Александр Волков - Право сильного [СИ]

— Откуда это у вас?

— Оно у меня было с момента твоего поступления. Неважно, откуда, — Гилли откинулся на спинку стула, вспоминая момент, где председатель приемной комиссии Голден переводил ему деньги за сокрытие и фальсификацию дел Вандера. — Я в тебе очень большие перспективы видел. Ты бы мог стать Генералом полиции! Таких, как ты, всего один процент во всей галактике! А теперь что? Зачем ты на одни и те же грабли наступаешь?

— Закон медлителен, — прямо сказал Вик. — Пока они дождутся законного наказания, много кто может пострадать. А государство не платит достойно за риск жизнью.

— Логически — верно. Но вот только я теперь бессилен. Если сейчас будет возбуждаться дело о твоем отчислении, а это непременно произойдет, рано или поздно, все твои косяки всплывут. Ни к чему хорошему это не приведет. Потому, — Гилли положил на стол голографический планшет, и пододвинул к Вику, — ставь тут свою закорючку. Если ты хочешь сохранить свою репутацию, и иметь возможность поступить на работу в…

— Свою, или вашу репутацию, господин Гилли? — Вик перебил. Он произнес это хладнокровно, будто бы приговор, глядя ректору прямо в глаза.

— Я к тебе по-человечески отнесся! — крикнул Гилли, почувствовав жар в груди, и обрушив ладонь на стол. — Сопляк! Мне не хотелось ломать тебе судьбу! Я с твоими косяками позволил тебе стать студентом ВКП, а потом и сотрудником, а ты меня теперь так благодаришь?

— Вы сделали это не ради меня, а ради денег, господин Гилли, — равнодушно заключил Вик. — Но в одном вы правы. Мое отчисление — вопрос времени.

Вик мазнул пальцем по экрану планшета, и Ректор удовлетворенно кивнул. Вик, выходя из кабинета, застыл в проеме двери, сказав:

— У вас передо мной должок, господин Гилли. Я лишь потерял будущее, которое могу исправить, а вы можете потерять настоящее, которое так долго строили.

— О чем ты говоришь?

— Я заплатил за право поступить в академию, а значит, в этом замешаны и вы. Доказательства у меня есть. Своей вспышкой гнева вы это подтвердили. Потому, если вы не хотите, чтобы я заставил прокуратуру под вас копать, то лучше бы вам оказать мне услугу.

— Паршивец! — Гилли вскочил, обрушив руки на стол, а затем напряженно сел. — Уходи.

— Я обращусь к вам, когда мне понадобится поддержка. Не волнуйтесь. Есть один студент, Хорнет. Инструкции о том, что с ним нужно сделать, я вам пришлю. Хорошего вечера.

— Уходи, — обиженно буркнул Гилли. — Присылай, что хочешь.

Вик ушел, и дверь за ним закрылась.

Вика отчислили по собственному желанию. Он, вместе с Рэем и Хорнетом, брел по холлу космодрома, направляясь к трапу, ведущему на космический шаттл.

— Даже не знаю… — с тоской сказал Рэй. — Я вот тут, Вик, с тобой согласен. Гопоту мочить надо, но все же. Лишканул ты, наверное.

Для Хорнета момент разлуки был особенно неприятным. Он смотрел на Вика с грустью, не жалея, чтобы тот уезжал. Были к нему теплые, дружеские чувства. Хорнет стал питать их после многочисленных бесед и тренировок.

Во всяком случае, Хорнету так казалось.

Они остановились перед трампом.

— Ты давай, не пропадай, — Хорнет протянул Вику руку, и они обменялись рукопожатиями. — Пиши, звони, приезжай.

Вик кивнул, и стал подниматься по трапу. Рэй крикнул в след:

— Помни наш уговор, Вик!

Вик, не поворачиваясь, лишь помахал, прощаясь. Он скрылся в салоне шаттла.

Куда отправился Вандер — было неизвестно. Он не присылал писем, не звонил, и не писал. Все решили, что он пропал без вести.

Прошло несколько лет.

Хорнету было под двадцать пять, и он отрастил на лице густую щетину.

В спортзале было светло. Гремели спортивные снаряды, слышались напряженные крики спортсменов. Хорнет лежал на скамейке под гравитационным грифом, настроенным на сто двадцать килограммов веса, и глубоко дышал. Он схватился за гриф, проворачивая в голове победное: «Я смогу», и, затаив дыхание, снял вес со стоек. Руки тут же залило напряжением, заработала грудь и плечевой пояс. Хорнет начал медленно опускать штангу к груди, чувствуя, как вспухают от крови мышцы, а затем стал силой выталкивать ее обратно, медленно поднимая тяжелый гриф, и скрипя при этом зубами. Хорнет покраснел, по лицу заструился пот. Нагрузка на мускулы и суставы была довольно большая, мышцы отказывали, силы кончались, в один момент Хорнет даже испугался, что не сможет осилить вес. Он со всей силы пытался вытолкнуть груз, изрыгая ругательства вместе с горячим воздухом. «Сука! Обосрусь сейчас! Сука!» — пронеслось у него в голове.

Он в последний момент собрался, все-таки разогнув руки до конца.

Поместив штангу обратно на стойки, он победоносно крикнул, резко приняв сидячее положение. Дыхание было глубоким, тяжелым.

— Поздравляю, — объявил гриф, над которым вспыхнул экран с результатами. — Вы преодолели новый порог нагрузки, и стали сильнее. Рекомендуется отдохнуть от работы с максимальным весом в течении двух недель.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Хорнет.

Он широко улыбался, восхищенно осматривая свой торс, и чувствуя, как сильно возросла его уверенность в себе. Хорнет ощущал исходившую от него мощь каждой клеточкой тела, ему казалось, что теперь он способен свернуть горы, и покорить самые сложные вершины.

— Пожалуйста, — над грифом вспыхнул улыбающийся смайлик. — Госпожа Бримингем сегодня в зале. Вы говорили, что скучаете по ней. Может, попробуете возобновить отношения?

Услышав фамилию Бримингем Хорнет тут же нахмурился. Оглядев зал, он увидел, как Диана занималась с гантелями, стоя рядом с Джимом, его приятелем по залу. Закончив упражнение, Диана положила гантели, и заплела распущенные светлые волосы в хвостик, чтобы не мешал. Она присела, от чего напряглись сексуальные бедра и ягодицы, привлекшие взгляды множества мужчин. Увидев ягодицы, Хорнет испытал легкое возбуждение, и кровь устремилась в область паха.

Хорнет с сомнением опустил глаза.

Хочется, очень хочется. Хотя… Расстались и расстались. Зачем ворошить старое осиное гнездо? Да что это я, сто двадцать килограмм жму, а пригласить бывшую на свидание не в силах? Нет, это не про меня.

Подняв уверенный взгляд на Диану, Хорнет встал, и не спеша зашагал к ней.

Диана увидела Хорнета боковым зрением, никак на него не отреагировав.

— Привет, Хор, — Джим поздоровался с Хорнетом.

— Привет, — ответил он, затем скосив глаза на Диану. Джим без разговоров понял, молча отвернулся, и приступил к очередному упражнению.

— Привет. Знаешь, как тебя гриф штанги называет? — с улыбкой сказал Хорнет, обращаясь к Диане.

— Нет, не знаю, — ответила она, не здороваясь.

Хорнет скользнул взглядом по ее телу, заведясь еще больше, и еле сдерживая себя в руках.