Роман Прокофьев - Эфемер

— Думаю, ты и сам знаешь, — произнес Сталкер с некоторой неприязнью — видно было, что он недолюбливает эту скользкую кошачью братию, — Вы разорили гнездо рухов неподалеку от Энджело. Кстати, как вам удалось справится с парой взрослых особей, не откроешь секрет?

— Увы, ничем не могу помочь. Мы воспользовались помощью специалистов, — меркатор чуть заметно покосился в сторону женщины на вездеходе, — Подробности нужно спрашивать у них; впрочем, я не думаю, что с вами будут делится профессиональными секретами.

Он полностью контролировал эмоции и говорил так гладко и спокойно, будто мы находились возле сверкающих витрин офиса Кошек на Меркаде, а не посреди дикого, кишащего Тварями леса. Со знакомой легкой усмешкой, словно не из-за его спины смердело потом и страхом двух десятков вооруженных полудикарей. Стоило отдать торговцу должное — подготовка клонов велась у них на самом высоком уровне, хоть я и не представлял, как такое вообще возможно.

— Больше, чем подробности, меня интересует ваша добыча, — сказал я. — Рух, верно? Я готов ее купить.

— Рух? — пожал плечами торговец, — Понимаю. Ядро, когти, перья, кожа, внутренние органы — это очень ценный товар, очень полезный. Для тех, кто знает, как его использовать. Но я вынужден вас огорчить — он принадлежит другому клиенту, заранее заказавшему и оплатившему заказ. Кошки всегда держат слово. Мы не можем назвать тебе цену, потому что этот товар не продается.

— Ты не понял. Мертвечину можете оставить себе. Мне нужен живой птенец, которого вы взяли в гнезде, неподалеку от Энджело. Он ведь там, внутри?

— Мы не на таможенной проверке Города, Инкарнатор, — на губах невозмутимого клона по-прежнему играла знакомая улыбочка, — Что внутри, то внутри. Наш товар — это наше дело. Или ты отрицаешь свободу торговли?

— Я не буду долго играть словами, — сказал я, — Мы идем за вами от самого гнезда. Мы были на вершине. Мы прикончили Тварь, что вы там оставили в засаде… Мы знаем, что птенец у вас. И он нам нужен.

— Всем что-нибудь да нужно, — философски заметил Кошка, — И люди, и Инки рабы своих желаний, на этом построен мир. Мы мирные торговцы, все что внутри — наша законная добыча. Мы будем защищать ее с оружием в руках, от любого, кто посягнет на наше имущество. Даже от Инкарнаторов. И, будь уверен, история об этом очень быстро достигнет множества ушей.

— Никто не собирается вас грабить, — нахмурился я, — Как тебе такое вообще в голову пришло: это не в правилах Первого Легиона! Я предлагаю честную сделку. Мы заплатим больше вашего заказчика, просто назови свою цену. Кошки станут богаче, я получу свое, все выиграют от этой сделки.

— Богатство пыль, — ответил Кошка, — Репутация намного дороже. Кошки всегда выполняют свои обещания, ты должен знать это, Инкарнатор Грэй. Мы не продадим тебе птенца, об этом не может быть и речи. Он предназначен другому заказчику.

Разговор мне не нравился все больше. Меркатор прекрасно знал, что в моем распоряжении — все богатства Города и Звезды, любое количество виртуальных койнов, которые в ходу в Пустошах, а также несравненно более драгоценные вещи — уникальные Схемы, Доспехи, альфа-техника и снаряжение. Не говоря уже о возможной пользе от дружбы с Первым Легионом. Он мог попросить любое из сокровищ Города, но упорно отказывался, и это означало, что дело вообще не в цене. Мутная история, которая плохо пахла с самого начала, теперь отчетливо смердела.

— Я объясню более подробно, — произнес я терпеливо, — Птенец мне нужен — я провел с ним ментальный импринтинг, я чувствую его, я знаю, что он сейчас здесь!

