Олег Ивановский - Впервые. Записки ведущего конструктора
- Название:Впервые. Записки ведущего конструктора
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Московский рабочий
- Год:1982
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Олег Ивановский - Впервые. Записки ведущего конструктора краткое содержание
Четверть века назад началась космическая эра человечества. В конструкторском бюро академика С. П. Королева были созданы первые искусственные спутники Земли, лунные автоматические станции, легендарный «Восток»…
Автор книги — непосредственный участник работ над первыми космическими аппаратами и кораблями. Книга ценна прежде всего как свидетельство очевидца, рассказывающего о коллективе, которому множество наисложнейших проблем приходилось решать впервые.
Рассчитана на широкий круг читателей.
В первоначальном варианте воспоминания автора выходили в издательстве «Молодая гвардия» в 1970 и в 1975 гг. под названием «Первые ступени».
Впервые. Записки ведущего конструктора - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Городенки… Гусятин… Дунаевцы… Бар… Жмеринка… Винница… Белая Церковь… Васильков… Киев… Сейчас это просто перечисление населенных пунктов. А тогда? Изнурительное отступление, бомбежки, обстрелы с самолетов. Пожары, дым, гарь, трупы людей, лошадей, сгоревшие танки, автомашины… Восемнадцать суток отступления. И строжайший приказ: «В бой не вступать! Весь личный состав вывести под Киев, в Бровары». Кругом шли тяжелейшие бои. Каждый километр — да что километр — каждый метр земли, каждую пядь не сдавали без боя.
Киев… Прилуки… Ромны… Богодухов… Харьков. О службе, о работе пограничников вместе с контрразведчиками в это время прекрасно рассказано в книге В. О. Богомолова «В августе сорок четвертого». То же было и в сорок первом — лучше не расскажешь. И наша работа была такой же. Я — командир отделения, затем — помкомвзвода, потом — замполитрука.
Купянск, Валуйки, Ефремов, Елец, Мценск… Так прошел год. Первый год войны. В июле 1942 года я был отозван особым отделом Брянского фронта. Опять поворот на жизненной дороге. Вот уж не думалось, не мечталось, что придется стать контрразведчиком. И не только контрразведчиком. А еще и попасть в казачий кавалерийский корпус. Кубанский полк 11-й имени Морозова дивизии…
Имени Морозова… Был такой легендарный начдив в Первой Конной, у Буденного. И 11-я дивизия тоже была. Бои тяжелые, кровопролитные. Рейды по немецким тылам, ночные марши по 60–70 километров, не слезая с седла. В январе 1943-го в тылу у немцев наш полк вместе с соседними взял город Валуйки, что теперь в Белгородской области, а тогда был в Курской. Нашла меня в этом бою пуля из немецкого танка. Тяжелое было ранение, в шею. Но молодость есть молодость. Жить хотелось. Месяц в госпитале — и догнал я свой полк под Харьковом. Дальше везло. Коней подо мной убивало, кубанку на голове осколками рвало — все было. А я словно заколдованный.
Смоленщина, Украина, Западная Украина… Тяжелые бои за Ровно. Помните — «Это было под Ровно»? Николай Кузнецов, легендарный разведчик. Немного мы опоздали, а то, быть может, был бы жив этот замечательный человек. Потом Дубно. Страшный, тяжелый бой.
24 июля 1944 года полк наш вышел на государственную границу. Вот он, знакомый красно-зеленый пограничный столб. Все дальше шли мы на запад. Польша, Румыния, Венгрия. В мае 1945 года воевали в Чехословакии, под Прагой. И вот долгожданное, великое, выстраданное, кровью политое, но радостное 9 мая! Победа! Пулеметная трескотня, потоки трассирующих пуль просто так, в никуда, в небо! Победа!
На нашем участке пришлось воевать до 15-го. Добивали тридцатитысячную группировку немцев и власовцев. Через день приказ командования — в Москву, на парад Победы. И вот опять граница. Поезд подходит к станции. Небольшой вокзал, знакомый до боли. Здесь для меня четыре года назад началась война. Здесь замкнулся круг моих военных дорог.
