Федор Березин - Огромный черный корабль

– Твои «цветочные друзья» – «орхидеи» считают нас врагами, да, Бенс?

– Нет, не совсем так, – Бенс пропустил «цветочных друзей» мимо ушей. – Но я бы не сказал, что питаю к террористам большие симпатии. Ваши методы неправильны по своей сути. Правда, о вас – «арготаторах» – мало что известно, вы ловко путаете карты, но сам по себе ваш путь обречен на провал.

– Почему ты так решил?

– Это не мои выводы. Это опыт истории. Что изменится, если ваши взорвут очередного главу государства?

– Ты имеешь в виду Императора?

– Нет, Грапуприс уже мертв, вместе со всеми, кто был во дворце. Я говорю в общем, в теоретическом плане.

Новость поразила Лумиса, но он не подал вида. Он удивился, что до сих пор разговор не доходил до этой темы, даже «вурдалаки» не упомянули о потрясающем событии.

– Ведь на его место сядет новый тиран? – продолжил беседу Бенс.

– Мы попытаемся убрать и его. В идеале мы будем уничтожать каждого нового претендента и, наконец, наступит час, когда на это местечко не найдется желающих. Точно также произойдет с другими редкими профессиями, типа: председатель «патриотической полиции» или начальник Группы Гематоген.

– И тогда, диктатура смягчится, покается в своих грехах, отдаст награбленное, перестанет разбазаривать средства на бесполезное перевооружение, заключит мировую со всеми государствами, поймет, что о собственном народе нужно немного заботиться и начнет это делать? Так я понял?

– Ну, может, что-то в этом роде, – согласился Лумис.

– И ты веришь в эту дурацкую программу?

– Представь себе, иногда.

– Иногда? Если ты хочешь перемен, почему не помогаешь, допустим, нам или какой-то другой группе, реально готовящей передел общества. Ведь ваши одиночные выстрелы и поджоги только запутывают ситуацию. Вы прячетесь в «кусты», а власти начинают повальные аресты наших активистов, используя эти взрывы как повод.

– Да, мы не во всем правы, но зато я имею возможность казнить тех, кто этого давно заслуживает, хотя за их спиной мощь сильнейшего государства и даже участвую в смещении сумасшедших генералов и маршалов готовящих какую-нибудь новую бойню себе на утеху.

Подобные отвлеченные разговоры длились еще некоторое время, хотя подсознательно оба понимали, что рассуждают выработанными ограниченным индивидуальным опытом штампами и реальная действительность уже почти сутки вносит свои жесткие поправки во все эти теоретические прикидки, а потому через некоторое время словесная река снова возвратилась в русло чисто практических вопросов.

– Послушай, а мы вдвоем точно сможем помочь твоим товарищам? – спросил «цветочный революционер».

– Все зависит от нас. Им приходиться туго. Все, что от тебя требуется, это быстро бегать и стрелять по моей команде.

Потом Лумис показал Бенсу трюк с размещением игломета возле ног в машине так, чтобы он не сразу бросался в глаза, и в тоже время был готов к применению.

Звезда Фиоль почти достигла зенита, свет её запросто забивал поблекшего гиганта Эрр, дни теперь стали длиннее, вершилось лето северного полушария планеты Геи и тени от громадных зданий были невероятно маленькие. Все окружающее свидетельствовало о больших переменах, происшедших в городской жизни, за последние часы. Теперь казалось невероятным, что с момента начала восстания прошло менее суток. Попадались толпы, бредущих под охраной, бывших «стражей безопасности» в светлых некогда робах, на которых ясно отпечаталось количество обработавших их каблуков. Там и тут приходилось объезжать небольшие воронки, оставленные явно не иглометами, а иногда пулеметные гнезда. А в одном месте, выворачивая из аллеи, они оказались свидетелями трагедии индивидуального масштаба. Рослый парень приподнял над землей, бившуюся в смертных судорогах девушку. Ее черный галстук-повязка краснел на глазах и одновременно с этим бледнело его лицо, слишком контрастное по сравнению с ее обугленным, а минуту назад, наверное, хорошеньким личиком. Его товарищ, в этот момент, старательно обрабатывал десятиствольным иглометом одно из окон третьего этажа явно безжизненного здания. Затем мобиль, на скорости, пронесся мимо недостроенной баррикады, не прореагировав на окрик пожилого повстанца.

– Остановитесь! Там «голубые драконы»! – Они не наблюдали, как он досадливо сплюнул, выразив этим свое полное презрение к сегодняшней молодежи.

Когда Лумиса, через двести метров тормознули люди в комбинезонах и касках с изображением змеи с перепончатыми крыльями он понял, что уже находиться на стороне все еще контролируемой властью, правда уже не императорской, а неизвестно чьей. Остались в зеркале заднего вида районы захваченные повстанцами, районы в которые он с таким трудом пробирался всего несколько часов назад.

И вот здесь, на границе антагонистических фронтов, в обратном ходе маятника пространственных перемещений, первично авантюрный план-экспромт неожиданно рухнул. Когда полицейский приблизился, а ладонь уже нацелила ствол в широкую прорезь между каской и высоким жестким воротником, прикрывающим подбородок, в сознании отобразилось то, что находилось в этом проёме. Палец, лежащий на курке, застыл остановленный импульсом, молнией проскочившим по нервным окончаниям, потому что оттуда, из затененного каской пространства, смотрело не лицо прожженного вояки, а нахмуренное личико молоденькой женщины. Ну, а когда через секунду мозг, обработав неожиданную информацию, выдал на исполнительный механизм мышц и сухожилий сигнал действия, оказалось несколько поздно... Тяжелый приклад игломета гулко соприкоснулся со лбом и стало темно. Лумис Диностарио вышел из игры.

А спектакль между тем продолжился. Напарник Бенс, явно преждевременно чувствовал себя в полной безопасности под патронажем настоящего всесокрушающего супермена, был несколько удивлен такой переменой сценария, а ко всему прочему, по своей неопытности и впопыхах, он забыл снять предохранитель, но пожалел об этом он уже после, когда, с больно заломаными руками, был отконвоирован к стоящему за поворотом бронетранспортеру.

А вот теперь это гражданского летчика грузового дирижабля, совершенно мирного браша, следовало расстрелять. Когда они убили первого, они ведь не знали кто он, не знали что он без оружия и не опасен. Но оказывается, все-таки, опасен. Опасен, в силу своего присутствия в данном месте и в данной ситуации. Не вовремя потерпели они аварию, может быть и так бы погибли (до ближайшего населенного брашами объекта – уранового рудника Борбо-4 – триста километров), но им не повезло вторично – они сумели попасть в зону действия особого спец-подразделения, главная задача которого скрытное просачивание. Слава солнцу Фиоль, Браста привлекли в «Железный кулак» водить вездеходы, а не подрабатывать палачом. Пусть с такими задачами справляется Холт со своими головорезами, в его взводе даже добровольцы нашлись для выполнения этой неприятной работы. На браша жалко смотреть, без телескопа наблюдается, что он все понимает в отношении своей дальнейшей судьбы. Ему даже закурить предлагают – чем он виноват, что их транспортник загорелся над таким неудачным местом? Его расстрел – вынужденная мера. Даже допрашивали его без всяких специфических средств: все, что он говорил, подтверждали находящиеся при нем документы.