Я ткнул пальцем в сторону парящей платформы. Словно в ответ, из закрытого сегмента раздались мощные удары, будто запертая внутри птица яростно забилась в тесной клетке. Люди на вездеходах начали оглядываться, от них снова резко дохнуло страхом. Я продолжил:

— Вы не сможете использовать его — он уже привязан ко мне, это подтвердит любой Мастер Птиц. Вы забрали его у меня из-под носа, но, дерьмо Ангела, я пришел с миром и готов заплатить! Ты знаешь меня и мои возможности, ты знаешь, что с Городом лучше дружить, а не ссорится. Стоит ли ваша добыча хороших отношений и всех привилегий, которые Кошки получили в Городе? Один из вас однажды сказал мне, что все на свете продается, дело только в цене. Подумай, и скажи, чисто теоретически, за какую цену ты готов продать птенца?

— Чисто теоретически, — клон на мгновение прикрыл глаза, — Если предположить, чисто теоретически, что у нас есть, что тебе нужно и назначить чисто теоретическую цену… То это будет информация, правдивая информация о том, где сейчас находится тот Кошка, который сказал тебе про цену. Мы знаем, что ты знаешь.

— Все, что я знаю, уже рассказал представителям Кошек в Городе, — произнес я, — Мне нечего добавить.

— Очень жаль, — холодно возразил Кошка, — Ну что ж, в таком случае, я тоже не могу вам ничем помочь, Инкарнаторы. Не буду приглашать вас разделить с нами пищу — многие мои спутники не поддержат вашу компанию.

На мгновение гордыня Инка яростно забурлила в моих жилах. Как смел он, простой смертный человек, так разговаривать с наследником Прометея? Как смел он нагло отказывать в том, что мы с легкостью могли взять, вообще не спрашивая? Немногие решились бы так хладнокровно бросать вызов бессмертным, зная, что на кону стоит их жизнь. Или я чего-то не понимал, чего-то не учитывал — слишком уверен был клон Кота, что отказ сойдет ему с рук, а Кошки никогда не славились опрометчивостью. С трудом сдержав порыв, я спокойно сказал:

— Выслушай меня до конца. И вы все — слушайте тоже, это и вас касается! У вас есть выбор. Простой и честный — между жизнью и смертью. Если отдадите птенца — не даром, за честную цену — вы сохраните свои жизни. Вернетесь домой, к своим близким. Если же нет — вам грозит смерть. Скорая и страшная. Я могу предотвратить ее. Но мне нужен живой птенец!

Женщина на вездеходе, так и не опустившая пулемет, презрительно сплюнула. Кошка медленно и зловеще произнес:

— Это, кажется, прямая угроза. Кошки долго помнят обиды, Инкарнатор.

— Я не угрожаю, я лишь предупреждаю. Мы пришли с миром, и ни я, ни Инки Первого Легиона не причинят вам вреда. От вашего выбора зависит ваша жизнь, я хочу помочь, сохранить ее. Но если вы не прислушаетесь, смерти неминуемы. И времени осталось совсем немного. За вашим отря…

Агрессия! Всплеск А-энергии совсем близко, сдавленный крик Алисы в субвокальном канале! Наши со Сталкером Доспехи мгновенно окутались сиянием силовых щитов, я активировал «Клинок Ра» и «Волновое Поле» — потому что на нас кто-то внезапно напал!

Мгновением спустя, протаранив заросли мощной чешуйчатой грудью, вышел двуногий раптор, но не простой, дикий, а оседланный, в пластинах тусклой брони и ремнях упряжи. Он щерил зубастую пасть, в седле возвышался огромный всадник, держащей одной рукой зазубренный техномеч, а другой — конец странной, сияющей голубым ореолом сети, отливающей металлическим блеском многочисленных крючьев. Внутри этой ловчей снасти бесновалась пойманная Алиса. Оборотень яростно пыталась освободиться, меняя обличья, но ничего не помогало, она запутывалась во множестве слоев все сильнее, и даже невероятная сила Лисы оказалась не способна разорвать эти странные, светящиеся А-энергией нити!