Сергей Малицкий - Трепет

– Син – акс? – спросила Кама.

– Нет, – твердо произнес Орс. – Он не акс и не мурс. Это точно. Он кто-то другой.

– Сколько всего аксов? – спросила Кама.

– Шесть, – был ответ.

– Скольких из них ты знаешь? – поинтересовалась Кама.

– Когда-то знал всех, – ответил Орс, – но теперь знаю только Виз Вини. Хотя она единственная, кто держит в тайне свое имя. Она не была на поле у Бараггала. Она очень своенравна. Очень. Одиночка.

– Остальные? – спросила Кама.

– Фабоан, Хубар, Зна, Момао, Рор.

– Откуда ты знаешь их имена? – спросила Кама. – Или у тебя было время увидеть на поле Бараггала, кого из аксов Лучезарный оставил?

– Нет, – раздалось в ответ. – Син назвал мне эти имена. Он пересыпает историю Анкиды, как песок между пальцев. А я уж вспомнил, как все они выглядели. Я не знаю, кто они теперь. И как выглядят теперь. Но, думаю, узнал бы каждого, если бы подошел поближе. И, конечно же, немедленно был бы развоплощен.

– Мурс дух, – прошептала Кама. – Син – неизвестно кто. Человек или гах – это существо из плоти, внутри которого тлеет лоскут неосязаемого, слабый дух, подобный в чем-то мурсу. Но что такое акс? И кем был Лучезарный?

– И кем был Энки? – рассмеялся Орс. – Я редко виделся с Сином, но порой мы с ним неделями ломали головы, пытаясь ответить на эти вопросы. Знаешь, что он говорил? Не вздумай повторять это там, где торчат уши инквизиции, но он говорил, что Энки и прочие угодники, которые занялись факелами на поле Бараггала, не были богами.

– Не были богами? – затаила дыхание Кама.

– Они были строителями, учителями, спасителями, угодниками, но не богами, – прошептал Орс. – Хотя, конечно же, их можно называть богами, просто имея в виду немного другой смысл. Син считает, что бог может быть только один. Он же – Творец. Он же – нечто непостижимое и недосягаемое. Он – это тот, который ни во что не вмешивается, но наблюдает за всем и… короче, это тайна и величие.

– А Энки? – шевельнула губами Кама.

– Энки и прочие – дети бога, – как будто вздохнул Орс. – И Лучезарный тоже. Как я и как ты. Но если вспомнить, что мурсы – это вестники, то Энки и подобные ему – демоны. То есть существа, владеющие не только собственным духом, но и собственною плотью, как будто она – дух. И Лучезарный был подобен им. Но он был другим. Отверженным. Сияющим и ужасным.

– Но Энки сжег себя, – пролепетала Кама.

– Да, – согласился Орс. – И если не спас землю, исторгнув из нее Лучезарного, то отодвинул ее гибель на долгие годы. Принес себя в жертву. Не развоплотился, но принял муки, которых мог избежать.

– А аксы? – не унималась Кама.

– Полудемоны, – как будто вздохнул Орс. – Они владеют своим духом, но их тело подчинено не только духу, но и законам плоти. И все-таки они ближе к демонам. А такие, как Рор, очень близки.

– Значит, каждый из них может стать Лучезарным? – выдохнула Кама.

– Ты можешь стать людоедом? – спросил ее Орс.

– Нет! – воскликнула она.

– Можешь, – не согласился он. – Но не станешь. Так и аксы. Могут, но не станут. Хотя натворить страшного способны. Для того чтобы стать демоном, думаю, нужны тысячи и тысячи лет. Или, может быть, реки, наполненные живой кровью.

– Зачем Лучезарный оставил их? – выдавила показавшиеся вдруг пустыми слова Кама.

– Не знаю, – ответил Орс. – Может быть, он не хотел оставлять их. Может быть, все случилось само собой. Хотя гахов и некоторых мурсов он как будто сберегал в подземельях Донасдогама. Виз Вини называла это провидением зла.

– Где же тогда провидение добра? – скрипнула зубами Кама. – Где провидение Творца? Ты сказал, что, исчезая, Лучезарный оставил зерна, которые должны были прорасти и погубить эту землю. То зерно, что у меня в груди, оно уже проросло? Как я узнаю, когда оно начнет губить землю?

– У тебя в руках меч, выкованный слугами Лучезарного для других слуг Лучезарного, – ответил Орс. – Твоя ладонь все время на его рукояти.

– Я стараюсь научиться скрывать свет, о котором ты говорил! – воскликнула Кама.

– Этот меч выкован для того, чтобы губить все живое, – продолжил Орс. – Кто кем управляет, ты им или он тобой?

– Сколько всего угодников? – прошептала Кама.

– Мало, – вздохнул Орс. – Вряд ли больше дюжины.

– Они снова сожгут себя, если Лучезарный будет выбираться оттуда, куда его свергли? – спросила она.

– Они готовы к этому, – ответил Орс. – Многие из них. Хотя многие из дюжины – это вовсе не многие. Они готовы, но это ничего не даст. Они даже не демоны.

– Мне страшно представить новую битву у Бараггала, – закрыла она глаза.

– Прежней битвы не будет, – услышала в ответ. – Спи. Ты должна отдохнуть. Да, и если тебе понадобится оправиться, считай, что меня нет.

…К утру ветер стих. Кама открыла глаза еще в сумерках, привела себя в порядок, на всякий случай прошептав: «Напоминаю, тебя нет», покосилась на черную гладь озера, которую вновь затягивал вдоль каменистого берега лед. Лодка исчезла. Стынь крепко держала Каму за плечи, поэтому она уже было взялась за меч, чтобы разогнать кровь по сосудам, но передумала и полезла на скалу.

Руины Алу начинались в лиге от ее укрытия. Чем-то они напоминали развалины Эссуту, среди которых высилась башня Ордена Смирения Великого Творца, но дома в Алу разрушились не от времени. Время скорее тщилось сохранить руины в том виде, в котором их сотворила великая беда. Кое-где в утреннем сумраке еще были видны остатки стен, но дальше, туда, где, как помнила Кама, зияла бездна, все обращалось грудами камня. Змеиную башню видно не было. Сердце развалин затягивал плотный туман.

– Надо идти, – раздался голос Орса. – Через час будет совсем светло, лучше бы появиться у башни хотя бы за десять минут до того, как солнце поднимется над горизонтом. Посмотри, небо чистое. День обещает быть морозным.

– Это хорошо или плохо? – спросила Кама, спускаясь со скалы.

– Мы будем видеть всех, – задумался Орс. – Это хорошо. Нас будут видеть все. Это плохо. Делай все, что я тебе скажу.

– Надеюсь, ты не предложишь мне броситься в провал? – скривила губы Кама.

– Зачем мне учить тебя глупостям? – усмехнулся Орс. – Ты и без меня их наделаешь.

– Посмотрим, – стиснула она зубы. – Скажи точно, что делать? Чтобы я знала, если вдруг ты потеряешь голос.

– Подняться на Змеиную башню и пролить кровь, – отчеканил Орс.

– Чью? – не поняла Кама. – Чью кровь?

– Твою кровь, – огорчил ее Орс. – Немного. Нескольких капель хватит. И ты окажешься там, откуда можно продолжить путь. Не волнуйся, Син делал это. Заклинание работает.

– Это чужая магия? – удивилась Кама. – Сколько ей лет? И она все еще в действии?

– Надеюсь, – прошептал Орс. – Но чья это магия, не смог разобраться даже Син. Хотя сила ее очевидна. Шесть камней.