Александр Дэорсе - Бабник [litres]

– Антон Казанцев. Вы задержаны за изнасилование Руммы, работающей мотыльком в салуне.

– Ха! И из-за этой швали я задержан аж самим стражником? Мальчик, ты не боишься, что не выйдешь отсюда.

– Боюсь, вы неправильно меня поняли. Там снаружи пятнадцать учеников академии, плюс два из них будущие маги. Господин трактирщик, что будет, если маги начнут колдовать, вам, надеюсь, не надо объяснять? – Тот энергично замотал головой.

– Вот и отлично. А вам, господа, я бы порекомендовал хорошо подумать. Если со мной что-то случится, вам и вашим родственникам будет отказано в посещении больницы. Надеюсь, мы друг друга поняли?

Как и ожидалось, особой дружбы у них не было.

Жахлого мы привели в тюрьму при казарме стражников под удивленные взгляды жителей трущоб и самих стражников. Там я записал ему его обвинения, проверил все это на камне правды, специально выпрошенному у Лемиуса. Все записал в протокол при присутствии свидетелей, даже Румму пригласил, чтоб подтвердила. Все подшил в специальную папку и, отпустив всех, повернулся к Тарику, так как надоело слушать угрозы и проклятья.

– Скажи, Тарик, а есть ли у вас некие личности, которых женщины не интересуют?

– А тебе зачем?

– О, да вот хочу его наказать.

Жахлый сразу насторожился.

– Есть. Обычно их и держат в темнице. Да и из этих иногда балуются, женщин не хватает в казематах-то.

– Отлично, пошли.

– Вы не посмеете! Вы знаете, кто я? – завопил Жахлый. – Пришлось засунуть кляп.

Долго идти не пришлось, в одной из камер сидело трое, не сказать, что прямо мордоворотов, но крепкие на вид.

– Эй, в камере. Есть предложение, интересно?

– Говори.

– Я тут вам для развлечения одного урода привел, любит он беззащитных девочек насиловать. Проучить хочу. С меня корзина еды и вино.

– Зовут как его? Или уже ее?! Гы-ы-ы-ы.

– А какая-разница-то? Вы главное его не убейте, ему еще на рудниках работать.

Жахлый пищал и упирался как мог, но в камеру его затолкали и закрыли за ним дверь. Кляп даже не вытаскивали. Руки расковали, но он и не думал ими вытащить кляп, пытаясь хоть как-то удержаться руками за дверь.

– Не жалко? – спросил Тарик, когда мы уже вышли из тюрьмы.

– Нет. У меня на родине даже «авторитеты» не одобряют насильников. Так как у всех могут быть жены, дочки, сестры. И вот представь, если такой твою дочь или жену изнасилует? Вот и учат, как могут.

– Молодцы у вас «авторитеты».

– Везде есть умные люди.

Академия. Кабинет ректора

Дверь в кабинет буквально вышибли. И сразу в кабинет ворвался маленький ураган в лице декана целительского факультета.

– Эра Райгони, объяснитесь! – гаркнул ректор, не понимая сути мельтешения и тыканья ему под нос какой-то бумаги.

– А? Ой. Прошу простить меня за такое поведение, эр ректор, – склонила декан голову.

– Что произошло? Вы сами на себя не похожи. Только кратко, пожалуйста.

– Нам надо срочно забрать больницу под протекторат академии.

– И как вы это планируете сделать?

– Ой, да сказать, что все это с нашего одобрения и под нашим неусыпным контролем. Поймите, иначе мы теряем помимо отличнейшего способа учить, еще и кучу денег.

– С чего такие выводы? И если с первым я согласен, то второе еще под вопросом. Я просмотрел документы от Давидуса, так там по ним не очень-то большие суммы. Да и часть оплаты они берут услугами.

– Ага, а то, что у них половина трущоб должна эти услуги, Давидус не говорил? Они уже сейчас могут попросить – и им построят замок, взамен попросив вычеркнуть из списка должников. И это пока денежный поток не такой большой. Весть о больнице уже просачивается в средний город, и некоторые из горожан ходят туда.

– И все же, я не понимаю, почему вы так озабочены?

– Почему? Почему?! Да они нарушают весь сложившийся порядок. Скоро будут ходить не к лекарям, а в больницу. К этим недоучкам.

– Зря вы так. По докладам Давидуса, эти «недоучки» уже выучили программу третьего курса. Да, они не все знают, но они тянутся за знаниями. Они работают. А подход Казанцева дал неожиданные результаты, я уже распорядился о создании факультета травничества и зельеварения. У нас есть отличная база для проведения практик. До этого вы всегда говорили, что не всем хватает наставников, теперь же хотите закрыть больницу.

– Говорила и буду говорить, что наставников не хватает. А больница несет в себе угрозу для целителей, и ее надо закрыть.

– А как вы себе это представляете? Если мы ее сейчас закроем, то будут возмущаться не только жители трущоб, но и студенты. Скажут, что забрали у них их доход и детище. До этого, мол, нам дела не было до них, а как сами себе практику придумали да сделали людям добро, так учителя все себе захапали. Так вы хотите, чтоб было? А уж о народных волнениях я и не говорю.

– И что делать? – устало опустилась Лайа в одно из кресел.

– Вот, почитайте на досуге, – ректор передал женщине тоненькую тетрадку.

– Что это?

– А это выход из того положения, что вы сейчас описали. Если кратко, то Казанцев предлагает оставить все как есть, но при этом привлекать учителей в больницу, где они будут лечить и обучать. Там все подробней расписано, потом ознакомитесь. При этом оставить возможность студентам лекарского факультета зарабатывать себе «имя» и денег. И растить из них будущих главных врачей. Не выгонять, прошу заметить, а учить и воспитывать для того, чтоб с их помощью открыть такие больницы и в других городах. Академия же будет выступать в роли инвестора.

– И это все описано тут?

– Да. И я настоятельно советую все обдумать и составить план обучения для тех, кто работает уже в больнице. При этом надо предусмотреть возможность расширения больницы и увеличения числа ее работников.

– Но вы сказали, что академии отводится немаленькая роль. То есть по факту в этом проекте будет участвовать еще кто-то?

– Ну, идея-то не наша. А жаль. В общем, там Казанцев отметился и запатентовал уже этот проект.

А Лайа про себя подумала, что этот гаденыш и тут умудрился ее обойти и нагреть свои лапки.

Академия. Полигон

– Скажи мне, дружище, куда же ты так крадешься на ночь глядя? – раздался знакомый голос, отчего мастер Тримс даже вздрогнул. Ну не ожидал он здесь встретить своего давнего соперника и коллегу.

– Что, уже и по делам нельзя сходить?

– Можно, конечно, но насколько я тебя знаю, обычно по делам ты ходишь через ворота. А тут, я уверен, идешь к черному ходу. Так куда направляешься, Тримс?

– Вот оно тебе надо, Грегори?

– Да любопытно мне, куда же уже четвертую ночь ходит мой коллега.

– Ты не отстанешь, да?

– Какой ты догадливый.

– Что тебе надо, Грегори?

– Возьми с собой. Ты же в салун идешь?

– Вот оно тебе надо? Ты же у нас всегда был правильным. А тут к мотылькам?