Александр Дэорсе - Бабник [litres]

Народ в моем районе стал более смелым. Стали сами приходить и рассказывать о кражах, зная, что, может, и не помогу, но буду пытаться. Ранее не было и такого. А те, кому действительно помогал находить украденные вещи, были в шоке. Постепенно преступники отстали от мотыльков. За изнасилование наказание было одно – сначала одна камера, потом рудники. Это многих стало отпугивать. Но некоторых и обозлило, появлялись жертвы. Если удавалось понять, кто это делал – появлялись жертвы при задержании.

Но все равно район потихоньку очищался. Мотыльки стали более смелыми и сами могли подсказать, кто чем занимается и где искать преступников. Мне не было интересно лезть в другие районы и наводить там порядок. Нет, я наказывал и ловил тех, кто «гадил» в моем районе, тем самым оберегая и свой бизнес.

Так все и текло, пока в один из дней, когда я был в больнице, просматривая отчеты и сводя дебет с кредитом, за мной не прибежала мотылек и чуть ли не умоляя просила прибыть в салун.

Академия. Кабинет ректора. Следующий день

– Хм, леры. Что будем делать? Ситуация щепетильная, не хотелось бы огласки, – ректор ходил по кабинету, заложив руки за спину.

– На мой взгляд, хорошо отдохнули.

– Это да. Только кто ж просил сносить одну из стен?

– Да, Амириус, что на тебя нашло?

– А, – махнул ректор рукой, – ошибся я.

– Что же это за ошибка, которая обошлась нашей академии в десяток золотых, – хмыкнул Лемиус.

– Сколько? – ахнул ректор. – Мы, конечно, не бедные, но это уже наглость!

– Так тут в письме написано. Еще написано, что для особых клиентов у него предусмотрены эскорт-услуги.

– Чего-чего?

– Того. Можно было всех сюда вызвать и не ходить в салун.

– А зачем мы тогда поперлись туда? – удивился Давидус.

– Кто-то предложил посмотреть на заведение, – посмотрел на ректора Лемиус.

– Ну, захотел, что тут такого?

– Да, собственно, ничего. Зачем только стену разрушать надо было?

– Да не хотел я! Само вышло. Захожу я в комнату, а там клетка накрыта, ну я и сдернул тряпку. А там пьери проснулся, огляделся и говорит: «Комната новая. Мотыльки тоже новые. А вот клиенты старые!», и на меня, гад, смотрит. Ну, я и решил, что спалился, и шарахнул.

– Угхы-хы-ы!

– Гха-ха-ха!

– Гы-ы-ы!

– М-нда. Ты когда последний раз у мотыльков был? Лет двести назад? Так пьери столько не живут. А этого пьери Казанцев научил анекдоты рассказывать.

– Да кто ж знал-то?! – Кабинет опять потонул в хохоте.

– Что делать будем? Антон там вроде как все уладил, но в письме просит возместить некоторые убытки.

– Будет ему возмещение убытков. Только пусть устроит эти его эскорт-услуги, оплатим соответственно. И кто-нибудь объяснит мне, что это за таинственные качели?

– О-о-о. Это надо один раз попробовать, так не объяснишь. – Тримс мечтательно закатил глаза.

Академия. Спустя месяц после окончания практики. Ванси Аилд

Ванси шла по коридорам и размышляла, что привело ее в эту академию? С одной стороны, она выиграла турнир. С другой – это то, как она его выиграла. А еще в памяти всплывал каждый раз постыдный эпизод ее пленения. И каждый раз перед взором возникала ненавистная рожа Антона.

Что ей пришлось пережить после турнира, она не хотела даже вспоминать. Как не хотела думать о том, как ее заставили действовать против своих же. И пусть в тот момент она готова была сделать всё для Казанцева, по прошествии времени пришла злость, вытеснив там все чувства к пленителю.

Она, потомственная Аилд, была какой-то исполнительницей у простого воина? Позор на род не пал только потому, что они выиграли турнир. Но дома ее ждал тяжелый разговор с отцом и отсроченное наказание, коим является задание переманить Казанцева. А как это сделать, когда хочется просто удушить его, смыв через кровь все те воспоминания, что терзали все это время?

И вот она в академии, по обмену студентами. Ходит на занятия вместе со всеми. И большинство смотрит на нее с подозрением, а то и с ненавистью. Дома все было по-другому. Дома ее любили, ей восхищались. О да, одна из лучших учениц, красавица и несомненный лидер на своем курсе. А еще могущественная семья Аилд, славящаяся боевыми магами и силой. А тут что? Одиночество и люди, которым она не может доверить спину, и в случае чего влияния семьи не хватит, чтоб уберечь дочку от смерти.

Войдя с такими мыслями в новую аудиторию, она села на первую парту просто потому, что все дальние уже были заняты. Разложила писчие принадлежности и стала ждать прихода преподавателя, повернув голову к окну. Краем зрения она уловила движение и, повернувшись, увидела странно сложенный листок бумаги, который буквально прилетел ей в лоб.

Подняв его, она прочла странное послание:

До конца дня Ванси так и не поняла, почему он не знает, как «подкатить» и что такое «люлей». То, что это писал Казанцев, она была уверена на все сто, но вот на что он намекает, она понять не могла. Придя в свою комнату, она улеглась на кровати и уставилась в потолок, думая о записке и дальнейших шагах по «приручению» Антона. Мысли прыгали с одной на другую, пока их не спугнул легкий стук в дверь.

Встав и открыв дверь, Аилд удивилась. Первое, там стоял незнакомый ей парень, пухловатый, с копной нечесаных волос, и протягивал ей букет цветов. Как только она его взяла в руки, парень сразу же приблизился, обнял ее за талию и впился в ее губы поцелуем.

Академия. Казанцев Антон

– Ой, дура-а-а-к! – простонал я.

Мой ученик вылетел от Аилд буквально через секунду после того, как поцеловал девушку. Если б я знал, кого он хотел очаровать, фиг бы ему помогал, но слово дано, приходится выполнять условия договора.

Сверху на рыжего упал его букет цветов, и после этого хлопнула дверь в комнату к Ванси. Рыжий какое-то время полежал, после чего встал и направился в мою сторону.

– Ты не переживай, мы тебе другую девушку подберем, – решил я его подбодрить.

– Э?

– Ну, понимаешь, твое кунг-фу не такое сильное, как у нее!

– Э-э?

– Ну, как тебе объяснить?! В общем, у нее восьмидесятый лэвел обольщения, а у тебя примерно десятый.

– Э-э-м?

– У нее очень большая сопротивляемость к обольщению!

– А-а-а!

– Ага. Поэтому не переживай.

– Санасай!

– Сэнсэй! – поправил я.

– Ну, да. В общем, это… А что вообще значит это сэнсэй?

– Переводится как учитель.

– Можно я вас буду звать просто учитель, а то это слово не очень мне нравится.

– Тогда зови наставник.

– Хорошо.

– Наставник, я хотел сказать спасибо. Благодаря вам я смог поцеловать девушку! До вас я и говорить с ними боялся. В общем, я побежал еще за букетом.