Сергей Платонов - Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года
- Название:Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство Питер
- Год:2015
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-496-01625-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Платонов - Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года краткое содержание
Необходимость такого учебника на сегодняшний день очевидна всем, кроме… министра образования. Несмотря на требование президента, Единого учебника истории до сих пор нет.
Сложная работа? Безусловно.
Но она уже была сделана. Ведь учебники истории были и в СССР, и в Российской империи, и если первые можно заподозрить в излишней идеологичности, то вторые несли только одну идеологию – сильной сверхдержавы, огромной и единой страны.
Не надо выдумывать велосипед. Учебники истории уже написаны нашими предками.
Один из лучших – учебник профессора Сергея Федоровича Платонова.
Перед вами издание 1917 года – учебник истории России с древних времен по 1917 год.
Так учили историю в той России, которую мы потеряли, но которую мы обязательно найдем и вновь сделаем сильнейшей державой мира.
Так будет.
При одном условии – если мы не потеряем себя.
При сегодняшних учебниках истории, написанных на гранты Сороса и США, такой вариант вполне возможен.
Но он не устраивает нас. Именно поэтому Единый учебник истории сегодня нужен, как никогда.
А что учат по истории ваши дети?
Единый учебник истории России с древних времен до 1917 года - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Тем не менее Куликовская битва имела громадное значение для северной Руси и для Москвы. Современники считали ее величайшим событием и победителю татар, великому князю Дмитрию, дали почетное прозвище «Донского» за победу на Дону. Военное значение Куликовской победы заключалось в том, что она уничтожила nрежнее убеждение в непобедимости орды и показала, что Русь окрепла для открытой борьбы за независимость. Набег Тохтамыша не уменьшил этого значения Мамаева побоища: татары одолели в 1382 году только потому, что пришли «изгоном», внезапно и крадучись, а Москва их проглядела и не убереглась. Все понимали, что теперь Русь не поддастся, как прежде, нашествиям орды и что татарам можно действовать против Руси только нечаянными набегами. Политическое же и национальное значение Куликовской битвы заключалось в том, что она дала толчок к решительному народному объединению под властью одного государя, московского князя . В глазах тогдашних русских людей события 1380 года имели такой смысл: Мамаева нашествия со страхом ждала вся неверная Русь. Рязанский князь, боясь за себя, «изменил», войдя в покорное соглашение с врагом. Другие крупные князья (суздальско-нижегородские, тверской) притаились, выжидая событий. Великий Новгород не спешил со своею помощью. Один московский князь, собрав свои силы, решился дать отпор Мамаю, и притом не на своем рубеже, а в диком поле, где он заслонил собою не один свой удел, а всю Русь. Приняв на себя татарский натиск, Дмитрий явился добрым страдальцем за всю землю русскую; а отразив этот натиск, он явил у себя такую мощь, которая ставила его естественно во главе всего народа, выше всех других князей. К нему, как к своему единому государю, потянулся весь народ. Москва стала очевидным для всех центром народного объединения, и московским князьям оставалось только пользоваться плодами политики Дмитрия Донского и собирать в одно целое шедшие в их руки удельные земли.
Таково значение Куликовской битвы. Она уничтожила призрак татарской непобедимости и превратила московского удельного князя в национального великорусского государя, ускорив процесс народного и государственного объединения в северной Руси.
§ 45. Великие князья Василий I Дмитриевич и Василий II Васильевич Темный.Донской умер 39 лет и оставил после себя нескольких сыновей. Старшего, Василия, он прямо благословил, как «вотчиною», великим княжением владимирским и оставил ему часть в Московском уделе; остальным сыновьям он поделил прочие города и волости своего Московского удела.
При великом князе Василии Дмитриевиче (1389–1425) Русь пережила два татарских нашествия: первое от хана Тимур-Ленка, или Тамерлана, который, однако, не пошел далее южных рязанских окраин [41], а второе от татарского мурзы (князя) Едигея, мстившего Василию за неплатеж «выхода» в орду.
