Валентин Егоров - 1941 год (СИ)

— Вань, а я даже и подумать не могла, что ты у меня к тому же и умелый рыбак. Всегда полагала, что ты простой городской мальчишка, никакого отношения не имеешь к деревенской жизни. Но, оказывается, на тебя во всем можно положиться!

— Ты права, Машенька, я действительно простой городской мальчишка. Много не умею, но знаешь, что человек многому может научиться, когда ему кушать хочется, то он и рыбу ловить научится!

Тут и Мария продемонстрировала ловкость своих рук, в одно мгновение она очистила сома от чешуи и от потрохов. Порезала рыбу на куски, завернула их в листья лопухов и на листе гофрированного металла поставила на огонь костра. Рыба получилась замечательной, но не было соли, поэтому они немного поели, оставив большую часть рыбы на завтра! После ужина они посидели у костерка, разожженного вблизи фюзеляжа «Юнкерса Ф-13». С одной стороны от самого леса их костер был прикрыт этим самым фюзеляжем, а с другой стороны открывалось свободное пространство на речку. Словом, незаметно подобраться к ним было делом не совсем простым, но, прежде чем лечь спать, Иван предложил Марии поспать в пассажирском салоне самолета. Туда взобраться можно было только с одной стороны, а главное, сделать это бесшумно было попросту невозможно!

Так оно и получилось, в одиннадцать часов вечера Иван с Марией перебрался в кабину самолета, плотно прикрыв дверцу самолета, для верности привязав ее веревками. Ночь прошла спокойно, под утро, когда над их головами пролетела большая группа самолетов, одновременно кто-то попытался открыть дверь самолета. Слава богу, Иван ее насмерть заблокировал. Иван проснулся от этого шума, а также из-за того, что прямо над его головой перешептывались два чужих голоса:

— В живых осталось только двое, они где-то прячутся поблизости! Ток что, Васек, мы здорово можем поживиться, и денег у них тут, наверняка, очень много!

— Серега, ты зря полез в самолет! Нам нужно было бы найти живых людей. Их прикончить, а после бы мы уже безбоязно могли бы пограбить этот самолет!

— Не бойся, Васек! У нас в руках охотничьи ружья! Чуть что не по-нашему, нажал курок и тебе уже никто не будет возражать! Что-то дверь не открывается, ты, Васек, повозись здесь, а я попробую залезть в самолет с другой стороны. Между прочим, я уже успел посмотреть, у него в баке очень много керосина, деревне на год хватит!

Иван легко коснулся плеча Мария, желая ей предложить, спрятаться за его спину, но девчонка воспротивилась. В темноте пассажирского салона самолета Ивану показалось, что Мария сидит на соседнем сиденье, свернувшись в мягкий клубок и, выставив перед собой руку с пистолетом. Как только привязанную веревками дверь попытались открыть, то в темноте салона сверкнула яркая световая вспышка, послышался звук выстрела из пистолета. Стреляла Мария, она стреляла без предупреждения и, видимо, Сереге попала в живот, отчего этому деревенскому бандиту стало очень больно, он закричал:

— Ой, мама, умираю! Ой, как мне больно! Люди, помогите, меня убивают!

Иван Фролов на какое-то время, причем, очень короткое, растерялся. Во-первых, он не ожидал, что Маша будет первой стрелять, и, во-вторых, пока не знал в кого ему стрелять, добивать ли Серегу, или через дверь стрелять в Ваську?! Эта мимолетная растерянность позволила Ваське выстрелить из охотничьего ружья прямо через самолетную дверцу. После чего послышались звуки убегающего человека. Иван Фролов выпрыгнул из пассажирского салона и попытался преследовать убегающего Васька, чтобы тут же убедиться в том, что тот имеет большое перед ним преимущества. Он прекрасно знал местные окрестности, леса и лесные тропы, знал куда и как бежать.

Когда Иван вернулся к самолету, то и Серега уже перестал стонать и звать на помощь. Он лежал у самолета с неестественно вывернутой головой, что любому становилось понятным, что этот парень мертв. Устыженный всеми этим обстоятельствами, Иван не знал, как себя наказать за проявленную медлительность. В какой-то момент он вдруг вспомнило том, что Мария до сих пор так и не вышла из самолета. Иван подошел к двери пассажирского салона и приоткрыл ее!

Как долго Иван Фролов простоял у двери самолета позже он так и не смог вспомнить, все это время его любовь продолжала сидеть на сиденье. Ее вытянутая правая рука с «Вальтером Рк38» бессильно лежала на этом же сиденье. Голова была склонена к груди, глаз ее не было видно. Машка даже не прореагировала на то, что Иван приоткрыл дверь и посмотрел на нее. Ее к этому времени уже не было на этом свете, она ушла! Она ушла, так и не попрощавшись, со своим старым другом, любимым человеком! Жакан из одностволки Васька в один момент пробил голову этой красивой татарке, этой девчонке Ивана Фролова!

Фролов не помнил, сколько времени у него ушло на то, чтобы взять свою Машку на руки, отнести ее на вершину косогора. Там она сидела, спиной опершись на ствол сосны, мертвыми глазами наблюдая за последним восходом солнца в ее жизни. А Иван, ее любимый, словно робот, рядом со шведами копал еще одну могилку! Он не плакал, хотел, но не мог! Он также не мог разогнуться, лопатой подбирая со дна могилы комки земли, один за другим, словно бездушный робот, их вышвыривая наверх.

Когда все было закончено, Фролов долго простоял у могилки Марии!

Он до сих пор не верил в то, что навсегда потерял свою Машку, своего единственного друга на этой земли, что снова остался в полном одиночестве. У парня, по-прежнему, в глазах не было слез, чтобы выплакать свое горе! Он все воспринимал болезненно! Солнце уже стояло высоко на небосклоне и ощутимо начало пригревать землю, когда Иван Фролов вдруг услышал приближающиеся голоса! Он поднял голову, осмотрелся кругом и с вершины косогора вдруг увидел дорогу. Правда, это была не настоящая дорога, а так себе тропа, по которой могли проехать одни только крестьянские подводы! Вчера они с Машкой, колготясь вокруг места крушения самолета, этой дороги так и не заметили! Сейчас же по ней катилась крестьянская подвода, на которой сидели трое сельских мужиков.

Внутреннее чутье подсказало Ивану, что среди этих мужиков находится и тот самый Васька, убийца его Машки. В одно мгновение с Фролова слетела вся его иностранная цивилизация, он тотчас же превратился в простого русского уголовника. Сзади из-за пояса он выхватил свой «Вальтер Р38» и со всех ног рванул вниз по косогору к этой подводе. Когда он внезапно вырос перед мордой лошади, то лошадка сильно дернулась от испуга и остановилась. Видимо, к этому времени мало чего во Фролове осталось человеческого!

Среди двух мужиков на телеге сидел симпатичный паренек лет шестнадцати, на его коленях одноствольное курковое ружье ИЖ-5 24-го калибра. Иван подскочил к телеге, несколько мгновений смотрел этому пареньку в лицо. Его все же интересовало, как такой молодой сельский парень, как этот Васек, мог так хладнокровно выстрелить в его Машку. Затем Фролов свой «Вальтер» направил ему на грудь, но в тот момент, когда нажимал курок пистолета, ствол его перевел на ногу. Он собственными глазами увидел, как пистолетная пуля попала парню чуть ниже его колена. Тут же на всю окрестность послышался дикий вопль раненного парня, он дернулся всем телом, а руками ухватился за раненое колено. Его ижевка скатилась с ног, через большую дыру в телеге ружье соскользнуло на землю. А в этот момент парнишка кричал во весь свой не слабый голос: