Ирина Гостева - Выключатель

Давил на плечи рюкзак, давило на душу тревожное предчувствие и груз того, что осталось дома...

Их последняя - до отъезда - встреча со Светкой получилась нервной и скомканной.

Посреди недели Бен наконец-то урвал момент, чтоб выполнить задуманное. Ради этого ему пришлось пропустить почти целый тренировочный день, и соответственно - отпрашиваться у Ромки и объяснять, куда и зачем Бен собрался. Роман, выслушав его, странно притих. Помолчал. А потом даже предложил по-быстрому подкинуть Бена до места на своей машине.

Пожилая дама-нотариус, сухощавая, с неприятным резким голосом, была Вадиму незнакома - ни в лицо, ни по фамилии, хотя отец общался почти со всеми представителями юридических кругов в городе. Бен нарочно выбрал именно ее, чтоб от этой дамы наверняка ничего не дошло до отца. Незачем ему знать вообще ничего... Уехал сын - ну, и уехал. А Светке пришлось хотя бы частично, но объяснить. Потому, что иначе не удалось бы ввести ее в курс дела. Объяснить, а потом стремительно и резко давить в зародыше ее истерику - "Как это? Почему? Куда это ты едешь, раз можешь там погибнуть?" Еле удалось утихомирить девушку, а потом заставить ее дочитать текст завещания до конца. А потом заставить слушать и запоминать - что она должна делать, если в течение полугода о нем не будет никаких известий. И на всякий случай - кто еще может быть в курсе вадимовой судьбы. И визитка Шепелева. Честно говоря, насчет последнего Бен колебался - но ведь про Светку Шепелев все равно знает... Лучше уж пусть и она не остается в неведении.

От нотариуса они вышли молча, оба хмурые и угрюмые. Светка была на грани истерики, казалось - она вот-вот рванет с места в карьер, бежать неведомо куда и размазывать по лицу слезы. Но Бен крепко держал ее за руку - наверняка потом останутся синяки, но сейчас не до подобных мелочей. Потом поддел под локоть и повел, а скорее уж - потащил пешком, отмахнувшись от Ромки, ожидающего их на улице возле машины. Хотя тот и так понял... Нагнал их три остановки спустя, когда немного успокоившаяся Светка уже перестала вырываться и всхлипывать. "Да не грузись ты раньше времени, - грубовато бросил он. - Что у вас, баб, за манера - загодя хоронить?!" Ну не умел он успокаивать женщин...

Тогда они отвезли Светку домой, Бен поднялся с ней в квартиру, но разговора не получилось. Не получилось его и в следующее воскресенье; их традиционное свидание, уже ставшее за зиму "дежурным", в тот раз как никогда было тягостным для них обоих. Светка устала спрашивать, Бен устал отмалчиваться. Тогда, словно в качестве извинения за все ее прежние оставшиеся без ответов вопросы, он сказал только одно - "Мы с Ромкой едем в Зону". Девушка угрюмо скуксилась и обронила только "Ну вот..." Они скомкано распрощались, а через несколько дней Бен уехал.

А может быть, так лучше? До сих пор о походе знали только те, кого Бен не считал своими сторонниками. Не лучше ли узнать хотя бы кому-то, стоящему на его стороне? Так, на всякий случай... Наверно, секретность не сильно от этого пострадает...

...Тем временем ходоки миновали покосившийся павильончик автобусной остановки с разросшимся посередине кустом; слева остались железобетонные коробки какого-то разрушенного "промобъекта". Порывы сырого ветра то и дело доносили то невнятные подвывания, то глухие хлопки.

– Да собаки, - равнодушно и лениво пояснил проводник. - Опять какая-то тварь в "плешку" влетела.

Бен крутил головой по сторонам - все было внове, все любопытно, но ни справа, ни слева в пределах видимости ничего интересного не происходило, а впереди обзор загораживала широкая спина дяди Геры.

Вдруг очередной порыв ветра донес обрывки человеческой речи.

– Слышали?! - встрепенулся Бен.

– Блокпост впереди, - проводник обернулся к ведомым. - Вот и дотопали.

Навстречу вышел упакованный в защитный комбез сержант.

– Привет, дядь Гер!

– Виделись уже сегодня...

– А это что за туристы с тобой? - сержант недоверчиво смерил взглядом спутников сталкера.

– Туристы? - усмехнулся дядя Гера. - Ты фотки распечатанные достань и увидишь, что это за туристы. Уговор насчет "коридора" был. Ты вроде должен знать.

– Сергачев! - донеслось из-за преграждающей путь ржавой трубы полутораметрового диаметра. - Что там такое?

К сержанту подтянулся старлей - видимо, начальник поста. Увидев Ромку и Бена, он придирчиво вгляделся в их лица, потом сверился с мятой распечаткой, которую вытащил из кармана.

– Проходите, товарищ капитан. Вас ожидают, - козырнул старлей и кивнул в сторону вышедшей из-под маскировочного тента невысокой коренастой фигуры.

Ромка прошел вперед. Бен, которому по-прежнему было немного странновато величать друга офицерским званием, слегка фыркнув, гордо протопал мимо военных. И остановился в паре шагов перед незнакомцем, протянувшем Ромке ладонь для рукопожатия:

– Приветствую! Капитан Грищук.

Грищук выглядел постарше Ромки лет на пять-семь. Крепкий, костистый и широкоплечий. Но, отметил про себя Бен, вид капитан Грищук имел несколько карикатурный, словно гипертрофированный вояка из комикса. Его торс в громоздкой разгрузке казался прямо-таки квадратным, а стянутые берцами лодыжки - слишком тонкими по контрасту с массивным верхом.

– Ну, раз мы оба капитаны, то можно просто Василий, - он тряхнул ромкину ладонь.

– Здравствуйте... Я - Роман Фадеев. Командиром группы назначен я. Хотя, похоже, заочно мы уже знакомы? - Ромка посторонился и пропустил вперед Бена, давая тому возможность соблюсти привычный ритуал вежливости.

От Бена не ускользнула незамеченной странная, оценивающая - даже не ухмылка, а тень ухмылки на лице Грищука. Да и руку его Василий тиснул слишком крепко, заметно крепче, чем стоило бы согласно ритуалу знакомства. Словно задался целью с ходу измерить силу нового товарища по команде. Но пережать Грищука Бен даже не пытался - не потому, что это могло оказаться заведомо проигрышным делом. Просто мысль об этом мелькнула и тут же была отодвинута далеко на задний план накатившим, словно взрывная волна, чувством опасности.

Подобного по силе ощущения Бен не испытывал еще ни разу... Ни держа в руках флакон с ядом, ни стоя возле машины с перерезанным тормозным шлангом во время тестирования. Может, потому, что все те вещи были опасны для него потенциально, но не явно? Ведь никто же не мог заставить Бена всерьез сесть в поврежденную машину и завести мотор. Или выпить чай с отравой. Бен прекрасно понимал, что все это просто испытания - он слишком ценен для того, чтобы ему причинили настоящий вред. А от Грищука никуда не деться. С ним придется идти вместе, он направлен "сверху" третьим членом группы. И невозможно отправиться врозь, двумя группами, или вовсе отказаться идти. Он обязательно будет в одной команде с Беном; и не из-за этого ли от него разит такой невероятной опасностью?!