Элиан Тарс - Чип Блейза. Альфа

Арсений подошел к подъездной двери, потянулся к ручке и…

Едва не сорвавшись с петель, распахнувшаяся дверь отбросила парня в сугроб.

— АУ-У-У!!! — задрав пасть, взвыло появившееся в проеме существо.

Увидев его, я сразу понял, что имел в виду телепат, объясняя происхождение названия. Передо мной стоял бордовошкурый антропоморфный волк. Фэнтезийный ликантроп — около двух метров в высоту, с зубастой волчьей пастью, пушистым черным мехом на шее и мощным торсом. Даже сквозь мех проглядывал мускульный рельеф твари. Люмпус был совершенно нагим, но густая шерсть ниже пояса прикрывала нецензурные места.

Буквально секунды хватило инопланетянину, чтобы оценить обстановку и броситься на Арсения. Когда когтистая лапа почти коснулась шеи парня, ликан замер.

— ГР-Р-Р… — рычал гневно, взглядом желтых глаз пожирая телепата.

Арсений, выставив перед собой руку, поднырнул под лапой монстра и, пошатываясь, поравнялся со мной. Лицо парня покраснело, а ноздри раздувались настолько широко, что в каждую из них легко влезла бы целая картофелина.

— ГР-Р-Р!!! — выдавил люмпус, подвинув сантиметров на пять опорную лапу.

— Черт! Упрямый… — прошипел Сеня.

— Я помогу! — до слуха донесся голос Федора. Выскочив из машины, танк, не тратя энергию на броню, преобразовал один топор, с размаху вдарив волкодлака лезвием в висок.

Засветился энергетический щит твари, зверь злобно рявкнул и рывком повернул морду в сторону Феди.

Неожиданно для самого себя я понял, каким способом можно прикончить тварь, сохранив всем троим максимум силы. Пока люмпус скалился на танка, я, откинув автомат, быстро очутился за его спиной и, схватив нож, неистово ударил монстра в бок.

Не пробил щит. Ударил еще раз. И еще. Я давно понял, что люди с чипом даже самым обычным оружием нанесут инопланетянам в разы больше урона, нежели простые земляне. Поэтому и продолжал бить. Бил со всей накопившейся яростью. Перед глазами стояли брошенные машины, вымершие улицы, изувеченный дядя Дима…

— Ну хватит уже, Сань! Остынь! Чего скалишься, ополоумел, что ли?

Вздрогнув, я понял, что монстр давно мертв, а я потрошу ножом упавшую в снег тушу. Пока Сеня держал его, мы с танком сбили с твари щит, и Федор прикончил ее, раскроив череп.

— Ну вот, отлично, — удовлетворенно кивнул спортсмен, прекратив трясти меня за плечи.

— Иди в машину! — рявкнул Сеня, и на секунду я уловил его волю в танке.

— Ага, — как ни в чем не бывало кивнул Федя, зашагав к водительскому месту. Вспотевший и тяжело дышащий телепат повернулся ко мне и быстро заговорил:

— Я хочу быть с тобой в команде. Больше бойцов — выше шанс выжить. Но подставляться по твоей прихоти не собираюсь. Эта тварь сообщила о нас, — он раздраженно пнул люмпуса. — Скоро тут будет вся стая. Жду тебя пять минут. Не успеешь — досвидос. Сволочи появятся раньше — досвидос. Все понял?

— Жди, — ответил я и, подобрав автомат, влетел в подъезд через раскрытую дверь.

В нос ударил застоявшийся запах гнили. Едва не вырвало после первого же лестничного пролета. Поморщившись, уткнулся носом в рукав и продолжил подниматься по ступеням.

Оказавшись на втором, настороженно замер. На лестнице между вторым и третьим лежало тело. Сейчас я видел только ногу в черном ботинке. Отчего-то эта обувь показалась смутно знакомой.

Шаг за шагом я поднимался все выше, и когда миновал очередной пролет, едва не выронил автомат.

Дыхание перехватило, на глаза навернулись слезы.

Я всю жизнь знал лежащего вниз лицом человека. Точнее, оставшееся от него кровавое месиво. Если бы не часы «50-летию победы», доставшиеся ему от моего прадеда, что валялись рядом, — ни в жизнь не признал бы в обглоданном трупе своего отца. Одежда разодрана, ни лица, ни кистей… только обезображенное тело.

Глядя на запекшуюся кровь, я до скрипа сжал зубы и бросился наверх. Мигом оказался на четвертом этаже. На полсекунды замер — нужная мне деревянная дверь была выломана. Отбросив страх и сомнения, решительно шагнул через порог.

За спиной оглушительно прогрохотал замок. Я резко обернулся — в приоткрытом проеме железной входной двери увидел усталое, немного осунувшееся лицо. Вокруг синих глаз за последнее время добавилось морщин, когда-то идеально уложенные светлые волосы скатались и походили на паклю.

— Саша… — неуверенно пробормотала она. — Где же ты был?..

Не ответив, я бросился к маме. Она впустила меня в прихожую и крепко обняла. Но тут же разжала объятья, заперев дверь на два замка и щеколду.

Бегло осмотрелся — обстановка в прихожей ни капли не изменилась, лишь пол покрывал слой засохшей грязи, и по всей квартире скверно пахло.

Послышались шаги, и из зала вышла девушка с растрепанными темно-русыми волосами да потускневшим автозагаром на лице. Хозяйка квартиры тоже схуднула. Помню, как пару месяцев назад жаловалась, что все еще не может вернуть форму после вторых родов. Что ж… Апокалипсис в помощь…

— Привет, — тихо поздоровалась Настя, держа на руках спящую десятимесячную дочь Арину.

— Привет, — отозвался я и помахал рукой Вите — семилетнему сорванцу, опасливо выглядывавшему из-за спины матери.

— Как же я рада тебя видеть! — мама всхлипнула и снова попыталась обнять меня.

Отстранившись, я решительно проговорил:

— У нас очень мало времени. Разговоры и рассказы потом. Из соседей еще остался кто?

Настя посмурнела и молча покачала головой. Мама всхлипнула еще громче.

— Быстро одевайтесь! Мы уезжаем!

Мама помогла Насте запаковать раскричавшуюся Арину в комбинезон, затем женщины быстро накинули верхнюю одежду. Натягивая шапку, хозяйка квартиры сообщила, что давно подготовила все самое необходимое, и через минуту притащила из зала в прихожую две большие спортивные сумки.

Малышка утихла, причмокивая соской. Я замер возле платяного шкафа.

— Насть, остались куртки Генриха? — спросил я, пропустив более животрепещущий вопрос — где, собственно, сам ее последний хахаль, пришедший на смену тому, который был после отца Арины.

— Бери! — распахнула она дверь шкафа.

Я выбрал красный пуховик, на мой взгляд, идеально подходящий фигуре Федора, и отдал его в руки матери.

— Мам-м, — пропищал Витя, — а можно я «плейстейшен» возьму?

Женщина скривилась, но прежде чем открыла рот, я положил парню руку на плечо:

— Нет, — коротко ответил и окинул свой табор взглядом. — Выходим! Держитесь за мной, и… — я запнулся, вспомнив, кто лежит между этажами. Поднял глаза на мать. — Не смотрите по сторонам. Глядите лучше строго под ноги.

Понимая, насколько сложный я отдал приказ, распахнул дверь, выставив дуло автомата.

— Чисто, — сообщил остальным. — Идем.