Почти все ханаанейские языки мертвы. Единственное исключение – иврит, государственный язык Израиля. Мы можем судить о родственных ему языках лишь по сохранившимся текстам. Однако не осталось даже надписей, запечатлевших, например, аммо-нитский или эдомитский языки.

На финикийском языке говорили жители прибрежных районов Ливана, Палестины и Южной Сирии, а также часть населения Кипра. Он известен нам лишь по надписям, древнейшая из которых датируется примерно 1000 годом до нашей эры. Литература на финикийском языке, о существовании которой говорят и греческие, и римские авторы, полностью утрачена.

Благодаря колониальной политике финикийцев их язык получил распространение также в других частях Средиземноморья, например в Карфагене и его окрестностях. Здесь он стал называться «пуническим». Отдельные пунические надписи встречаются и в других районах Западного Средиземноморья.

Как ни странно, финикийский язык исчез в метрополии раньше, чем в западных колониях. Еще в эллинистическую эпоху его постепенно вытеснили арамейский и греческий. Жители Ближнего Востока перестали говорить по-финикийски примерно во II веке до нашей эры. В Западном Средиземноморье этот язык употреблялся гораздо дольше – вероятно, до VIII века нашей эры – и был окончательно вытеснен лишь после арабского завоевания Северной Африки. Отныне местные жители говорили лишь на арабским.

Самые поздние из дошедших до нас финикийских текстов датируются на Ближнем Востоке II веком нашей эры, а в Западном Средиземноморье – III – IV веками.

Создание алфавита – величайшее культурное достижение финикийцев. С их родины, с узкой береговой полоски на территории современного Ливана, алфавит начал триумфальное шествие по миру. Постепенно финикийский алфавит и родственные ему системы письма вытеснили практически все другие древние формы письменности, кроме китайской и производных от нее. Кириллица и латиница, арабское и еврейское письмо – все они восходят к финикийскому алфавиту. Со временем буквенный шрифт стал известен в Индии, Индонезии, Средней Азии и Монголии. Финикийцы создали «универсальную систему письма, совершенство которой доказано всей последующей историей человечества, ибо ему с тех пор не удалось придумать ничего лучше», – писал Г.М. Бауэр.