Едигей внезапно и скрытно, обманом, вторгся в Русскую землю и осадил Москву (1408). Великий князь ушел на север, а Едигей разорил почти все его области и, взяв «окуп» с Москвы, безнаказанно вернулся в орду. С Литвою у Василия также шла вражда. Литовские князья подчиняли себе русские области на верховьях Днепра и Зап. Двины; но к тому же стремилась и Москва, собиравшая к себе Русские земли. Несмотря на то что великий князь Василий был женат на дочери великого князя литовского Витовта (Софии), между ними дело доходило до открытых войн. Столкновения закончились тем, что границею владений Литвы и Москвы была признана р. Угра, левый приток Оки. Примирившись с тестем, Василий Дмитриевич вверил Витовту попечительство над своим сыном, а его внуком, великим князем Василием Васильевичем. Это было время наибольшего превосходства Литовского княжества над Московскою Русью (§ 40).
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Они пришли с низовьев Вислы, с южного побережья Балтийского моря, подчинили себе все Черноморье от Дуная до Дона и держали в страхе жителей восточной Римской империи своими набегами, по морю и суше, на Малую Азию и Балканский полуостров. В IV столетии готы сравнительно успокоились под влиянием христианского учения, проповеданного у них епископом их Вульфилою (или Ульфилою). В то время они делились на два главных племени: вестготов (тервинги) – на Дунае и Днестре и остготов (грейтунги) – на Днепре.
2
Ислам. – Ред.
3
Главнейшие из них – это «великий путь из варяг в греки» (так его называли в старину). Он вел из Финского залива в р. Неву, в Ладожское озеро, в р. Волхов, в оз. Ильмень, в р. Ловать; из Ловати, пользуясь мелкими речками и волоками, переходили в Зап. Двину, а оттуда на верховья Днепра и Днепром выходили в Черное море к «грекам», то есть в Византию. Другой, столь же важный путь шел по Волге, в землю волжских болгар и в Хазарское царство, на Каспийское море; чтобы попасть на Волгу, славяне пользовались ее притоками (Мологою, Шексною) и рекою Мстою, впадающей в оз. Ильмень. В то же Хазарское царство вел и еще один важный речной путь: с среднего Днепра малыми реками на р. Донец и из Донца на Дон, откуда можно было идти и в Азовское, и в Каспийское моря.
4
В тексте летописи приводятся имена послов от Киевских князей в Грецию; эти послы – «от рода русского», и их имена не славянские, а норманнские (таких имен известно почти сто). Греческий писатель император Константин Багрянородный приводит в одном из своих сочинений названия порогов на р. Днепре «по‑славянски» и «по‑русски»: славянские названия очень близки к нашему языку, а «русские» названия суть слова скандинавского корня.
5
Древнерусское название г. Константинополя. Современный Стамбул. – Ред.
6
По рассказу летописи, Ольгу крестили «царь с патриархом» в Царьграде, хотя вероятнее, что она крестилась дома, на Руси, ранее своей поездки в Грецию. Император Константин Багрянородный, с честью принявший Ольгу в своем дворце и описавший ее прием (в сочинении «Об обрядах Византийского двора»), повествует о русской княгине сдержанно и спокойно. Предание же, сложившееся на Руси о путешествии княгини, рассказывает, что император был поражен красотою и умом Ольги настолько, что даже хотел на ней жениться; однако Ольга уклонилась от этой чести. Она держала себя почтительно по отношению к патриарху, но вполне независимо по отношению к императору. Летописец даже уверен, что ей удалось дважды перехитрить императора: во‑первых, она ловко сумела отказаться от его сватовства, а во‑вторых, она отказала ему в дани или дарах, на которые он будто бы легковерно рассчитывал. Таково было наивное предание, усвоившее Ольге исключительную мудрость и хитрость.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: