Gargoil - Черное Сердце

От такого предложения затылок Анахеля обдало холодным воздухом, насколько же дорогая бутылка на самом деле, и что это вообще такое? Но Анахеля это не особо волновало, потому он согласился, и Лайма предложила сразу пройти в её комнату, что бы начать инициацию. Только она попросила Анахеля переодеться, если он будет в доспехе, будет слегка неудобно.

Анахель кивнул, и помылся, после чего переоделся, и пошел в комнату к девушке, которая была, не так далеко, всего лишь, в соседнем здании.

Постучав, и получив разрешения на вход, Анахель толкнул дверь и вошел внутрь.

В нос сразу ударил приятный запах, а в глаза ударил мягкий свет, после секундой вспышки, глаза Анахеля прояснились, и он увидел Лайму. Она сидела, подмяв под себя ноги, она была в легком халате из тонкой ткани, которая не просвечивалась. Волосы её были завязаны в простой хвост, а на лице не было эмоций, но когда она увидела вошедшего Анахеля она ему мило улыбнулась.

При виде Лаймы, в таком виде, сердце Анахеля начало биться в ускоренном ритме, выбивая эхо в его ушах. Анахель забоялся, что Лайма тоже услышит этот звук, потому лицо его покраснело от смущения и неловкости, а так же от невиданных прежде чувств.

Обычно Лайма носила скромную одежду, которая была удобной и слегка большего размера, потому она ничего не выставляла напоказ глазам посторонним, хотя одно её красивое личико могло свести целые города с ума от слепой любви к ней. И сейчас, легкое платье, хоть и было большего размера, но показывало больше, чем её обычная одежда, и оно открывало вид на невиданные ранее Анахелем красоты. Простая, но изысканная красота заставили Анахеля впасть в ступор, в котором он простоял, как ему показалось, час, но на самом деле, уже через секунду Лайма его окликнула, не понимая, почему парень застыл.

Выйдя из ступора Анахель спросил, слегка неровным голосом — Что я должен делать?

— Ничего, главное не сопротивляйся потоку моей души. — Спокойно ответила Лайма, протягивая руку ладонью вверх. Анахель присел, так же подмяв под себя ноги, и вопросительно смотрел на руку, Лайма протягивая свою изящную руку, закрыла глаза, долго не ощущая касания, она нахмурилась, и сказала.

— Протяну руку! — Анахель поторопился, и положил ладонь на ладонь. Ощущение руки Лаймы было прекрасным, теплая мягкая кожа, такая приятная на ощупь. Анахель так же закрыл глаза, почувствовав поток чужеродного потока души.

Поток души Лаймы приближался, Анахель не сопротивлялся, потому она быстро проникла во внутреннее царство Анахеля, и её рот, как и глаза, расширились от шока. Поток души Лаймы увидел душу Анахеля, девушка не могла понять, но чем-то душа напротив отличалась. Только войдя во внутреннее царство Анахеля, поток души Лаймы ощутил давление, которое отзывалось болью в межбровье девушки, Анахель не мог это контролировать.

Девушка ощутила, что душа напротив является дремлющим в самых глубинах мрака чудовищем, а её душа была похожа на хрупкую лодочку оказавшуюся посреди бушующего океана. На данный момент силы двух душ не сильно отличались, но главная сила определяется потенциалом, и здесь, у девушки нет ни единого шанса. Лоб Лаймы покрылся потом, как и остальное тело, она не ожидала увидеть такое зрелище, но сделку необходимо выполнять.

Душа Лаймы села в позу лотоса напротив души Анахеля, и она начала передавать силу пламени, вливая её в душу Анахеля тонким потоком. Лайма вновь была удивлена, ей даже пришлось активировать печать клана на лбу, что бы напитать душу Анахеля атрибутом пламени, что во много раз превышало ожидания девушки.

Очнувшись спустя час, оба смотрели друг другу в глаза, в глазах напротив плясали языки пламени. А у девушки дополнительно сиял угрожающим пламенем Феникс на лбу.

Анахель улыбнулся, он моргнул и невольно осмотрел тело девушки напротив, лицо его побледнело, а лоб покрылся холодным потом. Легкий халат прилип к телу от пота, накрывая прекрасные, манящие изгибы девушки напротив. Изящные, хрупкие на вид плечи которые были выгнуты в прямой осанке. Выпирающие груди, на которых было красивое нижнее белье бежевого цвета, упругий подтянутый животик, к которому прилип халат, просвечивая отдельные участки кожи. Так же был виден край трусиков, и упругие гладкие бедра, с коленками, а голени были подмяты под тело. Под халатом хоть и было нижнее белье, но оно только усиливало эффект произведенный от мокрого халата прилипшего к телу.

Нервно сглотнув, Анахель протараторил:

— Спасибо за помощь, можешь не сомневаться, бутылка будет твоей, я не нарушу обещания! Прощай! — Поспешно выпалил Анахель и сбежал, хоть и хотел остаться подольше.

Лайма приподняла бровь от недоумения, а потом её глаза опустились на её тело. Девушка хотела закричать, но сдержалась, её лицо вспыхнуло красным румянцем от смущения, руки накрыли глаза, а сердце учащенно стучало в груди. Если бы Анахель остался глазеть на неё, она, наверное, порубила бы его на части.

Анахель не мог уснуть, так же как и заняться медитацией. В голове его возникал один и тот же манящий образ каждый раз, когда он закрывал глаза, а на лице всплывала глупая улыбка.

Вся ночь прошла в беспокойстве, сначала он был счастлив, увидев так много невиданного доселе. Потом пришло беспокойство, что если он смутил и разозлил Лайму, что если теперь она будет жить с вечным позором. Дальше был страх, что теперь его убьют, или того хуже — кастрируют.

Глупые мысли роились в неопытной голове Анахеля, и каждая последующая превышала по глупости предыдущую, всю ночь он вертелся и кружился в постели. Пока его голову не остудил звон колокола тревоги, это не был колокол, который был на самом верху здания барона.

Звон мог означать только одно. С поразительной скоростью, Анахель начал выбегать из здания попутно он одевался в доспех, на бегу надевая части доспеха, и уже около стены вешая на пояс и на поясницу свою пару клинков. Он проделал всё крайне быстро, быстрее только вылетели глупые мысли из головы, перед предстоящей битвой голова его была сосредоточена на одном, и ни одна посторонняя отвлекающая мысль не могла забраться в голову воина. Характер Анахеля перед битвой кардинально менялся, как и у многих других воинов, те, кто не могут отчистить голову от посторонних мыслей и сосредоточиться на битве — погибают первыми.

Анахель так и не смог отдохнуть, после прорыва души у него ужасно болела голова, к тому же сам прорыв был стрессовый, и лишь немного отдохнув, его вызвали на частное собрание, после которого он так же, не отдохнув пошел к Лайме, перед этим лишь покупавшись. И сейчас, ужасно уставший, сонный и с головой, которую раздирает ужасная боль, он должен идти в бой, который точно не закончиться быстро.