Федор Березин - Огромный черный корабль

– Судя по сейсмо-датчику, мы добрались до позиции, – доложил по радио один из техников. – План без изменений?

Люди, ведущие управление кротом, находились под землей в одном из аппендицитов-ответвлений пневмо-тоннеля, не функционирующей транспортной системы города.

– Начинайте подавать заряд, – услышали они в наушниках.

В отличие от обычных своих похождений, когда он в конце своего маршрута выбирался из земли и попадал в ласковые руки обслуживающего персонала, в этот раз кроту не повезло. С тыла его подпер, поданный по трубе нейтронный боеприпас малой мощности и насовсем отрезал путь к отступлению.

В это время, по открытым каналам связи, повстанцы обратились к Правительственному Комитету и генералам руководящим осадой столицы.

– По имеющимся в распоряжении Совета данным, вы планируете химическую атаку.

Снаряды с нервно-паралитическими внутренностями, действительно уже поступили в наличный арсенал. Это были специальные крупнокалиберные контейнеры с десятками тысяч полусантиметровых шариков внутри, наполненных высокотоксичной отравой. Правительство запоздало решило, что обидно разрушать столицу целиком, гораздо приятнее вытравить ее мятежное население.

– Штаб Революционных Армий предупреждает: если это оружие начнет применяться и, кроме того, если обстрел города не прекратится в течение суток, мы будем вынуждены прибегнуть к ответным мерам.

– Они блефуют, – сказал командующий ударных наступательных сил (КУНС) Баркапазер. – У них, почти наверняка, есть боеголовки, но нет специалистов и главное – средств доставки.

– Вы думаете? – озадачено спросил господин Ним.

– Могу заключить пари, – самоуверенно закончил командующий.

Через час химический снаряд, заходя в пике, распался над районом Цинтагма. Бесчисленное количество шариков со специальной резиновой оболочкой, подчиняясь гравитации и теории вероятности, спланировали на еще не разрушенный квартал. При касании какого-либо препятствия, будь-то крыша или стекломильметоловый тротуар, шарики подпрыгивали и поднявшись на полтора метра разрывались, выпуская смертоносный состав. Мало кто в нынешнее время прогуливался по улицам от нечего делать, все разумные люди давно сидели в подземных станциях пневмо, но все-таки район еще не подвергался обстрелу, а потому, некоторые невезучие оказались неудачниками до конца. Как только об инциденте узнали в Совете, пришел в действие уже утвержденный план.

Скачек тока привел в активность детонатор и не слишком углубленный подземный взрыв состоялся. Заряд назывался нейтронным, поэтому в рекламных военных проспектах это особо подчеркивалось, принося армии авансом дивиденды на почве гуманизма. Однако, в голой действительности, это был просто атомный заряд искусственно пониженной мощности со специальной оболочкой. Последовал солидный выброс грунта. Два гигантских трехствольных танка попали под непосредственное действие ударной волны и оплавлено-покореженные, попытавшись взлететь, опрокинулись. Еще восемь машин солидно тряхнуло, несмотря на специальные сиденья, почти весь экипаж получил сотрясения мозга и переломы, однако сила этого боеприпаса была все-таки в потоке частиц нейтрального заряда. И хотя карманные дозиметры танкистов, не среагировали на такой вид излучения, оно пронзило насквозь их многослойную броню и их самих. Броне это было, в некотором смысле, до лампочки, однако, предметы содержащие избыток воды, а, как известно, человек прямоходящий довольно водянистое существо, среагировали на быстрые нейтроны своеобразно, например, костный мозг перестал вырабатывать кровяные шарики. Люди, не убитые взрывной волной, в нескольких ближайших, не могущих их защитить, железных коробках, сразу почувствовали головокружение, тошноту и все остальные признаки лучевой болезни наибольшей тяжести. Кое-кто умер в течение ближайших пятнадцати минут, а остальным светило еще долго хвататься за соломинку бессмысленной надежды. Не ощущаемое ни какими органами чувств, а следовательно, по взглядам философов прошлого, не существующее излучение, за время тления сигареты, сделало их всех смертельно больными инвалидами.

Словно освобожденный из бутылки джин, раз спущенное с тормозов зло приобретало все более страшный оскал. Но и ему служащие боги должны были, хоть иногда, делать перерыв между закусками. Обстрел несчастного города прекратился: обе враждующие стороны зализывали раны.

Только КУНС Баркапазер получал новые в отделе дознания «военной патриотической полиции»

– Ну, здесь младенец справится, – сказал еще до начала боя бывший имперский бас-сержант Лемб, взобравшись на развалины. – Давай, Асси, закрепись вон на том здании, будешь у нас корректировщиком. Сейчас мы раскрутим нашего господина Лумиса на лишний передатчик.

– Нет у них тут, сержант, никаких «господинов», – съязвил Асси, сверкая малочисленными зубами, – равенство как есть.

– Ценю твой юмор, рядовой, – не поворачивая головы, прокомментировал начальник расчета, – да только не верю я этим байкам. Мерзкое существо человек, и как не маскирует он свое естество, один черт, луна Мятая меня забери, оно лезет наружу. Вот смотри, с кем мы сейчас воюем? С такими же равными (не чета нам с тобой), их же собственными братьями-революционерами. Так?

– Знаете, бас-сержант, мне так даже спокойней. Лучше уж этих, чем свою родную тяжелую пехоту ложить.

– Верная мысль, Асси. Ты, брат, у меня умнеешь на глазах. Давай дуй. Не забудь бинокль.

Они сползли с насыпи. Где-то вдали, за развалинами, и заготовками для развалин, ухнуло, и еще раз ухнуло, а потом звякнуло, близко, – лопнуло самое стойкое во всем квартале окно – долгожитель среди своих стеклянных братьев.

А через час, их мины уже накрыли десятерых «мангустов» решивших попытать счастья в прорыве линии обороны.

– Все, сержант, – сказал в ухе Асси, – там нет ни одного живого.

Лемб поднял руку и Цис разочарованно уложил обратно в ящик заготовленную мину.

– «Колдун», прекратите стрельбу! – подал голос Лумис на этой же частоте. – Не будем разрушать вход в их конуру, я очень хочу, чтобы они поумнели.

– Конечно, «Резак», будь зде. Сидим смирно как овечки.

– Знаешь, «Колдун», ты полностью соответствуешь своему позывному. Там, похоже, нет даже единственного раненого, сплошное мясо. Веселенькая у нас работенка, правда, «Колдун»? А сейчас быстренько смените позицию, пока нам дали перекурить. Загнанные в угол «мангусты», нам конечно не страшны, а вот локаторы легионеров могли по полету мин засечь ваше гнездышко.

– Понял, «Резак», приступаю.