Gargoil - Черное Сердце

Анахель сидел слегка ошеломленный, всё это было странно, но сильно задумываться над всем этим Анахель не хотел. К тому же, наконец, принесли его комплексный завтрак, за который Анахель принялся с большим удовольствием.

Когда он поел, то на выходе он встретил Ярина, подчиненный поприветствовал главу, на что тот кивнул головой, и осмотрел тело своего бойца, закончив осмотр, он кивнул и сказал.

— Очень хорошо, ты уже закончил начальный этап заложения основ, не начинай второй этап сразу, позанимайся пока профессиями, просто мой совет, ты можешь делать что хочешь. — Сказал Ярин с неизменным выражением лица. Глаза Анахеля блеснули, он поклонился и поблагодарил главу. Потом пошел в свою комнату.

Заняться развитием профессий, звучит как очень хорошая идея. Он довольно давно купил пособия по рунам и алхимии, но по-настоящему так ничем и не занялся.

Усевшись в позу лотоса, он начал вспоминать руководства, убедившись, что он помнит всё с точностью до буквы, он начал заниматься практикой. Анахель решил начать тренировался в защитных рунах.

Первым упражнением было обычное начертание линий, которые обладают силой души. Взяв кисть в руку, и положив перед собой лист бумаги, Анахель влил душу в кисть, и прочертил обычную прямую линию. Прочертив её, линия начала сиять золотым светом, а сама бумага стала прочней, но сохранила свои основные свойства. Анахель продолжил, прочертив ещё одну линию, рука его двигалась медленно, и чертила линию мягко, без запинок или подёргиваний, вторая линия соединилась с первой, и листок сгорел, оставив после себя пепел, который подхватил ветер и унес из комнаты.

Анахель вздохнул, во вторую линию он влил больше силы души, чем в первую, потому и возник конфликт. Усвоив урок, Анахель продолжил занятие. Первая руна вышла у него после трех попыток. Сама руна засияла тусклым золотым светом, листок бумаги теперь не раскиснет в воде, и в целом порвать его теперь чуть сложнее. Начертание одной руны израсходовало половину сил его души. Анахель удивился, это сложнее чем он думал, для начертания нужна была предельная концентрация, так же необходимо следить даже за мелкими движениями руки и пальцев, и не позволять поту капать на руну, которая ещё не готова, таким образом, одна руна была испорчена каплей пота, потому Анахель перевязал свой лоб повязкой.

Нахлынувшая сонливость только рассеивала концентрацию, но было принято решение продолжать. При начертании третьей лини второй руны, он зевнул, рука слегка дернулась, и листок обратился пеплом. Лицо Анахеля застыло, он просидел в одной позе примерно минуту, после чего казалось, только осознал, что произошло, он воскликнул, и голова его откинулась слегка вверх, он засмотрелся на потолок, и заснул, держа кисть на весу.

Проснулся он от того что солнечные лучи начали падать на его лицо. Он проснулся, и подумал что раз он в позе для начертания, то продолжит заниматься. За тренировками он утратил ощущение времени, потому слегка увлекся.

За первую неделю практики он смог начертить три, полные руны без заминок и ошибок. Спустя ещё три недели, он мог начертить защитные руны на всей лицевой стороне листка, так же без ошибок или остановок. После этого он начал уменьшать размер чертимых рун. Первые его руны были огромными, и только три вмещалось на один листок. С постепенным уменьшением рун увеличилась скрупулёзность работы, а вместе с ней и концентрация. Чертить большие руны просто, а вот маленькие — сложно. К концу месяца, Анахель закончил тем, что мог заполнить весь лист рунами, не было свободного места на бумаге размером с большую ладонь, всё было занято рунами, хоть они и не приносили много пользы.

Был предел рун, которые можно поместить на предмет, хоть и существуют исключения как, например листок для тренировки, при обычных условиях, предмет на который было бы помещено больше девяти рун — разрушился бы. А так, на тренировочном листке можно тренироваться, вырисовывая на нем столько рун, сколько будет места на бумаге.

Неясно почему, но именно девять рун являются пределом количества рун, которые можно нанести на предмет, будут эти девять рун отдельными или будут составлены в «предложение» не важно, но максимум рун можно нанести девять!

На оружие и броню можно было поместить условно одно «предложение» рун, если поместить больше, то в лучшем случае новая руна просто не будет давать новых сил предмету, в худшем, все остальные руны потеряют свои эффекты. Это накладывало определенные ограничения на рунных мастеров, потому соблюдался баланс, иначе расписанный по всей области клинок, будет чересчур сильным, и сила мастера в учет не пойдет. И если бы не было этих ограничений, которые существуют с самого открытия рун, то мир давно сгорел бы в огне катастроф, причиненных рунным оружием или самими мастерами начертания.

Так же руны одного порядка, или можно сказать качества, обладают одинаковой силой, будь то руна метр на метр, или размером с пылинку. Уменьшение руны в масштабе помогает мастеру улучшить свой контроль и концентрацию.

Было ещё много условностей, лазеек и исключений из правил, но это было всё, что было написано в руководстве на эту тему.

Закончив с рунами защиты, Анахель принялся за атакующие руны, после них он начал обучаться вспомогательным рунам и другим. Скорость его обучения поражала, первые шаги хоть и были простыми, но Анахелю они давались с особой легкостью.

Просидев полтора месяца за изучением рун, он начал учиться составлять предложения, можно сказать до этого он только изучал алфавит, и теперь будет учиться писать слова и предложения.

Так называемы предложения это комбинация рун, которые резонируют друг с другом, так если составить правильное сочетание рун, можно добиться наилучшего эффекта. Но в этом и сложность, в резонансе. Первую руну начертить просто, но при сотворении второй, первая будет начать посылать вибрации, которые будут усложнять начертание новой руны, и сложность будет всё накапливаться с каждой последующей руной.

Анахель просидел ещё месяц, постепенно был виден прогресс, начертание давалось проще, по крайне мере самых низких по рангу рун. Рука его держалась тверже, сонливость уже не могла помешать его концентрации, и сам Анахель казался сосредоточеннее.

Душа, его стала намного сильней, и вместе с ней расширилось и поле его духа, он теперь мог охватить большую область. Что не могло ни радовать.

Анахель пытался начертить предложение, но даже самое простое отнимало слишком много сил, к тому же Анахель хотел отвлечься, мозг уже не выдерживал. Анахель решил сделать передышку, занявшись алхимией.

Анахель занимался алхимией и начертанием, не без неудач, но он прогрессировал, к тому же заниматься этими профессиями было приятно, интересно и полезно.