А 24 июня, когда стояли мы на торжественно притихшей Красной площади, когда замолк тысячетрубный оркестр и только сухая, резкая дробь барабанов рвала тишину и летели к Мавзолею фашистские знамена, — только в эту минуту я всем своим существом, всем сердцем понял: кончилось! Вот теперь — кончилось…
В начале 1946 года врачебная комиссия и… демобилизация. Дало о себе знать ранение, полученное в 1943-м. Заключение: «К службе в армии не годен. Годен для работы в гражданских учреждениях при пониженном рабочем дне, без тяжелой физической и умственной нагрузки». Инвалидность. Пенсионная книжка в кармане. С шинели и гимнастерки сняты офицерские погоны. Все. Больше я не военный. Я инвалид, пенсионер. В двадцать четыре года. За плечами почти забытая десятилетка. Четыре военных года не потребовали знаний, которые дала школа. Надо было воевать, а этой премудрости в школе не учили. Этому мы учились сами. Итак, десять классов школы и четыре года войны вместо четырех лет института. Вот и все мое образование.
А год 1946-й был нелегким. Первый послевоенный год. Карточная система. По талончикам с надписями «Жиры» и «Сахар» магазины отоваривали порой такими продуктами, которых сейчас не найдешь в ассортименте самых крупных столичных гастрономов: суфле, яичный порошок. Хлеба — по 650 граммов на день рабочему, по 500 граммов — служащему, по 400 граммов — иждивенцу — было и такое социальное понятие.
Очень скоро стало ясно, что в положении пенсионера-иждивенца жить дальше нельзя. Внутри все бунтовало. Какой я к черту инвалид-пенсионер в двадцать четыре года! Руки-ноги есть, голова на месте. Работать надо. Обязательно работать. Но кем? Где? Специальности-то никакой. Выручило то, что еще мальчишкой, до войны, увлекался вначале авиамоделизмом, потом радиолюбительством, собирал радиоприемники, даже ламповые. Знал, что такое анод, сетка, катод, триод, пентод, пентагрид. Умел разбираться в радиосхемах, а главное, паять.
К счастью, неподалеку от дома на одном предприятии принимали на работу демобилизованных. Приняли и меня. Должность большая, название громкое — лаборант н/о. Это означало: лаборант низшего оклада. А оклад — 500 рублей (в старых деньгах, конечно). Но это была работа. Первая в моей жизни мирная работа.
Таскал ящики с приборами («без тяжелой физической…»), изредка паял, копался в радиосхемах («и умственной нагрузки…»). Доверяли. Сидел в продуваемой насквозь дощатой будочке, крутил ручки и нажимал кнопки на приборах по указанию инженеров. И был очень доволен. Да нет, вру. Конечно, не был доволен. Хотелось большего.
И вот через год удалось перевестись в ракетное конструкторское бюро Сергея Павловича Королева. С 1947 года и начался для меня тот путь, та дорога, которая пролегла по всей моей последующей жизни.
Первые ступени

Мы были узники на шаре скромном,
И сколько раз в бессчетной смене лет
Упорный взор Земли в просторе темном
Следил с тоской движения планет.
В. БрюсовСтупень самая первая
«В результате большой напряженной работы научно-исследовательских институтов и конструкторских бюро создан первый в мире искусственный спутник Земли. 4 октября 1957 года в СССР произведен успешный запуск первого спутника. По предварительным данным, ракета-носитель сообщила спутнику орбитальную скорость около 8000 м/сек. В настоящее время спутник описывает эллиптические траектории вокруг Земли, и его полет можно наблюдать в лучах восходящего и заходящего Солнца при помощи простейших оптических инструментов…»
(Из сообщения ТАСС)Эти строки люди Земли прочитали двадцать пять лет назад. Всего двадцать пять. А мечтали об этом многие столетия. Мечтали о создании летательных аппаратов, которые позволили бы преодолеть силу земного притяжения.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: