Сайфулла Мамаев - Плато Янгеля

– Удивлены? – Усмехнулся Сенцов. – Это хорошо. Будете знать, что не только вы поражать умеете. Так, вот ваша флэшка, а я побежал. Надеюсь в следующий раз вы о нас вспомните не самую последнюю очередь! Спасибо за сотрудничество!

Фээсбэшник убежал, как раз в тот момент, когда телефон коротким сигналом сообщил, о получении информации. Матвей посмотрел на дисплей – СМС пришла от Инны. Вот стоило вспомнить о ней, и она прислала свой телефон! Матвей сразу вбил его в телефонную книгу.

Мальков расслабленно улыбнулся, он никогда не думал, что встретит своей жизни такую необыкновенную женщину. Едва Матвей оставался в одиночестве, сразу воображение извлекало из памяти ее удивительно светлые, будто светящиеся изнутри глаза, ее лицо, ее ласковые губы, ее грудь…

Желая избавиться от наваждения, Мальков, встряхнув головой, посмотрел в окно. Кабинет Бориса Моисеевича находился на третьем этаже, прямо над главным входом в клинику. Напротив был разбит небольшой скверик, наискось пересекаемый тенистой платановой аллеей. Прямо перед входом в сквер, стояли три киоска, первый был с прессой, справа от него с напитками, и еще правее, с овощами и фруктами. Далее примостилась мороженщица с передвижным ларем-холодильником. Еще чуть далее, прямо на запыленном асфальте возник импровизированный рынок, где торговки продавали семечки, местные фрукты, соления, копчения, неоднократно подогретую кукурузу, неизменные сладости Кавказа – чурчхелу и урбеч. Наверняка у торговок имелось и спиртное, но в явном виде на «прилавки» из перевернутых фруктовых ящиков оно не выставлялось.

Торговля шла ни шатко, ни валко, более всего покупатели останавливались у продавщицы семечек, реже у ларька с напитками. Но были и те, от вида которых у Матвея по коже пробежали мурашки – сорвавшиеся! Вот же черт вас принес, давно не виделись!

Малькова передернуло, но он постарался взять себя в руки, совсем не факт, что эти трое явились по его душу. И даже, скорее всего, потерянные здесь случайно, вон они остановились между торговками кукурузой, распространяющей аппетитный запах и той, что продает не менее ароматные копченную и соленую рыбу. Наверняка потеряшки у нее еды просят, они же такие, вечно голодные. Хотя, какими могут быть потерявшие разум бродяжки? Кто их накормит и где им взять еду? Разве только вот так, попрошайничеством и пробиваются.

К троице бродяг подошел еще один здоровенный седой оборванец. Он был на голову выше коллег по несчастью, и видимо значительно голоднее. Здоровяк растолкал подошедших ранее потеряшек и потянулся к товару, выложенному на дно перевернутого ящика.

Что кричала торговка, за двойным стеклопакетом врачебного кабинета Мальков не слышал, но явно ничего хорошего и полезного из ее воплей Матвей не получил бы, однако здоровяк, не обращая внимания на торговку, почти полностью сгреб весь ящик и быстро зашагал проч.

На крик продавщицы прибежали двое крепких парней, в руке одного из них была палка, второй вооружился обрезком трубы. Матвей хотел было уже выскочить и вмешаться, эти бойцы легко могли поубивать несчастных, как в этот момент увидел – на сцене появился новый персонаж и он явно был знаком Малькову.

Между сорвавшимися и готовыми к экзекуции бойцами «крышующими» торговок, влетела невысокая старушка в темном длиннополом платье. Широко разведя руки в стороны готовых к драке людей, торговка пирожками что-то произнесла. Ее губы шевелились, а Матвей, даже не слыша ее слов, вновь ощутил неприятное чувство в желудке.

Миротворческая деятельность старухи в черном приносила свои плоды – здоровяк все так же бесстрастно вернул украденное, двое молодцов, что поспешили на защиту торговцев, свое оружие опустили и теперь что-то темпераментно объясняли, показывая круглолицей бабке то на мешки и торговок, то на бомжей.

Старушка выслушала, что-то сказала в ответ, затем полезла в знакомую Малькову корзинку. Достала оттуда груду пирожков, протянула их охранникам, затем дала по одному все еще возмущавшимся торговкам.

– Пипец торговле, – пробормотал под нос Мальков, – теперь будет спор не за торговую площадь, а за место в кустах.

Внезапно у него в голове всплыло воспоминание темной фигурки на охваченном пламенем плато. А ведь похожа! Ну да, точно, это же наверняка была она! Да не может быть, с чего он взял, что это была бабка? Мало ли что в дыму покажется? Похожий силуэт? Да таких в стране миллионы наберется, всех за стратегов сорвавшихся принимать? Там хоть и женский силуэт был, но всем она руководила как настоящий стратег, военноначальник, а тут… старушка побирушка! Но как похожа! Или, все же это одна и та же? А ведь похоже, зараза, очень похожа! Да и допустить, что есть еще одна такая же бабка, но только умная… Нет, наверное, все же на плато была она. Но тогда как? Как она оттуда выбралась, там же был ад! В создании, которого Матвей, пускай и частично, но тоже поучаствовал! И, что, получается, выжила? Выжила? Выжила там, где здоровенных мужиков, да что мужиков, монстров с бронированными грудными клетками в мумии высушило! Да ты, оказывается не простая бабуля…

Уподобляться знаменитому гасконцу и прыгать в окно, Мальков не стал. Не говоря ничего Борису Моисеевичу он, тихо приоткрыв дверь, выскользнул в коридор. Пронесся мимо лифта – пока его дождешься, только время потеряешь, Матвей побежал по широкой лестнице. Еще в детстве он научился, скользя рукой по перилам пролетать прыжком весь лестничный марш. Теперь навык пригодился, в несколько прыжков спустившись на первый этаж арбалетовец, как истинный житель мегаполиса, смело ринулся в толпу, что скопилась в коридоре. Выросший на заполненных толпами улицах, лавируя между опешившими от несущегося на них крупного парня посетителями больницы, Мальков в считанные секунды пробежав «предбанник» вестибюля, оказался на ступенях главного входа.

Старушка уже уходила, она еще стояла в пол-оборота к парням из охраны и что-то им говорила, поправляла рукой складку на рубашке того, что стоял справа. Она уже совсем была готова двинуться дальше, вниз по улице, что вела к рынку и мосту через реку, тело развернулось влево от больницы, но разговор все никак не заканчивался и бабуля на какое-то время застыла в полупозиции.

Мальков, стараясь не привлекать внимания, неспешно направился к говорящим. Но та, вдруг заинтересовавшись чем-то невидимым Матвею, развернулась и пошла к ларьку с овощами и фруктами. Точнее не к самому ларьку, а к узкому проходу между ним и ларьком с напитками.

Подойдя ближе, Мальков увидел, старуха наклонилась и собирает валяющиеся там остатки овощей, гнилые обрезки яблок, груш, картофеля, капусты, свекольной ботвы…