Иван Шаман - Истребитель [litres]

Говорили, что остановить его смогли, только приложив прикладом по темечку. Но это было уже на улице, куда он подался, когда в больнице зараженных не осталось. Потом были похороны. За один день они потеряли больше пятисот человек. И плач на символической могиле, и поминки, на которых он нажрался до беспамятства. И совет капитанов, в который он формально вошел, но где ни за кого не голосовал.

А теперь вот этот камень. С утра очищенный кем-то от снега. Истерзанная когтями бетонная плита, покрытая именами с одной датой смерти. Пять сотен имен, среди которых найти одно-единственное для него не составляет проблемы. Вот оно: третья строчка, во втором ряду. Сразу за старшим офицерским составом. Кристина Евгеньевна Тарская. 19.11.56–08.10.79.

Несмотря на то что было прибрано, он все равно взял веничек, убрал пожухшие цветы. Тоже ромашки – наверное, Артем клал. По две штуки. Обмел от пыли и мусора постамент. А потом сел на колени, прижавшись лбом к холодному серому камню. Зачем он здесь? В этом мире? Слезы сами собой потекли по щекам. Что ему здесь делать, без нее?

Саша с трудом заставил себя втянуть в легкие морозный воздух. Нужно было дышать. Она так хотела. Чтобы он жил. Так и сказала в последнюю секунду. Не то, что любит, не то, что будет скучать. Просто – живи. И все. Без вариантов. А он тогда даже ответить-то ничего толком не смог. А сколько всего хотел… Они же почти поженились…

– Не замерзнешь? – спросил незнакомый мужской голос. Александр поднял глаза, он даже не слышал, как этот бородатый мужик подкрался. Хотя, может, он и не крался вовсе, просто было не до того. – Привет, тоже с родными повидаться пришел?

– Да, с женой, – с трудом проговорил Саша.

– А я вот с сестрой. Завтра в дорогу отправляться, – угрюмо кивнул мужчина, судя по виду, не военный. – Может, и не вернусь уже, так что надо попрощаться.

– А зачем в дорогу?

– Да нужно какую-то технику доставить, а у меня у единственного большегруз. – Он сел на корточки рядом с плитой и положил к ее основанию кусочек шоколадки. – Сладкоежка она у меня, – объяснил он, заметив взгляд капитана. – Так что чем могу.

– Понятно, – кивнул Саша. – А почему завтра?

– Да мы и так скоро отправляться собирались, – ответил мужчина. – А тут, говорят, нашли нам провожатого. Психа гребаного. Он тысячами зомби вырезает. Сам не то негр, не то ингуш, черный как смоль. Под два двадцать ростом.

– Да ты и сам не маленький. И на чисто русского не тянешь.

– Ну нет, я-то русский! Дагестанец, отец оттуда родом. Давидом меня зовут. Строитель и техник в четвертом поколении, – он гордо хлопнул себя по груди. – Мои предки Крымский мост строили! А вот что он за зверь…

– Ну ладно, – сказал Александр, поднимаясь. – Может, свидимся еще. Прощай.

– Ага, удачи, – ответил мужчина, расстелил маленький коврик и встал на колени. Дальше Саша смотреть не стал. Ну, молится человек своему богу, ну и черт, как говорится, с ним. Сам он уже ни в каких богов не верил. Не после произошедшего. Был бы хоть один бог, он бы такого кошмара не допустил. Миллиарды же погибли. Даже не миллионы. Некоторые могли бы сравнить это с потопом и, скорее всего, сравнивали. Вот только даже потоп милосерднее этого ада, разверзшегося на земле.

Невольно мысли перескочили на старых знакомых и друзей: Костю, Марину, Леху… Все они уже мертвы. Тешить себя надеждами, что девушка выжила в этом апокалипсисе, он не собирался. Выпустил из поля зрения, значит, попрощался навсегда. По крайней мере, с лучшими друзьями так и было. Стоило на мгновение отвернуться от Лехи, и он упал замертво. Костю… даже вспоминать не хочется, как его загрызла толпа зомбаков в больнице. А теперь еще и Кристина.

Где сейчас Влад – старший сержант подчиненного взвода? Черт его знает. А Малой вон жив еще. И капитан его, седее всех седых. И Роман этот… Странный… Хотя кто тут еще странный? Саша поймал на ладонь снежинку. Пока белый комочек медленно таял на его коже, он вдруг понял, какого она цвета. Светло-оливкового. Это было удивительно по двум причинам: во-первых, он это осознал только сейчас, а во-вторых, она действительно казалась чуть зеленоватой.

Задумавшись, он забрел в столовую. Просторное помещение на несколько сотен человек, обустроенное в ангаре, на крыше которого не таял снег. А значит, была очень хорошая теплоизоляция. Миновав двойные двери, он очутился в хорошо освещенном зале, заставленном рядами столов и скамеек. Сразу было заметно, что большая часть их самодельная. Были и уличные, и сколоченные из каких-то досок, но все достаточно прочные, чтобы на них можно было сидеть.

– Здравствуйте, – сказал он, подходя на раздачу с пустым подносом. – Мне ваше коронное блюдо и двойной виски.

– Виски кончился, остался только компот, – устало сказала немолодая женщина, ставя на стол тарелку с гороховым супом. – А коронное сегодня – пюре с тушенкой. Подлива нужна?

– Нужна, – кивнул Саша. – Как же без подливы. Сколько с меня?

– Все за счет заведения, – улыбнулась женщина и впервые подняла голову. – Ой.

– Чего?

– Ты бы это… в больничку сходил, – пролепетала она. – А то совсем плохо поди, аж зеленый.

– Все в порядке, – отмахнулся Саша. – Это у меня камуфляж такой.

– Двадцать лет на флоте коком служу, а такой впервые вижу, – возразила она. – И вообще, зима на дворе. Сейчас маскировка белая, а зеленый, мягко скажем, не по сезону. Так что сходил бы ты в госпиталь, болезный.

– Схожу обязательно, – согласился капитан. – Поем только.

– Да уж поешь, смотри только, чтоб не стошнило тебя, – подозрительно посмотрела на него повариха. – Приятного аппетита.

– И на том спасибо, – кивнул Саша, садясь за ближайший стол. Настроение своей заботой повариха ему подпортила, но не сказать, что оно могло стать еще хуже. Впрочем, еда оказалась на редкость вкусной. Только мясо почему-то не шло. Вот всегда именно мясо любил, а сейчас будто подменили. Пришлось заставлять себя есть, помня, что в нем много белков для мышц, витаминов и аминокислот, которые с растительной пищей не получишь.

Поблагодарив за еду и помыв за собой посуду (хорошая вещь – полное самообслуживание), он вышел на морозный воздух. Посмотрев на солнце, Саша прикинул, что прошло часа два после того, как он заходил к Артему. А значит, нужно было где-то проболтаться еще час, это как минимум. Бродить просто так, без дела, он не любил и не умел, а значит, надо было последовать многочисленным советам и все же сходить в госпиталь. Благо там был Агросов, а следовательно, можно было наконец получить ответы на такие простые вопросы, как, например, что за хрень с ним происходит. Вообще этот вопрос его не особенно мучил, да и чувствовал он себя неплохо. Но постоянное беспокойство со стороны окружающих было назойливым, а значит, надо раз и навсегда прояснить этот вопрос.