Александр Нетылев - Зеркало Души [СИ]

— Ну, хорошо, — кивнул Эйхт, — Кстати, вообще-то ты не обязан каждый раз бегать ко мне за доступом.

— Привык.

Это было правдой. В сравнении с PSIA, в ЗШН каждый занимался непонятно чем. Ни о каком четком разделении сфер ответственности не могло быть и речи.

— Кстати, если тебе интересно, — вдруг сказал безопасник, — Я изучал сегодняшние записи боя. Та рыжая малявка… она вышла за дверь и исчезла. На сегодняшних записях её больше нигде нет.

Чезаре пожал плечами:

— Она предположительно связана со 'Столетием'. Не думаю, что она может так просто попасть в беду. Скорее уж в беду может попасть кто-то, на кого она наткнется…

'А если и попадет — что ж, избавит от проблем', - мысленно добавил кардинал. Тот факт, что из двух новых студентов Марии одна маньяк-убийца, а другой страдает раздвоением личности и в одной из личностей тоже маньяк-убийца, его по-прежнему не радовал…

— Да, вряд ли.

Майор пожал плечами.

— По мне, та ещё соплячка. Ладно, я тебе на почту линк-лист отослал, можешь изучать.

— Спасибо.

Кивнув на прощание, Чезаре направился в свой кабинет. Изучать записи он собирался в гордом одиночестве. Ведь ему не хотелось объяснять простому и честному офицеру, что именно его беспокоило.

В действительности большая часть записей представляла не более чем академический интерес. Подтвердить или опровергнуть его подозрения могла лишь одна… Правда, представленная в четырех различных вероятностях. Слегка упрощало ситуацию то, что третья вероятность была помечена как 'окончательная', породившая новые вероятности; однако, Чезаре все равно решил просмотреть все.

Итак, вероятность первая. Робин ломает Тадеушу шейные позвонки и спокойно уходит. Тревогу поднять некому. А значит, этот вариант бесполезен.

Во второй вероятности Тадеушу уже удается вырваться, по-видимому, инстинктивно забрав силы у Джейка. Судя по тому, что демонстрировал Джейк в их поединке, этого вполне хватило бы, чтобы не только отбиться, но и оторвать нападавшему руку; однако, вместо этого поляк бежит прочь. В скором времени он сталкивается с Валькельхайном, который пытается задержать Робина… Но тот неожиданно разворачивается и дает такого стрекача, что смотреть приходится в замедленной съемке. Валькельхайн пытается преследовать его, но куда там: как уже знал Чезаре, сигма-зомби могут свободно использовать скрытые резервы организма, — так что даже Мария, при весе в пятьдесят килограмм, спокойно жмет триста от груди… Чего, правда, предпочитает не демонстрировать, чтобы не шокировать местных качков. В общем, это не та вероятность, что его интересовала.

Запись третьей вероятности начиналась точно так же, как и вторая. Различия начинались с вмешательства Валькельхайна: в этот раз Робин не убегал, а принимал бой. На ходу вытаскивая мономолекулярный клинок, экономист атаковал, целясь в локоть: так как он имел доступ к секретной информации, он знал, что нужно сделать, чтобы победить сигма-зомби. Знал это и Робин: чуть сместившись, он перехватил меч за лезвие. 'Дзинь!' — и Валькельхайн остался без оружия. Достать нож или пистолет шпион уже не успел: террорист нанес сокрушительный удар рукой в перчатке, отбрасывая своего противника за пределы кадра. После чего поспешно ретировался.

Наконец, четвертая вероятность отличалась с самого начала. Здесь Робин не пытался задушить Сикору, а мирно с ним беседовал. Так как искусством чтения по губам Чезаре не владел, а звук камеры не записывали, о смысле разговора можно было только догадываться; однако, не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что здесь вместо Тадеуша выступал Джейк. Далее в кадр вошел Валькельхайн. Точнее, впрыгнул, с наскока отрубая руку Робину. Короткий обмен ударами с оборотнем — и поле боя остается за ним.

Досмотрев запись, Чезаре задумался. Обилие вероятностей скорее вносило путаницу, чем помогало, но все же, он пришел к единой рабочей версии. Однако прежде чем действовать, исходя из нее, требовалось исключить версию Рейко с кознями старых друзей. А еще раньше — подлечиться, чтобы в решающий момент тело не подвело.

Именно поэтому он отправился в лабораторию Рейко, где как раз уже закончилось лечение пострадавших студентов. Однако, проектор продолжал работать.

— Привет, я ждала тебя, — поздоровалась ученая.

— Привет, — кивнул шпион, проходя в лабораторию.

— Ну что, огрёб-таки во время схваточки? — сделала приглашающий жест она.

— Огрёб, — не стал спорить кардинал, ложась в гроб, — Даже я не всегда побеждаю.

— Ну да… Что такое Легион по сравнению с парой студентов?

— Да уж… — поморщился Чезаре, — Студенты ЗШН настолько суровы… В самом деле, если бой с Джейком еще можно засчитать как ничью, то против Анны я откровенно опозорился.

— Стареешь, — констатировала Рейко, — Пора уже искать себе замену, плодить потомков и уходить на покой. Акелла промахнулся.

— Угу, в моем возрасте несолидно бегать за киборгами с пистолетом, — усмехнулся он, — Но, увы, 'хочешь сделать что-то как следует — сделай сам'…

Если по-честному, то 'хочешь, не хочешь, а больше все равно некому'. Но это уже было бы нытье и жалобы, чего гордый итальянец не мог себе позволить.

— Хорошенькое у тебя 'как следует', - хихикнула учёная, — Неслабо тебя потрепали.

— Могло быть хуже, — возразил Чезаре, — Если бы этим занялся я же, но полгода назад, было бы непременно…

Действительно, самым рациональным решением был бы расстрел из укрытия без учета риска задеть Лилит. Полгода назад он практически так и поступил… Что едва не стоило Марии жизни. Иногда рациональное решение оказывается наихудшим: потому что хоть агент и должен уметь абстрагироваться от эмоций, они тоже даны человеку не просто так. Это было, пожалуй, самым тяжелым уроком, вынесенным им из событий Весны, и сделавшим его на шаг ближе к сложному понятию 'человек'.

— Кстати, ты в курсе? — сменила тему Рейко, — Пешка всё-таки поймала Балу, и, по моим сведениям, его ждёт невероятно жуткая кара.

— Узнала о добытой им 'секретной информации'? — предположил шпион.

— Тут и узнавать нечего было: он просто нагло ввалился в женскую душевую, объяснив это тем, что в мужской засел Гуро, — преподавательница чисто по-кошачьи фыркнула.

— А знаешь… — задумчиво ответил Чезаре, — Я ему верю.

— Почему? — округлила глаза она.

— Если бы он ввалился туда затем, зачем парни обычно подсматривают в женской душевой… То с чего бы ему подсматривать за Пешкой? Нет, он бы подгадал момент, когда там мылась бы Елена, Кирия или, скажем, Алиса, которая Брайс…

Он перечислил наиболее красивых из студенток… и мысленно порадовался, что Мария, как преподаватель, не моется в общей душевой, а располагает своей собственной.